в тапочках добежала до двери на площадку перед лифтами. Встала на носочки и посмотрела в глазок. Там стоял смутно знакомый мужчина. Я приоткрыла дверь и выглянула, приложив палец к губам.
– О, Аллочка, здарова!
Я выпучила глаза, поняв, кто передо мной стоит. Олег. Последний человек, которого я ожидала увидеть, пока неслась по коридору. Он выглядел хуже, чем в момент нашей последней встречи.
– Привет. Светы нет. Приходи днём, – бросила я и попыталась закрыть дверь.
В щель всунулась нога, помешав мне это сделать. Я держалась за ручку изо всех сил.
– Аллочка, так не делается, я же здесь жил! Забыла, что ли?
– Это было давно. Сейчас всё изменилось. Пожалуйста, приходи завтра днём, не сейчас.
– Ты меня боишься, что ли? – Он искренне удивился. – Я же тебя никогда, ни пальцем!
– И что? Разве у меня мало поводов опасаться тебя?
Я настойчиво отгоняла все неприятные воспоминания о нём. Нельзя было отвлекаться.
– Да открой ты дверь, это мой дом!
– Не твой. Никогда не был. Это Светин дом, поэтому дождись её, прежде чем попадёшь туда.
– Аллочка!
– Разве она выразилась недостаточно чётко? – раздалось жёсткое за спиной.
У меня мгновенно вспотела спина. Юра! Не знаю, умел ли он драться, но негатив в сторону Олега обычно заканчивался физической расправой.
– А ты откуда нарисовался ваще? – Олег схватился пальцами за дверь и потянул на себя.
– Не твоё дело. Сказали, приходи завтра днём. Значит, приходи завтра. Что непонятного?
– Ты мне тут не огрызайся, щенок. Открывайте, поговорим нормально.
Юра отодвинул меня к себе за спину, из-за чего я отпустила ручку. Он выглядел совсем не так, как обычно. Это пугало. Неужели, всё это время я общалась лишь с более скромной частью его личности?
Дверь открылась полностью. Юра, во все громадину своего роста, смотрел на Олега сверху вниз, выглядя при этом настолько уверенно, что мне самой стало страшно. Я втиснулась сбоку, чтобы контролировать ход событий.
– И? Говори, что хотел.
– Да, ничего. – Олег почему-то нервно сглотнул. – Завтра приду.
У меня чуть глаза не вылетели из орбит. Олега никогда ничего не пугало.
– Отлично. Хорошего вечера.
– И вам…
Олег развернулся к лифтам. Юра закрыл дверь и мягко подтолкнул меня к квартире. Я засеменила вперёд, анализируя произошедшее. Вроде, ничего такого не произошло, но почему Олег струсил и решил отступить? Такого я ещё не видела.
В квартире Юра взял радионяню, оставленную на обувнице, и зачем-то осмотрел меня с ног до головы.
– Насколько неприличным будет остаться здесь на ночь? Что-то не понравился мне этот мужик. Не хочу оставлять вас одних.
Он продолжал меня удивлять. Сначала вступился, теперь переживал. Стало неловко.
– Да что ты, – я замахала руками, – ничего такого не произошло. Сомневаюсь, что тебе хочется ночевать в подобном месте. Иди домой спокойно, не переживай. Он же ушёл.
– Как ушёл, так и вернуться может. В общем, я могу и на полу лечь. Дома всё равно от переживаний места себе не найду.
Мы смотрели друг на друга с разными эмоциями. Я с сомнением, он настойчиво, будто пытался вложить в мою голову какую-то мысль. После игры в гляделки я вздохнула и заправила волосы за уши. Нервничала ужасно.
– Думаю, Света не обидится, если ты переночуешь у неё. Я просто к себе спать уйду. – Я отвела взгляд, смущаясь из-за сложившейся ситуации.
– И часто тут… такое?
– Какое, такое? – Я нахмурилась, хотя прекрасно понимала, о чём он. – Для нас подобное – обыденность. Но всё равно спасибо, что беспокоишься.
Глава 11. Маффин
Мы сидели на полу на кухне Светы с большими кружками чая в руках. Я отказывалась ложиться спать, пока она не вернётся домой. Боялась, что Олег мог стеречь её в подъезде или на улице. К счастью, клуб Света додумалась сменить ещё год назад. Иначе на работе её мог ждать незапланированный концерт.
Гэтсби дремал на коленях Юры. Его хозяин явно тоже устал, но держался молодцом.
– Не ожидала от тебя такого, – сказала я тихо.
– Чего именно? – Юра прислонился затылком к дверце шкафчика.
– Ну… Это было смело. Да и, честно говоря, мило. Мы друг друга почти не знаем, а ты заступился за меня. Даже не за меня, за Свету и Серёжку. Они тебе ещё больше никто, чем я.
– Никогда не любил смотреть, как обижают слабых и беззащитных, – ответил он тихо. – Мне не понравилось, как он с тобой разговаривал.
– Считаешь меня слабой и беззащитной? – Я улыбнулась. Это тоже было мило.
– Считаю что больше и сильнее, поэтому обязан защитить, если вижу потенциальную для тебя опасность. Что уж говорить о Серёжке? Его может обидеть даже чихуахуа.
У меня не получилось сдержать смеха. Потому что чихуахуа может обидеть кого угодно. В этих маленьких собачках встроен поразительный объём злости и агрессии.
– Спасибо тебе. Это было необязательно, но очень, очень мило.
Я смотрела на него по-новому. Начала воспринимать старше и осознаннее. Раньше мне казалось, что подобные ему не станут мараться о проблемы бедных. Но Юра доказал обратное.
Он пытался подкармливать меня, помогал с дурацкой математикой и защищал, хотя мы были едва знакомы. Ни один плохой человек так бы не поступил.
– И часто этот Олег ощущает себя всесильным? – Юра медленно гладил Гэтсби, чтобы тот не проснулся.
– Бывало иногда. – Я пожала плечами. – Ничего критичного. Меня Олег никогда не трогал.
– А кого-то трогал? – Юра ощутимо напрягся.
– Свету. Ей крепко доставалось от него.
– Он отец Серёжки?
– Да. – Я кивнула. – Когда они скандалили, Серёжку обычно я забирала. Потом Олег сел. Видимо, вышел.
Концентрация криминала в одном доме Юру пугала. Ещё больше его пугало, что здесь росли дети. Я рассказывала ему историю за историей. Он выглядел всё мрачнее и мрачнее. Мне же вспоминались как грустные, так и весёлые события. Чего только не происходило здесь за всю мою жизнь.
Он вот про своих соседей ничего не знал, даже про тех, кто жил за стенкой. Ему не казалось это важным. Главное, чтобы никто не мешал. А мне вот и дебоширы раньше нравились. Когда я была младше, мы часто болтали с Васей, а Рыжий приходил ко мне обниматься и позволял себя тискать. Костя иногда угощал конфетами, когда находился в исключительно хорошем настроении. Или когда к нему приходил в гости сын.
Но с каждым годом становилось всё хуже. Мы отдалялись, потому что братья редко находились в трезвом уме. И теперь уже могли друг на друга наезжать. Я даже пару раз орала на них. Юра
