он берет себя рукой. В этом зрелище есть что-то настолько эротичное, что мои колени сами собой сжимаются, пока я пытаюсь потереть бедра друг о друга.
На лице Тристана появляется ухмылка. Затуманенным взглядом он следит за моей реакцией, продолжая ласкать себя.
— Ты готова, Хана?
ТРИСТАН
Волны удовлетворения захлестывают меня, когда я вижу реакцию Ханы на каждое мое движение.
— Да, — выдыхает она слово, которое я так жаждал услышать.
Рывком открыв ящик тумбочки, я достаю презерватив. Разрываю фольгу зубами и нетерпеливо натягиваю латекс на свой член.
Мой взгляд опускается к её лону. Видя, как чертовски сексуально она выглядит, раскинувшись на моей постели, я скалю зубы. Её тело божественное зрелище, которого я не заслуживаю. Взяв свой член, я провожу головкой по её клитору, чтобы лучше распределить смазку. Мой взгляд мечется между её раскрасневшимся лицом и её входом. Я крепко сжимаю её бедро и, выбрав позицию, толкаюсь внутрь, с первобытным чувством превосходства наблюдая, как я растягиваю её.
Голова Ханы откидывается в сторону, она вцепляется в покрывало, когда с её губ срывается крик. Мне удается войти лишь наполовину, прежде чем я натыкаюсь на сопротивление её узкого лона. Её тело выгибается, бедра пытаются вырваться из моей хватки, пока она старается отползти выше по кровати.
— Ш-ш-ш… — я содрогаюсь, мышцы напрягаются, пока я изо всех сил сдерживаюсь, давая ей привыкнуть ко мне. — Ты в порядке? — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы.
Хана жадно хватает ртом воздух, и я жду её кивка, прежде чем сжать её бедра крепче. Я толкаюсь с силой, уходя в неё до самого основания. Её отчаянный стон — музыка для моих ушей, подпитывающая тьму внутри меня. Глядя вниз, я вижу, как её шелковистая кожа плотно обхватывает основание моего члена, и это лишает меня последних крупиц самообладания.
Словно зверь, пробудившийся от спячки, мое тело начинает двигаться. Я выхожу почти полностью и снова вбиваюсь в неё, не сводя глаз с места нашего слияния. Каждый мускул напрягается и перекатывается, когда я начинаю вколачиваться в неё, мой член жаждет достичь самых темных глубин внутри неё. Каждое движение встречает сопротивление её внутренних стенок. Властный и дикий, я борюсь за то, чтобы покорить её тело, заставляя её подчиниться.
Подняв взгляд, я беру в плен её затуманенные страстью глаза. Соблазнительное выражение расслабляет её черты, черные ресницы прикрывают глаза. Её бедра начинают двигаться навстречу моим толчкам, соски превратились в твердые бусинки, умоляющие о моих зубах. Мои губы изгибаются в улыбке, когда она сдается. Мои пальцы впиваются в её кожу, и я начинаю рывками притягивать её к себе, в то время как вхожу в неё всё жестче.
Разрядка подкрадывается ближе, впиваясь когтями в мой позвоночник. Мое дыхание становится взрывным, сердце колотит по ребрам. Тонкий слой пота заставляет кожу Ханы мерцать, словно миллионы звезд. Она отпускает покрывало только для того, чтобы вцепиться в мои запястья. Когда её ногти вонзаются в мою кожу, мои пальцы еще глубже впиваются в её бедра.
Всё тело Ханы начинает ходить волнами, заставляя меня вбиваться в неё так сильно и быстро, как я только могу. К нашему тяжелому дыханию и звукам соприкосновения тел вскоре примешиваются всхлипы Ханы. Её ногти впиваются еще глубже, тело начинает дрожать, как натянутая струна, которая вот-вот лопнет.
— Кончай, Хана, — приказываю я, сам находясь на грани.
С криком её тело выгибается над кроватью. Дыхание замирает, мучительно-прекрасное выражение искажает её черты. Хана начинает содрогаться в моих руках, всхлипы и вздохи, слетающие с её приоткрытых губ, создают самую красивую мелодию, которую я когда-либо слышал. Время замедляется, и я отчетливо чувствую, как её внутренние стенки сжимают мой член. Мой взгляд горит, скользя по её влажной коже, набухшим соскам, вздымающейся груди, обнаженной шее и приоткрытым губам, прежде чем встретиться с её ошеломленным взором.
Кажется, что каждая мышца сейчас лопнет, когда я вхожу в неё так глубоко, как только возможно. Оргазм нарастает, и я выгибаюсь назад. Моя голова откидывается, сквозь стиснутые зубы вырывается рычание. Этот момент полон предельного напряжения: горло сжато, мышцы напряжены до предела. Достаточно одного сжатия Ханы, чтобы я окончательно сорвался.
С яростным рыком я продолжаю вколачиваться в неё, пока мой член дергается, посылая дрожь по всему телу. Огонь разливается по венам, пока я извергаюсь подобно вулкану, который спал долгие годы. Мои движения замедляются, я прижимаюсь к ней всем телом, проживая последние мгновения оргазма. Спускаясь с небес, на которые меня вознесла Хана, я вновь погружаюсь в темные глубины своей души.
ГЛАВА 12
ХАНА
Я чувствую такое оцепенение, что когда Тристан выходит из меня и отстраняется, мои ноги просто безвольно съезжают с края кровати.
Я закрываю глаза, пытаясь осознать интенсивность произошедшего. Кажется, будто Тристан сжег ту, кем я была раньше, и из пепла восстала новая женщина. Он подчинил меня себе так, что моя душа теперь навеки связана с его.
Я слышу его движения и шум воды в ванной. Я всё еще чувствую его внутри себя, хотя он уже в другой комнате. Я даже не осознаю, что лежу совершенно голая на его постели. Поверженная. Присвоенная. Принадлежащая ему.
Я остро ощущаю волны силы, исходящие от него. Кажется, сами частицы воздуха расступаются, когда он движется. Даже вселенная покоряется ему.
Я чувствую, как он подходит, и матрас прогибается под его весом. Он подсовывает одну руку мне под спину, другую — под колени. Он прижимает меня к своей груди, и мой висок касается его плеча, пока он несет меня в ванную.
Слышу всплеск воды — должно быть, Тристан заходит в роскошную встроенную ванну. Усаживаясь, он устраивает меня на своих коленях. Теплая вода успокаивает тело, а аромат солей наполняет воздух свежестью.
Его рука крепко обхватывает мою спину, а другая ладонь ложится на щеку. Я чувствую его дыхание на своих волосах. Долгое время он просто держит меня, прежде чем приподнять мое лицо. Я открываю глаза и встречаюсь с его голубым взглядом, напоминающим колотый лед. Он слегка склоняет голову набок, уголок его рта приподнимается, и он шепчет:
— Моя душа. Мой свет. — Он запечатлевает нежный поцелуй на моих губах, а затем его голос рокочет низко: — Моя.
Я обвиваю его шею руками и прячу лицо в изгибе его плеча. Он не произнес слов «я люблю тебя», но я чувствую это самой глубиной души. Вижу в его
