class="p1">Что могло довести Данку до подобного состояния? Или, точнее, кто?
Ответ очевиден. Никто кроме Макса не смог бы. Только он так умело способен причинять девушкам боль.
Стоп. Он что, бросил ее?
Я резко открываю дверь и вхожу. Она вздрагивает, явно не заметив, что я вернулась. Быстро вытирает мокрые щеки, стараясь скрыть от меня слезы.
Но я не могла ошибиться. Красный кончик носа и глаза выдают ее.
— Что случилось?
В последний момент приходит мысль, что, возможно, я лезу не в свое дело. Да, мы подруги, но бывают темы, которые не хочется ни с кем обсуждать.
Застываю в нерешительности.
— Ничего. Лук резала, — она указывает на стол, где и правда на доске лежат две половинки луковицы.
— Дан, — произношу укоризненно. — Не пытайся меня обмануть. Мы же лучшие подруги.
Прикусывает губу и смотрит жалобно, как брошенный котенок. У меня сжимается сердце и вспыхивает гнев. Что натворил этот дурак?
Данка снова всхлипывает и разражается настоящими рыданиями уже не сдерживаясь. Обнимаю ее, испытывая жалость.
— У него опять друга-а-ая! — наконец, выдает она. — Этот козел точно нашел себе новую девчонку.
Так и думала! Вот ведь гад! Неймется ему! Все никак не угомониться. И ведь наверняка на стажировке.
Да, среди студенток не было ни одной, которой он мог бы уделить свое внимание, но это не значит, что их не было среди сотрудниц компании.
В первый же вечер, когда я ждала его на выходе, чтобы вместе поехать к нам, заметила, что он идет не один.
Целая стайка щебечущих девушек провожала его до выхода из офиса. И все они были очень хороши собой.
За несколько дней у него собрался целый фан-клуб поклонниц! А этот гад прямо наслаждался подобным вниманием к своей персоне. Буквально светился от счастья и ни одну не обделял своим вниманием.
Однажды в туалете я даже случайно подслушала разговор трех подружек. Они обсуждали молодого перспективного стажера, к тому же сына олигарха и строили свои коварные планы по его соблазнению.
Точнее одна из них строила, а две другие уверяли ее, что все получится с ее-то красотой. Мол, он обязательно клюнет.
Я даже незаметно выглянула из кабинки, чтобы увидеть, о какой красоте ижет речь. Глянула. И чуть не взвыла от зависти.
Реально красивая. Нет — нереально красивая. И безумно сексуальная. Макс наверняка уже приметил ее и выделил среди остальных. Даже я оценила.
Высокая брюнетка, с божественной фигурой и яркими голубыми глазами в пол-лица. Она не могла не привлечь этого бабника.
Ее идеально белая шелковая блузка максимально сексуально обтягивала грудь, при этом оставляя небольшую загадку. Узкая юбка до середины икры подчеркивала стройные бедра и подтянутую попку, а высокие шпильки добавляли образу дерзости.
Ни один мужик не смог бы устоять, если бы такая выбрала его своей целью. И судя по слезам Данки, этот тоже не устоял.
— Он... сам тебе признался? — спрашиваю у подруги, заикаясь. Стараюсь не замечать, как больно колит в груди. Это просто волнение за нее!
— Нет, конечно. Но... Это дело времени. Ты заметила, мы уже несколько дней никуда не ходим вечером? Он привозит тебя с практики и почти сразу сваливает куда-то...
— Стажировка в компании Астахова очень тяжелая. Особенно с непривычки. Я, например, к вечеру ни в состоянии ни с кем общаться. Мы даже наши занятия по экономике перенесли. Наверное Максу тоже нелегко, — зачем-то пытаюсь оправдать его. Или просто хочу успокоить Данку, чтобы она так не терзалась. Сама не знаю.
— Нет, ты не понимаешь. Я чувствую, как он охладевает. Его мысли постоянно где-то в другом месте, даже когда мы вместе. Он думает о чем-то или о ком-то другом. Его поцелуи холодны. Он больше не испытывает страсти.
Данка всхлипывает и снова рыдает.
Сквозь слезы выплёскивает на меня все новые и новые подробности, о которых мне знать совсем не хочется.
Про поцелуи и про отсутствие у него возбуждения, про то как он уходит в себя, когда она что-то ему рассказывает или когда обнимает его. А еще про то, что он перестал звонить и писать любовные смски.
Я вообще плохо представляла себе Макса, пишущего любовные послания, а уж тем более не могла представить, что он часто звонит, чтобы просто услышать ее голос. Но не верить подруге оснований не было. Может я не знала этой его стороны...
— Данчик, ну перестань ты терзаться из-за него. Ты же знала, какой он с самого начала. И чего сейчас так страдаешь?
— Я знала, но он клялся, что я та, с кем он хочет построить семью-ю... Убеждал меня, что теперь больше ни на одну девчонку не посмотрит....
Закатываю глаза. И она всерьез ему поверила?
— Данка! Вспомни, ты даже меня предупреждала, чтоб не клюнула на его сладкие речи, — пытаюсь встряхнуть ее и напомнить, что она не может быть такой глупой овечкой. Она дерзкая и яркая.
— Это было не всерьез, как ты не поняла? Я просто приревновала. Но я никогда не верила, что он на тебя клюнет. Ты совсем не в его вкусе. Он терпеть не может блондинок, а особенно таких мышек как ты. И хорошие девочки его не интересуют. Ему нравятся дерзки сучки. Стервозные и страстные в сексе. Куда тебе с твоей девственностью...
Сглатываю и отворачиваюсь, чтоб она не могла увидеть, как ее слова бьют меня наотмашь.
Она правильно описала меня. И про Макса все правильно говорит. Но почему мне так больно принять правду? Потому что мне показалось в тот день, что он ради меня на стажировку к Астахову пошел? Что ради меня хотел в нашу группу? И с Астаховыми сцепился тоже из ревности?
А может виной всему то, как он сидел под столом учителя и обнимал мои ноги, положив голову мне на колени?
Господи, Ася! Ты что себе там напридумывала? Очнись! Даже красавица Данка надолго не смогла удержать его. А ты...
А ты дура, если даже допустила подобную мысль. Ничего такого Макс к тебе не испытывал и не мог априори. Просто ты его репетитор и с тебя можно потом что-нибудь поиметь. Например, помощь в курсовой.
— Данчик, но Макс ведь не из тех, кто продолжает отношения, если они себя исчерпали. Он ведь не порвал с тобой. А значит еще не все потеряно.
Я тщательно подбираю слова поддержки, хотя совсем не уверена в том, что говорю.
Но подруга берет себя в руки и перестает рыдать.
— А ты права, Ась! Я так просто не сдамся!
