небольшой шанс и, достав из сумки ручку, написала на салфетке свой номер телефона.
— Если передумаешь, позвони.
После этого, недопив свой кофе, она резко встала и сразу ушла. Я проводила ее взглядом, после чего повернулась обратно к Даниилу, который облокотился на спинку своего стула и просто смеялся.
— По-моему, это не смешно. — я конечно была рада, что он откровенно ей отказал, вот только это не отменяло женской солидарности. Все-таки девушка явно питала большие надежды на эту встречу, ровно как и я.
— Согласен, полный абсурд. Однако это стоило того, чтобы увидеть твой взгляд в этот момент. — он продолжал посмеиваться, только я его веселья не разделяла.
— Узнать, что у тебя довольно однообразный вкус, стоило того, чтобы прийти. — на мои слова Даниил вдруг неожиданно решил раскрыть мне историю их знакомства.
— Ее тогда не я заметил, а Паша. Просто заинтересовалась она мной, и я решил этим воспользоваться. — он спокойно проговорил это, чем скорее удивил, ведь я однозначно не тот слушатель, чтобы делиться такими подробностями. Однако любопытство взяло верх, поэтому я не закрыла тему.
— И зачем было пользоваться девушкой, которая тебя не привлекла?
— Я пытался не думать о тебе. — он ответил это словно само собой разумеющееся, и как бы эти слова меня не цепляли за живое, так легко сдаваться я не собиралась.
— Получилось? — я не скрыла иронии в своем вопросе.
— Нет. На следующий день я уехал и как раз оказался на том самом пляже.
Это все звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, ведь я помнила, как мы тогда встретились и уже были готовы переступить все границы. Только теперь их словно стало еще больше, но как их обходить, я пока не знала. Мне нечего было ему ответить, однако он продолжал задумчиво смотреть на меня. Павел все не возвращался, поэтому я решила перевести тему.
— Ты подал в суд на режиссера? — мой вопрос встретил его удивленный взгляд.
— Зачем?
— Он же опубликовал ваш разговор. — я искренне не могла понять, почему он удивлен.
— Ты же вроде сама тогда хотела, чтобы я все рассказал репортерам.
— Но не таким способом! — я не сдержала возмущение, потому что тогда совсем не это имела в виду. — Он ведь обманул тебя.
— Мне приятно твое волнение, но можешь больше не переживать. Расследование и эта постановка на камеру заказаны и оплачены мной. — Завьялов издевательски не терял лица, в то время как я недоверчиво смотрела на него.
— То есть инициатором был ты и вы все просто придумали? — я никак не могла поверить, что Даниил на такое пошел.
— Не совсем, на видео я все-таки говорил правду.
— Значит другая у тебя тоже есть? — в своих эмоциях я уже не фильтровала, о чем спрашиваю, хотя Даниил продолжал четко на все отвечать.
— Да, это ты. — он сказал это сухо, словно просто отбил мой очередной вопрос.
— Думаешь я так просто поверю тебе?
— У тебя есть повод мне не верить?
— Поводов предостаточно, один из них как раз оставил свой номер на салфетке. — я даже подвинула белый кусочек бумаги поближе к нему. — Не потеряй.
Завьялов внимательно на меня посмотрел, а потом с легкой ухмылкой взял салфетку и, скомкав ее, закинул в чашку с недопитым кофе Инги, где бумага моментально растаяла, стерев часть цифр.
— Пока ты снова не начала задавать вопросы, скажи, почему вчера не ответила на звонок?
— А должна? Ты не ответил на письмо, я не ответила на звонок. Все честно.
— Ты не сможешь сбрасывать мои звонки вечно. — он в самом деле словно издевался надо мной.
— Зато смогу заблокировать твой номер. — моя фраза его рассмешила, а я в самом деле разозлилась, поэтому достала телефон и показательно нажала кнопку блокировки его контакта.
— К чему это? Ты ведь сама вчера хотела поговорить. — ему явно стало не до смеха.
— Хотела, только вместо этого оказалась на сцене, а потом должна была перед тобой отчитываться, почему вообще попала на то мероприятие. — я была достаточно убедительна, поэтому Даниил в который раз не сдержал усмешку и после короткой паузы все-таки сдался.
— Хорошо. Я действительно был неправ. Но если ты в самом деле хотела переехать столицу, то могла сказать об этом мне.
— Не могла, потому что это ты уехал и пропал.
— Да, я уехал. — он сделал небольшую паузу. — Потому что ты сказала мне уезжать. Я не звонил, потому что ты согласилась не на мою фамилию, а на проектную должность, а главное указала, что нам не по пути. — он продолжал добивать меня словами. — Все эти два месяца я пытаюсь вывести проект на новый уровень, чтобы иметь возможность предложить тебе место, где твой потенциал в самом деле может раскрыться. — он сделал очередную паузу, которую мне нечем было перебить. — И да, ты написала письмо, хотя могла написать сообщение или позвонить. Мы ведь не в каменном веке, к чему нужны эти вымышленные трудности? — после этих слов, когда я уже приготовилась ответить, зачем все это было нужно, к нам вернулся Павел.
— Что за трудности? Где Инга? — приподнятое настроение Разгулова меня еще больше нервировало, поэтому я решила, что мне просто пора уходить.
— Инга ушла, потому что Даниил Борисович тактично ей отказал. И кстати Павел Николаевич, вы меня подставили. Хотели не быть третьим лишним, а в итоге оставили в качестве лишней меня. — я не скрывала раздражение, чем однозначно озадачила своего руководителя. — У меня еще дела сегодня, так что спасибо за чай, я пойду.
Схватив со спинки стула свое пальто и сумку, я, не дожидаясь разрешения или прощания со стороны мужчин, быстро покинула кафе, а вернувшись к себе в здание никак не могла сосредоточиться на работе, потому что в голове крутился очередной не самый удачный разговор. Даниил сумел перевернуть все так, будто только я виновата в том, что между нами произошло. И пусть на его стороне тоже была правда, в любом случае тогда сбежал именно он, хотя мог со мной хотя бы попытаться еще раз поговорить. Нынешний разговор был откровенным, но не помог, а скорее наоборот показал, что мы слишком по-разному мыслим. Я получила ответ на вопрос, что он действительно думал обо мне все это время, только если я все-таки нарушила молчание, пусть и при помощи письма, он этого сделать так и не смог. Всю оставшуюся неделю я отвлекалась как могла, максимально бросая все силы на работу, а по вечерам либо пряталась в комнате, либо гуляла, если позволяла погода. Жена отца видимо решила намекнуть
