им расщедриваться. Во-первых, правил никаких: можно выбивать противника, жестить, как вздумается. Во-вторых, нелегально это всё, и, если что, отвечать нам, гонщикам.
— Без, — кивает Федя, пожимая мне руку. — Но кое-что новенькое всё-таки есть. Теперь наша с тобой схема официально, так сказать, разрешена. Кто хочет, пользуется ей, кто хочет, наугад ставки делает.
Хм… Наша схема с этим Федей единственное, ради чего я в своё время согласился на предложение гонять. Дело в том, что мажоры между собой ставки на победителей делают, и там суммы куда покруче призовых. Федя мне как-то предложил взаимовыгодное сотрудничество: я побеждаю на трэках, а выигрыши делим пополам. Что мой — с гонок, что его — со ставок. В итоге у обоих получается крупная сумма в кармане. Порой даже семизначная.
Значит, теперь и другие мажоры подтянули более профессиональных ребят. Жесткач будет.
— И сколько тех, кто с гонщиком заодно?
— Ну… — Федя задумывается, явно вспоминая. — На предстоящем трэке двое без учёта нас. Ты же в деле?
Какие-то секунды всё же задумываюсь. В декабре, на моей последней гонке, чуть парень не умер. Я, конечно, не планировал его калечить, был уверен, что просто замедлится. Но там третий, как назло, недалеко тёрся во время моих призванных выбить Руслана трюков. Зацепились друг за друга… Стрёмно вышло. Руслан пытался без жертв, и поскольку крутануло его, а третий из-за него мог пострадать — смягчил ему удар, приняв на себя.
Ещё и продолжал, блять, гонку. Герой хренов. Из-за него как отрезало.
И вот апрель, я а я только-только обратно на байк сел. И впервые за долгое время ответил Феде согласием. Никак не отставал он от меня, никого лучше не нашёл.
Бабки мне сейчас нужны…
— В деле, — решительно сообщаю. И веду взглядом по стадиону....
Компания, я смотрю, в основном та же. Хотя некоторые новички всё же есть среди мажоров, делающих ставки. Расширяются. И пускай — так больше выигрыш.
Так, стоп… Знакомое лицо. Аж подвисаю на некоторое время, а потом промаргиваюсь.
Не исчезает....
Та самая девчонка. И ведь ловит мой взгляд, тут же этим подтверждая, что не обознался: поджимает губы недовольно. Шипит тоже наверняка: прям как будто отсюда слышу. Вот так встреча.
— А она тут что делает?
— Тоже участвует в ставках, — усмехается Федя. — Новенькая, да. Но верит в своего братца, который гонять будет.
Ещё раз окидываю девчонку взглядом… Если она мажорка, то охренеть как шифруется. Шмотки явно из массмаркета. Причём, скорее всего, самого дешёвого.
— Типа у неё есть бабло?
— Да как раз нет, — подозрительно довольно сообщает Федя. — Она другую ставочку делает. Себя.
Эм… Это прикол такой?
То гандоны эти, то теперь такой поворот… Она ведь не кажется шлюхой. При всех фактах, блять, не кажется. Чуть ли не испугалась тогда моих жестов с намёками на минет.
В башке вдруг словно месиво из мыслей. Ни одну толком зацепить не могу. И на Федю перевести взгляд тоже. На девчонку безотрывно смотрю.
Как там её… Лера?
Хах, будто я не помню. Самого-то себя не наебать, запоминающаяся она.
— И кому будет давать, когда проиграет? — пренебрежительно интересуюсь, когда Лера поднимается с места к кому-то.
К брату этому своему? Он реально настолько хорош, что стоит вот так крупно рисковать? Или она рассчитывает, что ей за красивые глаза тут если что все всё простят?
А может, я обманываю сам себя и она вовсе не против быть выебанной толпой мажоров?
— Победителю ставок, — пожимает плечами Федя. И, ухмыльнувшись, добавляет: — То есть, мне.
Нисколько не сомневается он. Я так-то тоже уверен в своих силах — правда, смогу ли опять «выбивать» противников, тот ещё вопрос. Руслана вроде как хватило.
Ладно, похер. Сориентируюсь. Сейчас важнее другое…
— А ты не забыл, что мы выигрыш делим пополам? — ухмыляюсь с вызовом.
А занятно будет посмотреть на лицо Леры, когда поймёт, что и мне давать придётся. Раз тут уже официально разрешено сотрудничать с гонщиками и делить выигрыши — должна была учитывать такой вариант.
— Хммм, — протягивает Федя. — Так-то это я добился, чтобы её сюда с такой ставкой пустили. Ребята талдычили, что не по правилам и вообще неправильно типа, нельзя так. Но я Леру уже давно знаю, её мать была у нас домработницей. Ещё год назад, на восемнадцатилетие Леры подкатил к ней, думал, выебу легко. Я ж как билет в счастливое будущее для таких, как она. Но нет, выёбываться начала, это ей не то и то не это. Как будто я рожей, блять, не вышел.
Он умолкает, глядя на меня и, видимо, ожидая реакции. Рассчитывает на поддержку? Типа я тоже должен охуевать, что ему посмели не дать?
Морщусь. Вообще похер на это всё. Скорее, даже хорошо, что девчонка с характером — тем интереснее. И ещё более любопытно, почему такая ставка.
Был бы разочарован, если из-за того, что готова лечь под любого. Под любого, кроме меня, хах.
Видимо, этот мой жест подбадривает Федю, потому что тот продолжает:
— В общем, выгнал я их семейку тогда. И вот, год спустя, Лера сама заявляется в нашу компанию и расспрашивает о ставках, что там и как. Я хз, откуда узнала, не признаётся. Ну ребята её на смех сначала подняли, мол, те деньги, что она предлагает, даже за участие гонщикам не дают, стыдно. Какие там ставки… А она возьми и ляпни, что готова тогда и себя на кон поставить. Парни ещё сильнее шуметь начали, а меня как переклинило. Решил, вот он, подгон свыше. После её выёбств я должен сделать всё, чтобы она проиграла и досталась именно мне. Ух, отыграюсь…
Федя скалится, явно предвкушая. Аж в глазах стрёмный блеск появляется.
— Вот почему ты в последнее время так сильно уговаривал меня вернуться?
— Ну куда я без своего лучшего гонщика, — усмехается. — В общем, убедил парней дать девчонке шанс. Типа раз готова ко всему, почему бы и нет. Всё добровольно. И с нас не убудет при любом раскладе, привыкли уже к крупным ставкам. Но херня в том, что пока я за неё впрягался, она на меня смотрела так, как будто её от меня тошнит. Этим ещё сильнее выбесила. В общем, ребята в итоге согласились, и…
— Понял, — резко и жёстко перебиваю.
Заебало меня всё это выслушивать. Такая себе история. Скорее отвращение вызывает, корёжит стрёмно.
— Так я веду к твоим словам про делить напополам, — недовольно подытоживает Федя, видимо, оскорблённый моим тоном. Но предъявлять мне, конечно, не станет. — У меня большие планы на эту Леру
