татуировкой на шее, подмигивает и жестом спрашивает: «Повторить?». Я киваю. – Дело в принципе! Он же меня этим поцелуем просто заткнуть хотел! Понимаешь? Это не романтика, это… это акт агрессии! А потом я ему влепила пощечину.
Светка присвистывает.
– Сильно?
– От души. Ладонь до сих пор горит.
– Ну ты даешь, Лялина! Страсти-мордасти, как в турецком сериале. И что потом?
– Потом я решила: все. Хватит. Больше никаких Иванов в моей жизни. Вот пусть ищет себе скучную взрослую тетку, с которой будет обсуждать курсы валют и пить чай без сахара. А я… я буду веселиться!
Бармен ставит передо мной новую порцию текилы и дольку лайма. Я смотрю на прозрачную жидкость, как на спасение. Сегодняшний вечер должен был пройти совсем иначе, в компании доброго и веселого парня, а не в обнимку с подругой и кучей шотов.
– Вот это правильный настрой! – Светка поднимает свой бокал. – За веселье! И за то, чтобы мужики ползали у наших ног!
Мы чокаемся.
Музыка в баре становится громче. Басы бьют по ушам, заглушая мысли. Вокруг полно народу – выходной, вечер, все хотят отрываться. Кто-то танцует, кто-то целуется в углу, кто-то громко ржет.
После очередной текилы мир становится чуточку мягче и приятнее. Обида на Ивана притупляется, уступая место какой-то шальной веселости.
– А Раш, он правда ничего такой? – спрашивает Светка, перекрикивая музыку.
– Огонь! – кричу я в ответ. – Красивый, наглый, веселый. И зовут его, между прочим, нормально. Марк. А не Иван-дурак.
– Так, может, зря ты его отшила?
– Зря! – соглашаюсь я, чувствуя прилив пьяной решимости. – Вообще зря! Надо было идти. Пусть бы Соколов лопнул от злости.
– А давай ему позвоним? – подкидывает моему пьяному мозгу «гениальную» идею Светка.
– Кому? Ивану? Чтобы послать?
– Да нет же, дурочка! Марку! Скажи, что мигрень прошла. Что ты в баре, скучаешь, и тебе срочно нужна компания красивого мужчины.
Я задумываюсь. В голове немного шумит, мысли путаются, как наушники в кармане.
Позвонить Марку?
– Не могу, – вздыхаю я трагично. – Я уже сказала Ивану, что никуда не собиралась. Если я сейчас пойду к Марку, получится, что Иван прав. Что я действительно… ну… ветреная.
– Ой, да плевать на Ивана! – машет рукой подруга. – Сонь, тебе двадцать один! Ты должна веселиться, флиртовать, совершать ошибки! А ты живешь как старушка. Работа, приют, собаки, дом. Света белого не видишь. Конечно, ты на этого соседа запала! Он единственный мужик, которого ты видишь чаще, чем раз в месяц, и который не является клиентом с кастрированным котом.
– Да не запала я на него!
– Ой, все, – закатывает глаза Света. – Началось.
– Не веришь?
– Не-а.
– А вот я тогда возьму и позвоню сейчас Рашу!
А что? Это будет идеальная месть. Иван думает, что я дома, плачу в подушку? А вот фиг ему! Я буду развлекаться! И пусть он знает, что его запреты на меня не действуют!
Решительно достаю телефон из сумочки. Экран предательски расплывается. Буквы пляшут ламбаду. Притормаживаю свой порыв на доли секунды.
Сколько я выпила?
Который час?
И действительно ли это хорошая идея кому-либо звонить в таком состоянии?
А-а-а, пофиг!
– Сейчас… где он тут у меня… – захожу в список контактов.
Пальцы не слушаются, тыкают куда-то не туда. В глазах двоится. Я вижу знакомый набор цифр. Или букв. В общем, что-то очень похожее на контакт того самого парня, который хотел меня выгулять.
– Нашла? – нетерпеливо спрашивает Светка, допивая свой коктейль.
– Ага! Звоню! – я с победным видом тыкаю пальцем в экран.
Гудки. Длинные, тягучие.
Один. Два. Три.
Сердце колотится где-то в горле. А вдруг не ответит? Вдруг обиделся?
На четвертом гудке трубку снимают.
– Да, – раздается в динамике низкий, хрипловатый голос. Не очень-то веселый, скорее какой-то напряженный.
Но мой пьяный мозг игнорирует интонации. Главное – ответил!
– Приве-е-ет! – тяну я, стараясь перекричать музыку и придать голосу максимум сексуальности (получается, наверное, как у мартовской кошки, но мне кажется – я богиня). – Угадай, кто это?
Пауза. Тяжелое дыхание на том конце провода.
– Соня? – голос становится еще ниже и, кажется, удивленнее.
– Она самая! Твоя несостоявшаяся спутница! – я хихикаю, прикрывая свободное ухо ладонью. – Слушай, я тут подумала… Кстати, ты был прав. Бар – это отличная идея. И мигрень моя прошла. Волшебным образом! Наверное, текила лечит все, даже совесть.
– Ты пьяная? – вопрос звучит не как упрек, а скорее как констатация факта. Сухо так.
– Немножко! – я показываю пальцами «чуть-чуть» воздуху. – Самую капельку. Для храбрости. Короче, предложение еще в силе?
– Какое предложение?
Ну вот, тупит. Эх, мужики.
– Ну как какое! Спасти прекрасную даму из лап одиночества! Я сейчас в баре… – я оглядываюсь, пытаясь найти название. – «Пьяный дятел»? Нет… «Синий лось»? Свет, как эта дыра называется?
– «Подвал», – подсказывает подруга, давясь смехом.
– Во! Бар «Подвал»! На Садовой. Приезжай, а? Я хочу кататься по городу, гулять до утра и… – я понижаю голос до интригующего шепота, – …и целоваться. Но только не так, как этот придурок сосед, а нормально. Нежно. Ты же умеешь нежно?
На том конце провода повисает такая плотная тишина, что ее можно резать ножом. Я даже смотрю на экран – не отключился ли? Нет, секунды идут.
– Алло? Ты там уснул?
– Я еду, – коротко бросает.
– Ура! – я подпрыгиваю на барном стуле. – Ты мой герой! Жду! Только давай быстрее, а то меня тут уже какой-то лысый дядька глазами раздевает.
– Никуда не уходи. Жди внутри. Буду через двадцать минут.
Пик-пик-пик.
Он отключается.
– Ну что? – Светка смотрит на меня с восхищением.
– Едет! – объявляю я, пряча телефон. – Сказал, через двадцать минут будет. Прикинь? Сорвался сразу! Вот что значит – мужчина заинтересован! Не то что некоторые…
– Ну, подруга, ты даешь. Смотри только, не натвори делов.
– Ой, да ладно тебе. Мы просто покатаемся. Может, еще в клуб заедем. Мне нужно выпустить пар. И вообще, я – само благоразумие!
Следующие двадцать минут тянутся вечность. Я успеваю выпить какой-то коктейль, потанцевать со Светкой под Леди Гагу и дважды сходить в туалет, чтобы поправить макияж. В зеркале на меня смотрит
