все хорошо?
Я не сразу поняла, что она имеет в виду. Но мозг услужливо подбросил мне кровавые картинки девичника. Это должен был быть праздник, но всё превратилось в настоящий кошмар.
– Не знаю… Я видела, как убили того мужчину. Зачем они это сделали? Кто это были?
Женщина нежно погладила меня по голове, убирая с лица непослушные пряди волос. Её лицо смягчилось, но в глазах читалась боль.
– Твои родители не хотели, чтобы ты столкнулась с этим.
– С этим? С тем, как убивают людей? Но он не мог знать, что это случится… Или мог?
Тетя Мира покачала головой.
– Ты знаешь, что твой отец занимается бизнесом, но он никогда не говорил, чем именно?
– Я знаю. Это ночные клубы, организация гонок, аренда помещений, торговля…
Иногда я слышала, как отец говорил с кем-то по телефону, договариваясь о доставке товара.
– И многое из этого – нелегальные дела, – тихо сказала она.
– О чём ты?
– Он криминальный авторитет.
От внезапного голоса дяди Тагара я вздрогнула. Он вошёл в комнату и присел на корточки рядом с моей кроватью.
– Кто? – не поняла я.
Он натянуто улыбнулся.
– Криминальный авторитет? Это бандит? Он бандит, да?
Они обменялись взглядами, полными растерянности.
– Теперь понятно, зачем вся эта охрана…
– Саби, он хотел оградить тебя от этого мира.
– Всю жизнь лгав мне? Не могу поверить… А вы знали, чем он занимается и ничего не сделали, чтобы остановить его?
Дядя опустил взгляд и покачал головой.
– Или вы тоже… Господи! А Алиса знает?
– Она не знала, как и ты. Но в прошлом году Рома проболтался ей.
– И Фил, узнав, все равно женился на ней?
Я вспомнила, как выходила из караоке. Тогда все было, как будто в тумане, но теперь картинки становились четкими. Прожигающие, ледяные взгляды мужчин наших семей. Стаса. Фила. Егора. Даже девятилетние Матвей и Ромы смотрели с недетской серьезностью. В каждом взгляде – сталь, и в каждой руке – пистолет.
– И они все… Вы все…
– Да. Мы все из одной группировки.
Я закрыла глаза, ощущая, как к горлу подступает тошнота. Не могу поверить, что жила среди убийц и не видела очевидного.
Теперь все встало на свои места: вечный контроль, охрана, запреты, бесконечные разговоры за закрытыми дверями.
– Оставьте меня, – произнесла я без каких-либо чувств. – Я хочу побыть одна.
Тетя и дядя не стали спорить. Они знали мою любовь к одиночеству. Сейчас мне отчаянно не хватало своего убежища – танцевального зала, где можно было отвлечься от всего в танце.
Вместо этого я зарылась под одеяло, вцепилась зубами в пододеяльник, заглушая рвущийся наружу крик. Мне было больно, невыносимо больно от осознания лжи, которой меня кормили всю жизнь. Они не доверяли мне? Боялись, что я возненавижу их?
Знакомая мелодия заставила меня вынырнуть из-под одеяла. Звонил телефон. Незнакомый номер. Я сбросила вызов. Но когда звонки возобновились, не прекращаясь почти двадцать минут, я сдалась.
– Кто это? – Мой голос звучал резко, с надрывом. Ярость клокотала внутри.
Все эмоции я обычно выплескивала в танце, но сейчас я не могла себе этого позволить.
– Я уже заслужил твою злость одним лишь звонком? – В трубке раздался голос Егора.
– Откуда у тебя мой номер?
– Алиса дала.
Предательница! Еще одна лгунья в моей жизни.
– Что тебе нужно? Мне сейчас не до тебя.
– Слышу. Просто хотел убедиться, что ты не бьешься в истерике от вида пары капель крови. Но, видимо, ты в порядке.
– Я в порядке, если не считать того, что до этого жила в полной лжи, – прошипела я, сжав телефон так, что он затрещал.
– Это было для твоего блага. Но ты права. Твой отец не должен был скрывать от тебя правду. В случае непредвиденной ситуации, как вчера, ты хотя бы знала бы, что происходит. А так ты выглядела, как потерянный котенок, выброшенный на улицу.
– Ты тоже мне лгал, – в моем голосе дрожала обида.
– Я должен был. Твой отец прикончил бы меня, узнав, что я тебе все рассказал
Слыша подобные слова сейчас, они уже не казались пустой угрозой. Отец и вправду способен на убийство, или… он уже убивал?
– Почему они мне лгали? – прошептала я.
– Старики решили держать своих дочерей подальше от этого дерьма, чтобы вы могли наслаждаться беззаботным детством.
Грубые слова в речи парня резали меня по ушам, но я проглотила замечания ему.
– Они надеются, что вы выйдете замуж за обычных парней, не связанных с этим миром. Им тогда не придется открывать вам свою темную сторону.
– За обычных парней?
– Да, не связанные с криминальными делами. С чистыми руками и совестью, не запятнанными кровью.
– Тогда Алиса разбила надежды дяди Тагара.
Егор усмехнулся моим словам.
– О да. Фил жестко его переиграл. Но у твоего отца еще есть шанс подарить тебе нормальную жизнь.
– О чем ты?
– Митя, – голос парня стал тише и серьезнее. – Ты думаешь, он позволяет этому сопляку крутиться рядом с тобой только потому, что он ему нравится?
– Митя не нравится папе.
Это очевидно при каждой их встрече.
– И все равно терпит его. Возможно, твой отец надеется, что ты выйдешь за него замуж…
– Что ты несешь, Рябин? – перебила я его, чувствуя, как гнев вновь возвращается ко мне. – Я цыганка. Я не могу выйти замуж за человека не из табора. Ни за Митю, ни за тебя…
– За меня?!
Я осеклась и стукнула себя по лбу.
– Не придирайся к словам. Я имела в виду, что выйду замуж только за цыгана. Иначе быть не может!
– Жизнь – штука непредсказуемая, Сабина. Никто не знает, что ждет нас завтра.
– Завтра свадьба Стаса и Вики, на которой ты не посмеешь ко мне даже подойди, – выпалила я и отключила телефон.
Глава 10
ЕГОР
Костюм сковывал мои движения, что чертовски раздражало. Я уже расстегнул пиджак и верхние пуговицы рубашки, поймав на себе недовольный взгляд матери, но все равно чувствовал себя в этом наряде не самим собой.
Заметив, как девушка выходит из отеля в коротком коричневом платье, я кинул взгляд на телефон. Вика скинула мне фото своей
