разочарованию моего лучшего друга Дэймона. А вот Рид… хм. Не уверена.
Я ощущаю привычное электрическое напряжение в ту же секунду, как Истон подходит ближе, и мгновенно напрягаюсь. Следующие слова Рейфа лишь подтверждают мои подозрения, в его голосе слышится смех.
— У меня такое чувство, что твой муж сейчас не самый большой фанат бейсбола. И уж точно не фанат отставных питчеров.
— Насколько он зол? — нервно спрашиваю я.
— Я за себя постоять могу, но, должен сказать, глядя на его лицо, я чертовски рад, что моя жена прямо за ним.
Истон останавливается буквально в шаге от моего шезлонга как раз в тот момент, когда Рейф собирается его поприветствовать, но его жена опережает его.
— Привет, любимый. Прости, что так долго. Надо было догадаться, что найду тебя болтающим с самой красивой девушкой у бассейна. Привет, — она протягивает руку. — Я Элис.
Элис, хоть и старше меня на несколько лет, — потрясающе красивая и яркая блондинка, настоящая зажигалка, точь-в-точь такая, какой ее описывал Рейф.
Я протягиваю руку, и боковым зрением замечаю, как плечи Истона заметно расслабляются.
— Натали. Рейф как раз рассказывал, как вы познакомились, и про Кловер с Ноланом. Про их детей, — добавляю я для Истона, который выглядит так, будто медленно и с наслаждением меня убивает взглядом, прежде чем я представляю его вслух. — Это мой муж. Истон.
— О, да, я в курсе, — говорит Элис и слегка краснеет. — У меня тут, кажется… момент. — Она поворачивается к Истону, и ее очаровательная прямота обезоруживает. — Прости, но я просто обязана это сказать. Мы с Рейфом огромные поклонники тебя и твоего отца.
Расплавленный взгляд Истона скользит по ней и тут же смягчается. Он берет ее за руку.
— Очень приятно, Элис.
— Рейф Хембри, — Рейф протягивает руку Истону, и тот пожимает ее без тени враждебности.
— Взаимно, мужик. Я тоже твой фанат. Твоя последняя игра была легендарной.
— А-а, — Рейф с ухмылкой бросает взгляд на меня. — Твоя жена сказала, что ты не фанат ГЛБ[2].
— Когда ты играл — был, — отвечает Истон.
— Черт, приятно это слышать. Мы с Элис очень хотели попасть на твой концерт, но у нас заболела собака. На следующий точно придем. Ты скоро снова в тур?
— Пока не знаю, — отвечает Истон. — Но можем обменяться номерами, я пришлю вам приглашение. Вы всё еще в Колорадо?
— Никуда оттуда не уезжаем, — ухмыляется Рейф.
— Тогда договорились.
— Я могла бы прилететь за тобой, — подмигивает мне Элис. — Могу забрать тебя в Остине или Сиэтле, если ты вдруг будешь не с ним. — Она прижимает ладонь ко лбу. — Прости, я People читаю как священное писание. В статье писали, что у вас там дома.
— Да брось, — смеюсь я. — Я в восторге от того, что ты пилот, и с радостью напросилась бы к тебе на борт в любой момент. Это мне неловко, ведь я не сразу поняла, кто такой Рейф.
Мы обе бросаем взгляд на мужчин, как раз в тот момент, когда Рейф и Истон сталкивают телефоны, обмениваясь контактами. В груди вспыхивает тонкий луч надежды.
— Ну, он ведь не рок-звезда, — невинно замечает Элис, и Рейф тут же оборачивается к ней, прищурившись.
Я ухмыляюсь, замечая, как Истон едва заметно дергается из-за слова, которое он терпеть не может, когда речь заходит о его профессии. Элис, почувствовав взгляд Рейфа, тут же идет на попятную:
— То есть… ты был, есть спортсмен мирового уровня, детка…
— Да-да, — перебивает Рейф, качая головой и глядя на Истона. — Серьезно, что вообще должен сделать мужик, чтобы заслужить уважение?
— Когда разберешься, напиши мне, — бросает Истон, явно адресуя и мне тоже.
— Когда ты был на пике формы, — Элис продолжает рыть себе яму, а Рейф внезапно поднимается и сгребает ее в объятия. Его глаза блестят, когда он смотрит на нее сверху вниз.
— Серьезно? Прямо вот так решила меня подставить? — спрашивает он, приподняв бровь. — И как ты собираешься реабилитироваться?
Она хихикает.
— Эм… шоты с тела?
— Сомневаюсь, — фыркает он. — Но посмотрим. — Он разворачивается, удерживая Элис на руках. — Приятно было познакомиться. Пойду утоплю немного уважения в своей жене, попутно пытаясь вернуть остатки мужественности.
— Приятно было познакомиться, — добавляет Элис.
Мы машем им вслед, не в силах скрыть улыбки, когда Рейф прыгает с ней в бассейн. Истон поворачивается ко мне. Его улыбка быстро гаснет, когда он откровенно разглядывает меня в бикини, а затем его взгляд сужается еще сильнее, цепляясь за цепочку.
— Какого хрена на тебе это бикини?
Я тут же отвечаю:
— Чтобы тебя взбесить. Я была не в духе.
— Поздравляю. Получилось. Ты невыносима.
— Если тебе станет легче, я ни разу не перевернулась с тех пор, как лежу здесь, так что, думаю, мой загар на эту неделю к черту испорчен.
— Не помогает. — Его взгляд снова падает на цепочку, еще одно напоминание о той ночи, навсегда отпечатавшейся в наших сердцах и головах.
— Конечно, я взяла ее. Я хочу пережить каждое воспоминание, связанное с этой двадцатидолларовой безделушкой. Только, похоже, мы снова загнали себя в дежавю. Скажи, за тобой сейчас выйдет какая-нибудь ослепительная поп-звезда и сообщит мне, что все эти годы были сном, и я так и не получила этого парня?
Он тяжело вздыхает, и я буквально впитываю его взглядом — обнаженную грудь, рубашку в руке. Его кожа так легко загорает на солнце, что тело будто темнеет с каждой секундой. Желание вспыхивает во мне, когда я медленно, откровенно оглядываю его с головы до ног.
— Так ты правда вышел сюда, чтобы включить пещерного мужика и надрать зад Рейфу Хембри? — хихикаю я.
Тень улыбки скользит по его губам, но злость всё же берет верх.
— Ну же, Истон. Я стараюсь. Не хочу ссориться.
— Еще как хочешь. Надень накидку. Если ты хочешь поговорить, пойдем наверх.
— А может, я не хочу говорить, — отвечаю я, снова тянусь к пустому стакану.
— Натали, — цедит он.
— Ладно. — Я накидываю на себя накидку, застегиваю босоножки и беру сумку. Как только встаю, меня слегка ведет, и Истон тут же поддерживает меня, удерживая на танкетках.
— Уф… кажется, последний глоток был лишним, — хихикаю я.
Истон ведет меня внутрь, весь на взводе, злой и напряженный. Совсем не тот муж, который встретил меня вчера. Проходя мимо того самого печально известного бара, я замечаю знакомое лицо.
— О боже, Истон, это же ДЖЕРРИ!
Бармен оборачивается, его лицо сначала искажается в гримасе, а потом его озаряет узнавание, и он улыбается нам.
— Эй! Не думал, что снова увижу вас двоих здесь.
— Как дела, чувак? — отвечает
