не притворяешься. Платону нравишься ты. Твоя суть. Твоя внешность, твой голос, твой смех, общение с тобой. Эмоции от встреч с тобой. Я-то тут причём? Имя? Серьёзно? Это просто имя.
— Алин, мне нужно дедушке позвонить, пока он не уснул, потом поговорим, — заканчиваю разговор с подругой, потому что боюсь её дара убеждения. Она же по сути права, но нет. Я не могу себе позволить общение с ним. Я уже чуть-чуть залипла. Мне нельзя залипать.
Из головы не выходит наше общение и Алинины слова, чтобы как-то отвлечься включаю сериал и несколько часов пытаюсь в него погрузиться.
Постоянно отвлекаюсь и проверяю телефон. Но он не пишет. Даже не спросил, как я добралась. Не то чтобы я жду, но как будто жду.
Алина продолжает бомбить сообщениями и призывает меня лишиться с ним девственности. Начинает напрягать конкретно и я заглушиваю её.
Мою и сушу на ночь голову, вспомнив, что хоть завтра и день на дистанционке, но пар будет много. А вечером у меня репетиторы и я не успею.
К двенадцати я уже еле стою на ногах и ложусь спать.
Просыпаюсь в восемь утра сама, за десять минут до будильника и понимаю, что это была самая спокойная ночь за последние полгода. Давно я так качественно не спала. Кажется, не приснилось ни одного сна и я по-настоящему отдохнула.
Боюсь спугнуть это состояние, но ощущаю воодушевление. Впервые за два месяца мне кажется, что всё наладится. Будто я на кончиках пальцев начинаю чувствовать что-то новое и хорошее. Это чувство совсем хрупкое и еле осязаемое, но даже эти крупицы для меня прорыв.
Даю себе полежать и насладиться обретённым умиротворением. Насладившись, иду готовить завтрак. Когда задумываюсь о том, что я хочу съесть, я даже иначе подхожу к выбору еды. Не могу сказать, что канцерофобия меня отпустила, но, кажется, я теперь ем не из страха перед раком, а из любви к себе. Конечно, ничего не доказано, но слова одного врача меня не на шутку напугали и я заморачивалась и постоянно боялась канцерогенов и прочих вредностей.
По привычке включаю видео для фона, но выключаю, потому что чувствую, что готова побыть со своими мыслями и за завтраком.
Доедаю свой омлет и поглядываю на часы. Лекция начнётся через десять минут.
Мою тишину нарушает звонок. Алина. Восемь часов заглушки закончились.
— У тебя же семь утра? Ты чего в такую рань?
— Филипп ушёл на тренировку. Я не спала всю ночь, думала.
— О чём?
— Тебе надо лишиться девственности с Пастернаком. Просто настройся, что он улетит и не привязывайся особо. Но он идеальная кандидатура. Красивый, классный и умеет смочить твои трусики. Что тебе ещё нужно?
— Алина! Ты озабоченная! Всё, у меня сейчас лекция начнётся. Точнее у тебя! Тебе вообще заняться нечем и ты думаешь о моей девственности! А она тебя вообще не касается! Не хочешь на своей лекции хоть раз побывать?
— Поля, не душни! Ну серьёзно! Жизнь коротка. Вот собьёт тебя машина завтра, а ты не знаешь, что такое секс.
— Ага. Или поставят мне завтра диагноз мамин.
— Поль, прости. Я не это имела в виду.
— Пока, Алин. Мне заниматься надо.
Всю магию утра мне разрушила. Нос щиплет, я часто-часто моргаю, но слёзы всё равно начинают бежать тёплыми дорожками по щекам. Злюсь на себя за эту слабость и оттого начинаю плакать сильнее.
Запускаю трансляцию и ухожу в ванную умываться. В итоге возвращаюсь к ноутбуку, отмечаюсь на лекции, ставлю запись экрана и ухожу обратно.
Наливаю пены и залезаю в горячую воду.
Не знаю, что вчера произошло, но я отчего-то не могу гасить в себе эмоции. Будто меня прорвало. Я самонадеянно думала, что на этом всё. Всё вышло. Отнюдь. Во мне полно страхов и боли. Но сейчас я позволяю себе и бояться и страдать.
Всё, одну пару прогуляла и достаточно. Надо брать себя в руки. Возвращаюсь к ноутбуку, завариваю себе чай и намереваюсь весь день заниматься.
Подключаюсь к семинару и понимаю, что вообще не могу усвоить информацию и включиться в занятие. Что-то бесцельно рисую в тетради и никак не могу сосредоточиться.
Ну что со мной, блин?
Изо всех сил пытаюсь вникнуть в слова преподавателя, но голова забита совсем не учёбой.
Телефон вибрирует и я заранее закатываю глаза. Опять Алина со своими предложениями дурацкими или извинениями.
Открываю мессенджер и чувствую, как улыбка расползается по лицу, а щеки загораются от румянца.
— Пупс, привет! Я знаю, что у тебя сегодня дистанционка и ты дома. Буду через полчаса. Захвати купальник, поедем продлевать тебе каникулы.
Глава 13
Так, Поля, отставить! Предложение заманчивое, но нет! И вообще… Моду взял приезжать, не спрашивая. Кто так делает?
Откладываю телефон и намереваюсь записывать конспект, но что-то в голове переключается, я вскакиваю и со всех ног несусь собираться. Ну что будет от одного раза? Ничего! Просто прогуляю с ним дистанционный день. Ничего криминального. Я не собираюсь влюбляться и залипать! Сто процентов!
Залетаю в санузел, ищу свой станок и ругаю себя, что валялась полтора часа в ванной, а могла бы ноги побрить. Кулёма!
Благо, кожа ещё распарена после ванны и процесс идёт как по маслу. Так! Купальник! А куда он меня вообще отвезти собрался?
Начинаю судорожно искать свою коробку с пляжными вещами и постоянно поглядываю на время, которого остаётся совсем мало.
Разрываю картон, вываливаю все купальники на пол и вспоминаю, какой на мне сидел лучше всех. Опираясь на мою логику, нужно выбрать худший, чтобы этим вторым свиданием всё и закончилось, но мы сейчас не в ладах. И я хватаю самый модный купальник прошлого лета, идущий в комплекте с набедренной повязкой и топом с разлетающимися рукавами.
Примеряю и отмечаю, что оливковый цвет невыгодно подчёркивает мою бледную кожу.
Снова смотрю на время, есть три минуты, чтобы воспользоваться Алининым лайфхаком и нанести бронзер с маслом на тело.
Быстро проверяю погоду и обнаруживаю немыслимые для конца сентября двадцать семь градусов тепла.
Недолго думая, хватаю с вешалки Алинино милое платье в цветочек и балетки. А заодно и сумочку с очками. Она бы одобрила.
В итоге, прособиравшись пятьдесят минут вместо отведённых тридцати, спускаюсь.
Окидываю взглядом парковку, не нахожу ни одной знакомой машины и думаю, что это знак. Зря я согласилась. Да я и не
