class="p1">— Есть же способы… договориться, — шёпотом говорю я.
— Я надеюсь, что ты сейчас пошутила и не имела в виду ничего плохого! — она резко разворачивается и прищуривается.
— Нет, что ты! Я никогда бы не подумала тебе предлагать избавиться от малыша. Но и поговорить с Демидовым, вы должны, — я как-то даже остолбенела от ее слов.
— Поздно, Люб. Все слишком запутано и сложно. Можешь меня даже не отговаривать, я все равно выйду замуж за Елисеева. Моим детям нужны оба родителя, — со психом говорит она и вновь поворачивается ко мне спиной.
— Хорошо, я больше не буду упоминать Михаила. Раз ты решила выйти замуж за Антона, значит, так и должно быть. Ты же взвешиваешь каждый свой шаг, — затягивая корсет, отвечаю я.
— Спасибо, Люб. Я, правда, тебе благодарна, что ты пришла на мою свадьбу. Кроме тебя, у меня ближе человека нет, — ее голос дрожит и я обнимаю Людмилу.
— Все наладится, Люсь. Теперь уже ты никогда не будешь одна. Я имею в виду, совершенно не себя и Антона. Я про твоего малыша, — шепотом отвечаю я.
— Я тоже верю, что все будет хорошо. Главное, что мои малыши будут любимы.
Я не сразу поняла, что Люда сказала мои малыши, а когда до меня дошло, торжество было уже в разгаре. Я наслаждалась теплым вечером и наблюдала за подругой.
Она улыбалась стоя рядом с Елисеевым и я не стала больше думать, почему она так поступает.
Попрощалась с молодоженами чуть раньше, чем собиралась уйти. Но меня начало мутить от всего и я практически сбежала. Не хотела анализировать, что происходит сейчас. Потом, может быть. У Люды своя жизнь, мне бы со своей разобраться.
— Дочь, как провела время? — спросила мама, когда я вошла в кухню, родители пили чай.
— Немного устала, а так… все хорошо, — после небольшой паузы, проговорила я.
— Вот и славно. Будешь с нами пить чай? — встав из-за стола, она уже ставила на стол кружку.
— Конечно, — принимая горячий напиток, отозвалась я.
— Любочка, сегодня звонила твоя подруга Василина. До тебя не смогла, — оторвавшись от своего планшета, папа прямо посмотрел на меня.
— Что-то случилось? — я напряглась и чуть не пролила чай.
— Артем случился, — процедил сквозь зубы отец. — Он там концерт устроил, хорошо, что Лина была в тот момент не одна. Выгнали взашей этого подонка.
— Ужас! — отставив кружку, я в неверии смотрела на родителей.
— И этот ужас приехал сюда с разборками, — тихо выдает мама.
Я прикрываю рот руками и перевожу взгляд с мамы на папу. Неужели бывший муж посмел устроить здесь скандал?
Глава 12
— Что он сделал, папа? — я в ужасе прикрываю рот руками.
— Пытался прорваться через охрану. Орал на всю улицу всякую нецензурщину, — мама качает головой.
— И зачем он только позорится? У него же ребенок, — мне отчего-то стыдно за бывшего.
— Люба, ты только не переживай, — пытается бодрым голосом говорить отец. — Тебе нельзя.
— Ага, а вам будто бы можно? — бурчу себе под нос, словно старушка.
— Не сердись, дочь, — вздыхает папа. — Он не стоит наших нервов. Андрей с ним разберется.
— При чем здесь Чернов? — стараясь держать голос под контролем, уточнила я. — Мне непонятно, почему ты не доверишь все своему безопаснику, пап?
— Вот в этом-то и есть загвоздка, Любаша, — отец отвернулся и так тяжело вздохнул, что мне стало страшно за него.
— Что не так с дядей Пашей? — я внимательно смотрела на родителей, переводя взгляд с одного на другого.
— Павел Константинович Черепанов, является родным дяде Тимирязева Артёму Ивановичу, — не дождавшись, пока ответит мне отец, проговорила мама.
— Но как? Боже мой! Получается, что они нас все это время обманывали? — наверное, мои глаза сейчас вылезали из орбит, я подскочила с места, начала ходить по кухне.
— Вот так, малышка, — в голосе отца сквозила такая горечь, что мне и самой стало неприятно за папулю. Ведь он доверял своему лучшему другу. — Получается, что дядя Паша прикрывал Артёма?
Я в ужасе смотрела на родителей и понимала, что это для них тоже шок. Сколько лет дружить и получить нож в спину от человека, с которым играл в песочнице.
— Вот какие бывают друзья, Любаша, — папа как-то сразу стал намного старше. Сутулился и прикрыв глаза, начал тереть переносицу. Значит, его вновь мучают головные боли.
— Папуль, пожалуйста, не переживай! Андрей обязательно все выяснит. Пап, пожалуйста, — я уже была не рада, что завела этот разговор. О чем я сейчас спросила отца? — Не нервничай.
— Я стараюсь, фиалочка моя, — папа с детства меня называл ночной фиалкой. Говорил, что это мой цветок по гороскопу. Я в эти гороскопы не верю, но мне нравилось, с какой интонацией отец называл меня.
— Катя, дай таблетки, — попросил он, хватает за сердце.
Мама уже держала в руках блистер, а я быстро наливала стакан воды. Хотя знала, что он сейчас будет не нужен.
— Может быть, врача? — я не прощу себе, если с отцом что-то случится по моей вине, ведь это я познакомилась с Артёмом и вышла за него замуж.
— Если ты сейчас думаешь, что во всем виновата — это не так? Ваша встреча была подстроена и то, что ты влюбилась в Артёма тоже.
— Не может быть! — воскликнула я, здесь же садясь на стул. — Какой-то сериал с уклоном в ужасы.
— Возможно, — отозвался папа. — Только, оказывается, так и в жизни бывает. Ты пригреешь змею у себя на груди и не знаешь, когда она кинется.
— Давайте о хорошем, — очень тихо попросила мама.
Я была рада, что хоть кто-то прекратит этот разговор. Он и меня жутко угнетал. Неужели существуют такие люди, которые могу пренебрегать многолетней дружбой. А была ли она — это дружба? Возможно, дядя Паша, все время завидовал папе. Мысль прострелила и не отпускала. Мне захотелось на воздух, а ещё больше поговорить с Черновым. Неужели Андрей поможет разобраться нам со всей этой ситуацией? Я не люблю вывешивать грязное белье на обозрение, но другого выхода сейчас нет. Он же отец моего ребёнка. Может быть, поэтому считает, что должен помочь родителям и мне? Другого оправдания его поступкам, я не могла придумать. Не из-за великой любви ко мне он все делает.
— Я выйду подышать, — улыбнулась родителям и подхватив телефон, пошла на улицу. Мне нужно было подумать и позвонить Чернову.
Родители лишь кивнули и ничего не сказали, они понимали, что я хочу остаться одна.
Прогуливаясь вдоль искусственного пруда, я смотрела на уток и все складывало пазл в своей голове. Он упорно
