свое состояние, на чем построена наша империя.
— Давид, тише, — прошипела Юлиана. — Она же может услышать… Твоя… хм, она в соседней комнате!
— Ну что-то пару секунд назад тебя это не особо волновало.
— Давид! — прозвучало практически страдальчески.
— Наши деньги никак не “старые”. Твоя родня самая обычная. Как и родня отца. Так что хватит корчить из себя аристократов. То, что вы купили титул и заказали себе личный герб не делает нашу кровь особенной. Даже наоборот. Все это не перекроет ту грязь, которую отец мечтает скрыть. Такое скрыть невозможно. Искупить тоже.
— Давид! — а теперь в голосе Юлианы прорезалась уже угроза. — Тебе лучше остановиться прямо сейчас.
— Тебе бы остановиться. Самой! Сразу. Только то, что ты моя мать, и не дает мне сказать все, о чем я действительно думаю. Но еще одно дурное слово в адрес моей Ирины — и я забуду обо всех своих принципах.
— Девка важнее меня? Важнее родной матери?
Давид вышел, с грохотом захлопнув дверь.
И это уже был достаточно красноречивый ответ на любой вопрос.
На нашей свадьбе Арсановы не появились. И я не могла расстроиться по этому поводу. Даже Давид расстроенным не выглядел.
До последнего мне хотелось, чтобы все наладилось. Чтобы его семья меня приняла. И хотела я этого не ради самой себя. Ради Давида. Все-таки для него это было наверняка важно.
А еще я мечтала про большую семью. Меня же растила тетка. Маму я почти не помнила. Отца вовсе не знала. И вот наконец появился шанс. Но… как появился, так и пропал.
Помню, как надеялась, что все поменяется после рождения детей. Разве не захотят бабушка с дедушкой увидеть собственных внуков?
Не захотели. Никто не приехал. Ни сразу, ни через неделю. Даже через месяц они не появились на нашем пороге.
Тогда Давид вычеркнули из завещания.
А теперь… надеюсь, вернули.
Он же вышвырнул и меня, и детей. Настолько резко, что мне самой тогда не верилось. Бывало, мелькали мысли, что его мать постаралась, все же нашла некий “компромат” против меня. Точнее — создала. Потому как найти там было нечего, ведь я же ничего плохого не делала. Не изменяла Давиду, не лгала ему, ни в чем его не обманывала.
Но я помнила реакцию Арсанова на первый “компромат” с теми фотографиями. Он знал своих родителей. Все понимал.
Тогда не поверил.
Сейчас я смотрела на портрет Юлианы. В голове снова проплывали непрошенные мысли.
А вдруг без нее не обошлось?
Нет смысла ворошить прошлое.
Но… сейчас я не могла отделаться от того давнего воспоминания. Разговор Давида и его матери про дела Арсанова-старшего. Грязные деньги.
О чем говорил Давид? Почему мать так этого боялась?
Вдруг похищение моих детей с этим связано?
Отошла от портрета. Оглянулась по сторонам.
Эта комната… точная копия той комнаты, в которой жила мать Арсанова. Там, в их огромном поместье. Она приглашала нас к себе на чай. Когда пробовала “терпеть” меня.
Стало муторно на душе.
Значит, она бывает здесь. Юлиана приезжает в дом Давида. Вероятно, их общение возобновилось после нашего разрыва. И это хорошо. Пусть так.
Но вот встречаться с матерью Давида мне совсем не хотелось. Особенно сейчас. В такой момент.
Хотя задерживаться тут не собиралась.
Вышла из комнаты и закрыла дверь. Вот бы из этого дома также быстро уехать. С моими детьми.
А если Арсановы-старшие все это устроили?
Такая идея больно царапнула изнутри.
Сначала хотела отвергнуть этот вариант. Помнила же, как отец Давида орал все, что думал про моих детей:
— Зачем нам эти безродные щенки?! Еще неизвестно, от кого она их нагуляла. Такие девки спят со всеми подряд!
Один раз услышал их телефонный разговор с Давидом.
Хватило надолго.
Фраза врезалась в память как нож.
Нет. Мои дети им не нужны.
Хотя… все могло поменяться.
И я невольно начала сопоставлять фрагменты.
Реакция Давида. То, как он не стал ничего объяснять, хотя казалось, точно ухватил какой-то след. Был на взводе. И в то же время спокоен.
Ну да, если мои малыши у его родителей. То о чем ему волноваться?
А его безумная семья способна на все. И денег у них хватит, и власти, чтобы устроить похищение.
Сама не заметила, как прижалась плечом к очередной двери. И та поддалась. Открылась.
А я едва удержалась на ногах. Чудом сохранила равновесие.
Хотела уже выйти, но в последний момент все же задержалась. Оценила обстановку и замерла. Здесь все буквально вопило о том, что это кабинет Давида.
Каждая мелочь. Каждый предмет мебели.
Во всем читался его стиль. Его вкус. И его аура пронизывала пространство вокруг.
Прикрыла дверь, защелкнула замок, чтобы мне никто не помешал.
Кабинет Давида стоило осмотреть внимательно. Кто знает, какие секреты скрывал мой бывший?
Его реакция на новость о том, что дети пропали, показалась мне натуральной. Будто он понятия не имел о происшедшем.
Но могла ли я доверять самой себе?
Давид умел прятать эмоции.
А я была слишком взволнованна, чтобы рассуждать трезво.
Немного помедлив, приступила к изучению кабинета, еще не догадываясь о том, какая страшная тайна совсем скоро мне откроется.
=30=
Компьютера здесь не было, но на это я и не рассчитывала. Арсанов пользовался ноутбуком, причем все время брал его с собой, чтобы всегда иметь все самое важное под рукой в нужный момент. Так что он бы не оставил его в своем кабинете.
Да и как бы я включила компьютер? Как бы разблокировала? Там же наверняка пароль, причем очень сложный. Сразу и не разберешься.
Прошлась по комнате, начала изучать каждую полку. Книги. Папки с документами. Просматривала все подряд.
Обернулась и глянула на часы. Сколько времени займет полный обыск? Могу не успеть. И хоть мне было плевать, если Арсанов застанет меня за подобным занятием. Будет возмущаться? Да пусть возмущается!
Главное для меня сейчас — найти детей. И если это хоть как-нибудь поможет, то я сделаю все, только бы добиться цели.
Впрочем, когда он появится, возможности обшарить каждый угол уже не будет. Лучше действовать сейчас. По максимуму.
Отошла от шкафов и приблизилась к его рабочему столу. Тут наверняка все самое серьезное хранится.
Опять множество самых разных документов. Строчки расплывались перед глазами. Меня трясло от волнения, оказалось практически невозможно сосредоточиться.
Графики. Таблицы. Всякие отчеты.
Важные бумаги, да… но к разгадке они меня ни на секунду не приближали.
А вообще, дурацкая идея. Если бы Арсанов похитил моих детей,
