едва касались его боков. Мы продолжали так до тех пор, пока он не выдержал и, удерживая мою голову, начал трахать мой рот.
Моя голова двигалась вверх и вниз по его члену. Мое тело дергалось вперед, пока Макс вылизывал меня наилучшим образом. Чем жестче они были, тем громче я стонала, тем больше умоляла и задыхалась, и наслаждалась каждой секундой.
— Да... О... Черт, да! — Мои крики заглушались членом Уэса, но я не могла остановиться. Дрожь пробежала по моему позвоночнику. Я знала, что происходит, когда они отстранились от меня.
— Нет...
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ
— Нет! — застонала я, открывая глаза, и ни Уэса, ни Макса в постели не было. Моя одежда все еще была на мне, хотя и пропиталась потом. Волосы прилипли к лицу, в уголке рта была слюна, и когда я села, я почувствовала влагу, пропитавшую мои трусики. — О. Боже. Мой.
Джейн, что? Закрыв лицо руками, я упала на кровать, пытаясь забыть о том, что мне приснилось. Это казалось таким реальным... таким реальным, что моя киска все еще пульсировала.
— Душ. Мне нужен душ, — прошептала я себе, вскакивая с кровати, и, как будто мне было недостаточно стыдно, в центре кровати было крошечное влажное пятно, не говоря уже о поту.
БИП-БИП-БИП.
Потянувшись за телефоном, который удобно был заряжен у стены рядом с кроватью, я заметила, что моя сумка тоже уже была там.
Мэри: Оставь тебя с двумя сексуальными мужчинами на пару часов, и ты забываешь обо мне. Я все поняла. Позвони мне позже, или я приеду.
Было всего девять, значит, я задремала, как только мы приехали...
— Черт. — Я спрыгнула с кровати, роясь в сумке в поисках лекарства Мэсли; она должна была принять его перед сном. Я все высыпала, но его там не было, как и в моей сумочке.
Где, черт возьми, я... Уэс. Как молния, в голове вспыхнуло воспоминание, и я вспомнила, что он забрал лекарство, а я не удосужилась взять его у него, так как мы были в одной машине. Вскочив на ноги, я открыла дверь в соседнюю комнату; все вещи Мэсли были там, но ее самой не было.
— Мэсли? — позвала я, проходя в ее комнату и быстро заглянув в ванную, прежде чем начала паниковать.
— Мэсли? — снова позвала я, выбежав в коридор и сбегая по лестнице. — Мэсли, милая, где ты!
— Мамочка? — Она высунула голову из-за угла, одетая в футболку Супергёрл с длинным рукавом и фланелевые штаны. В руке у нее был кусок хлеба, который она жевала с удовольствием.
Макс подошел к ней сзади, одетый в красные и синие клетчатые пижамные штаны и толстовку Cambridge. Его очки висели низко на носу, а в темных волосах было несколько бантиков Мэсли.
Увидев их согнувшимися, я уперлась руками в колени и глубоко вздохнула.
— Ты в порядке, мамочка? — спросила Мэсли, подходя ко мне и протягивая кусок хлеба. — На.
— Я в порядке, милая. — Опустившись перед ней на корточки, я погладила ее по щеке. — Мама не могла тебя найти, поэтому испугалась.
— Не бойся, мамочка. Я здесь. — Она тоже погладила меня по лицу. Поцеловав ее руки, пахнувшие ее любимым бананово-ягодным хлебом, я снова встала.
— Извини. — Макс нахмурился, медленно вынимая бантики из волос. — Уэс сказал, что ей нужно лекарство. Он пытался тебя разбудить, но ты спала как убитая, сказал он. Когда мы разбудили ее, она не хотела ложиться спать.
— Нет, спать! — закричала она, убегая за угол и исчезая из виду.
— Все в порядке— подожди. — Я замолчала, когда его слова повторились в моей голове. — Уэс пытался меня разбудить?
Он кивнул, не понимая. — Да.
Черт. Черт-черт! Боже, почему ты делаешь это со мной! Если он зашел, пока у меня был... момент... я умру. Я просто не могла.
— Уэс сейчас наводит порядок на кухне. Он приготовил ей...
— Бананово-ягодный хлеб. Да, это ее любимая еда в целом мире. — Я кивнула, подойдя на цыпочках к углу и заглянув за него, чтобы увидеть Уэса, одетого в такую же пижаму, как у Макса. Я снова взглянула на него, и когда я это сделала, его глаза сразу же метнулись к моей заднице. Резко развернувшись, я снова посмотрела на него.
— Парные пижамы... Это мило, — сказала я первое, что пришло в голову.
Его бровь приподнялась, когда он внимательно посмотрел на меня. — Мамы Уэса прислали их нам несколько лет назад. Уэс не взял одежду, так что да, ты в порядке, Джейн? Ты нервная.
— Что? Нет, я не нервная. Я в порядке. — Я улыбнулась.
— Угу, — протянул он, явно не веря мне.
Дыши, Джейн. Господи, ты ведешь себя как идиотка! — Мне приснился кошмар, а потом я не могла найти Мэсли, так что я немного растеряна. Я приму душ и вернусь.
Я не стала ждать его ответа; я побежала обратно наверх так быстро, как только могла, но, будучи собой и главным развлечением Бога на вечер, я споткнулась.
— Ах... — вскрикнула я, падая и обдирая руки.
— Джейн!
Протянув руку, чтобы он остался на месте, я глубоко вздохнула. Поднявшись, я отряхнула одежду и повернулась к нему. — Я в порядке. Увидимся через минуту.
Медленно поднимаясь по лестнице, я чувствовала его взгляд на себе, пока не добралась до безопасности двери своей спальни, которую запомнила только потому, что она была рядом с комнатой Мэсли, которую я оставила открытой.
Закрыв за собой дверь, я ударилась о нее головой.
— Идиотка. Такая гребаная дура, Джейн, — прошептала я.
Если это случилось со мной после одного грязного сна, что будет, если они на самом деле прикоснутся ко мне?
Нет! Никаких прикосновений! Мы здесь ради сближения с Мэсли. Это была правда, но когда я добралась до ванной, до смехотворно большой ванной, с кремовыми мраморными плитами, душевой кабиной с несколькими насадками и ванной на ножках, я посмотрела на свое отражение, не в силах забыть свой сон, вспоминая, где они до меня дотронулись и как сильно я не только наслаждалась этим... но и жаждала этого.
— Возьми себя в руки. Вспомни, что они сделали тебе, Джейн. Вспомни ту боль и не поддавайся этому.
— Джейн вела себя странно, — сказал я Уэсу, когда вернулся на кухню.
Он ухмыльнулся, радостно мыл сковороду. — Правда? Ты спросил почему?
— Нет, но у меня есть чувство, что ты знаешь, — ответил я, и он остановился, чтобы посмотреть на меня. — Что случилось, когда ты пошел ее будить?
— Я ни в чем не виноват. Если что, она должна извиниться передо мной, — ответил он, ставя сковороду
