экономику. Давайте расслабимся. Вы на этой недели заслужили отдых.
Ставит принесенное на стол, а сама снова убегает.
— Ася. Я понял. Ты же не москвичка. У вас в провинции наверное все иначе устроено. Но ты не права. Данка прекрасно знала, что наши отношения ненадолго. Более того, они потому и стали возможны. Никто из нас на серьезное бы не подписался. Особенно сейчас. У нее первый курс на актерском. Ты как себе представляешь, что мы бы сейчас... поженились, что ли?
Я уже и не знаю, что думать. С одной стороны, слёзы Данки, с другой — я очень часто слышу о ее планах стать знаменитой актрисой. Я и не задумывалась, как она планировала это совместить. Серьезные отношения в такое время действительно могут сильно помешать.
Но любовь ведь не спрашивает, когда явиться. Меня, по крайней мере, не спрашивала...
— И все же... Макс, она любит тебя. Даже если ты не задумывался об этом, может стоит присмотреться?
Чувствую себя наивной глупышкой под его взглядом. Ну и чего так смотреть? Будто я пришелец с другой планеты. Да, не понимаю этих ваших новых стандартов. Живу по-старинке, веря в любовь и верность...
Только угораздило вот втрескаться в такого как ты!
— Ты серьезно?
Киваю и краснею. И чем больше смотрит на меня, тем сильнее. Хочется провалиться.
— Да. Я серьёзно. Можешь смеяться надо мной сколько влезет. Но я вот, если буду встречаться с парнем, то только по любви и только с тем, кто разделяет мои взгляды. И мне плевать, как тут у вас принято. Понятно? — когда меня загоняют в угол, я всегда выдаю только то, что у меня на уме.
Он перестает ухмыляться. Но появление Данки завершает наш странный разговор на таком непонятном моменте. Он ничего конкретно не ответил, и я не могу понять, поверил он мне или нет. Как отреагирует на мою просьбу?
Об этом я узнаю в воскресенье вечером, когда глажу одежду к понедельнику для офиса. В квартиру входит пьяная подруга, заваливается на диван. Макияж размазан по лицу.
— Он меня бросил. Ася! Этот козел все-таки бросил меня!
Глава 11
И что дальше?
Я совершенно не понимаю, как реагировать на новость.
При всем при том ещё и виноватой себя чувствую! А вдруг он решил порвать с ней именно из-за нашего разговора?
Бросил бы он ее, если бы я не сказала, что подруга любит его?
Холод пробегает по спине. Может он задумался над моими словами и решил что ему такие проблемы нафиг не сдались. Он за легкие, ни к чему не обязывающие отношения, а я открыла ему глаза на истинные чувства Данки. Имела ли я право это делать?
Интуитивно понимаю, что не всем парням такой формат заходит. Не стоило мне влезать. А Данке не нужно было меня, неопытную в отношения девственницу, просить о таком.
Если она догадается, что, возможно, я приложила руку к их разрыву, она меня простит?
— Он как-то объяснился? — спрашиваю участливо.
— Кто? Громов? — приподнимается и смотрит на меня как на идиотку. А я понимаю, что впервые слышу фамилию Макса. Раньше она его только по имени называла. — Ася, я тебя умоляю. Этот человек никогда ни перед кем не объясняется. Он просто делает так, как хочет... или не хочет.
В голосе подруги как ни странно нет ни слез, ни боли. Только гнев. Меня это даже больше радует, чем если бы она страдала и плакала, как недавно на кухне. Пусть лучше злится.
У меня лишь остается вопрос моего репетиторства. Но спрашивать об этом сейчас совершенно неуместно.
— Мне очень жаль, Данчик, но ты ведь знала, на что шла. Из того разговора, когда ты мне нож к горлу приставила, было ясно, что ты адекватно его оцениваешь.
Молчит. Уперлась взглядом в потолок.
— Я просто рано расслабилась, — анализирует вслух. — Думала, что раз мы уже вместе, то смогу удержать. Но... Я ошиблась! Что-то не учла.
Может тот факт, что Макс не был изначально настроен на серьёзные отношения?
Однако сейчас лучше промолчать и дать ей выговориться.
Она продолжает рассуждать, но мне все это настолько неприятно, что пропускаю мимо ушей. Ее пьяные мысли вызывают легкое отвращение своей холодной расчетливостью, хотя раньше я такого за собой не замечала.
Данка вываливает на меня слишком много личного, я не могу слышать этого о Максе и о ней, в виду того, что все еще испытываю к нему.
Ведь за эти дни ничего существенно не изменилась. Я по-прежнему продолжаю питать к нему пугающее влечение, несмотря на все факты против. Эти запретные чувства не проходят, как бы я не стремилась от них избавиться.
А сейчас я больше думаю не о Данке, а о том, что, кажется, у него и правда новое увлечение. И сердце колит.
Мне было очень сложно видеть их с подругой, но выбора не было, я подавляла в себе ревность изо всех сил.
То, что он увлекся какой-то другой девушкой, проходит по сердцу как будто когтями.
Почему это не отвратило меня от него, как бывало прежде? Раньше, если я слышала об изменах или о неверности парней, я переставала их воспринимать всерьез.
А этот гад никак из моей головы не хочет убираться. Как заноза, ей богу.
— Я ему отомщу! — громко заявляет Данка, даже не обратив внимания, что ее практически не слушают. — Найду способ унизить. И его, и его новую шлюшку.
Ее голос полон ненависти.
А вот это плохо. Лучше бы она позлилась и двинулась дальше, чем зациклилась на Максе.
— Дан, брось это. Он того не стоит.
Качает головой, уже обдумывая что-то в своем пьяном мозгу. Но потом словно приходит в себя и, опомнившись, избавляет меня от подробностей.
Надеюсь, она не задумала чего-то ужасного, что может сильно навредить ему. А особенно ей.
— Нет, Ася, я не прощаю такого. Но ты же знаешь, месть подают холодной. И я могу подождать, пока блюдо не остынет, — ее зловещий взгляд заставляет занервничать, но я одёргиваю себя.
Какое мне вообще дело? Пусть сами разбираются. Макс большой мальчик, чтоб его спасать. Еще не хватало мне и в это влезть.
И плевать, что в душе что-то волнуется за него. Теперь он для меня чужой, как был до нашего знакомства. Промелькнул в моей жизни ярким метеоритом и исчез.
Буду рада забыть о нем.
— Ты только себе жизнь не порти из-за него, — бормочу под нос, не знаю, кого больше
