Невозможный проект - Ария Снежная

— Аслан всё ещё думает обо мне? — поймав обиженную нотку в её голосе, я тыкнула пальцем в небо, прекрасно зная, откуда дует ветер. Хотя они пришли вместе, их отношения находились только на уровне слухов, без подтверждения. Никто не говорил, что она его женщина, потому что все знали, что она — просто любовница. Такие как Стелла светятся ярко, но быстро прогорают и уходят в небытие. — А я думала, почему он на меня так смотрит.

Её лицо исказила ярость. Я поняла, что задела за живое.

— Он ждёт не дождётся, когда тебя посадят. Не надейся, что сможешь вернуться к нему. Он мой.

Наконец, мои губы расползлись в довольной улыбке. Её наивная уверенность позабавила меня.

— Этот мусор можешь оставить себе. Скоро всё изменится, и это он окажется за решёткой. А ты? Где будешь ты?

Её ноздри затрепетали от злости, лицо вспыхнуло. Пытаясь скрыть замешательство, она ещё что-то хотела сказать, но я лишь легонько толкнула её, направляясь к выходу. Она не удержалась на своих высоких каблуках и рухнула.

Мой взгляд упал вместе с ней. Я смотрела и не понимала, как она может выглядеть настолько несчастной при таких обстоятельствах. Словно это её бросил муж, который изменял ей и забрал всё, чем она так дорожила. И словно это я тут пришла над ней поиздеваться.

Дверь приоткрылась, и в проходе застыл Аслан. Он медленно опустил глаза с меня на неё и почти сразу кинулся к Стелле. Она уткнулась лицом в его пиджак, её плечи слегка подрагивали. Он нежно гладил её по спине и успокаивал. В дверях появились те, кто хотел попасть в туалет, но подошли не вовремя. Они любопытно заглядывали внутрь.

— Если хотела выместить свой гнев, то могла бы подойти ко мне. Стелла тут ни при чём, — важно заявил Аслан, посылая мне свой свирепый взгляд.

Стоя в эпицентре этой сюрреалистичной сцены, я чуть ли не рассмеялась в голос. Я повернула голову к Аслану, позволив себе на мгновение задержаться на его лице, напряжённом, будто готовом взорваться. Его взгляд был наполнен презрением, и на мгновение мне показалось, что он будет защищать её. Я лишь ухмыльнулась, ожидая очередного потока обвинений, но вместо этого он вдруг прищурился, словно что-то осознал. Он аккуратно убрал руку с плеча Стеллы, поднялся и подошёл ко мне, глядя прямо в глаза, а потом резко выдохнул.

— Ты ведь всегда была такой, да? — Его голос был тихим, но в нём чувствовалась стальная нотка. — Холодная. Думаешь только о себе, и на всех остальных тебе плевать.

Я сжала губы, не собираясь ввязываться в это бессмысленное обсуждение. Но Аслан не остановился, словно нарочно подбирая слова, чтобы ударить больнее.

— Ты всегда в центре всего, думаешь, что мир вращается вокруг тебя. Ты притягиваешь людей, но никому из них не можешь предложить тепла или простого участия. Никогда. Ты пустая и холодная, как лёд.

— И это говоришь ты? — я попыталась выровнять голос, но почувствовала, как слова застревают в горле. — Серьёзно? Тебе напомнить, ради чего ты был со мной? И что ты со мной сделал?

Он тихо усмехнулся, и его улыбка была горькой.

— Может, мне просто захотелось посмотреть, сможешь ли ты когда-нибудь быть другой. Думал, может, тебе удастся забыть об этой жажде, которая тянет тебя к разрушению всего вокруг. Но ты так и не смогла. Ты как чёрная дыра, которая засасывает свет, но ничего не отдаёт взамен. Может быть, поэтому ты всех теряешь.

Я вздрогнула. Его слова резали, будто бритвы. Он был прав? Возможно, во многом. Весь свой путь я шла в одиночестве, надевая на себя образ сильной и самодостаточной женщины, а теперь стояла здесь и чувствовала себя обнажённой перед его пронизывающим взглядом. Впервые за долгое время внутри меня зашевелилось нечто похожее на сомнение.

— Аслан, — произнесла я, стараясь не выдать дрожь в голосе, — ответь только честно: всё с самого начала было для того, чтобы подставить меня?

— Если бы в тебе было хоть что-то хорошее, то я бы, может, и передумал.

Эти слова застали меня врасплох, и я молча смотрела на него, пытаясь собрать мысли. Что-то внутри меня надломилось. Мы разошлись взглядами, и я отвернулась, ощутив, как реальность хлестнула по щеке. Я же уже убедилась в том, что он подонок. Так почему было так больно?

Я пошла прочь, чувствуя, как в груди разрастается пустота. Его слова прочно запечатлелись в сознании, словно отголосок чего-то неизбежного. Публика тут же разбежалась, когда концерт подошёл к концу. Чувствуя необходимость побыть одной, я направилась туда, где находилось меньше всего людей. Длинный коридор вёл меня к прохладному воздуху, обещавшему выветрить все беспорядочные мысли.

* * *

Настоящее...

Все оставались на своих местах до тех пор, пока не прибыла полиция, а следом за ней — скорая помощь для констатации смерти. Время тянулось медленно, как будто само пространство сжалось в беспокойном ожидании. Мы долго не могли понять, что произошло на самом деле и кто, к несчастью, скончался. Прибывшие сотрудники скорой помощи сначала привели в чувство женщину, которая обнаружила тело. Она говорила невнятно и выглядела совершенно подавленной. Ей разрешили отойти в одну из свободных комнат, чтобы она смогла прийти в себя.

—... синяя... — это было единственное, что удалось понять из её лепета.

Я пыталась сосредоточиться и, вглядываясь в лица вокруг, понять, кого не хватает. Из всех знакомых мне людей я не досчиталась только двоих: Аслана и Стеллы. Не желая делать поспешные выводы, я всё же ощущала нарастающее в груди беспокойство; что-то явно было не так.

Виктор, следя за моим состоянием, накинул на меня пиджак. Он был очень тёплым. Только в этот момент я осознала, какие холодные у меня руки. Мужчина ласково улыбнулся, призывая к моему облегчению. С ним я чувствовала себя лучше, так как не находилась одна. Пока он набирал кого-то по телефону, двери на втором этаже распахнулись.

— Пожалуйста, соблюдайте спокойствие, — Карл подошёл к лестнице, откуда его было хорошо видно, и взял в руки микрофон. Взволнованные голоса стихли. — Я только что поговорил со следователем. Вас всех по очереди допросят. Произошёл несчастный случай. Одна из гостей приняла неизвестный препарат и, к