могу это принять. Особенно с учетом тех денег, что мне заплатили. Это слишком щедро просто за то, что я болтала о всякой ерунде. — Я наклоняюсь к ней и шепчу: — Но ему, кажется, понравилось, и он попросил эксклюзив.
— Подруга, тебе с этим бриллиантом дико повезло. Вот бы мне такого мужика, который хотел бы видеть только меня и платил хотя бы половину от того, что получаешь ты. Но тебе стоит подумать о том, чтобы оставить подарок. Не стоит обижать парня. Это же идеальный вариант спонсора! Черт, если все сделаешь правильно, можешь стать для него кем-то большим. Я изо всех сил пытаюсь подцепить одного из таких богатеньких ублюдков, но пока мой единственный постоянный клиент — это парень, который хочет, чтобы я массировала ему голову и пела колыбельные. — Она придвигается ко мне поближе. — Пожалуй, скажу Мэгги, что в следующий раз хочу надеть красное платье. Глядишь, и поймаю рыбку покрупнее.
Я резко поворачиваю к ней голову.
— Что?
— Я больше не могу терпеть всю эту странную дичь. Иногда то, о чем они просят, кажется более интимным, чем секс. Так что лучше уж я буду зарабатывать больше, раз приходится через это проходить.
— Это не значит, что...
— Только что подъехали две машины, — вклинивается Тиния. Она протискивается между нами с Риной и ставит на фуршетный стол несколько чашек с разными соусами. — Нам надо бежать. Срочно.
Сделав шаг назад, я в последний раз окидываю взглядом стол. Мы начали готовиться к коктейльной вечеринке в субботу утром. Дон Спада не любит, когда в доме много гостей, но мисс Зара настояла на том, что ему нужно укрепить связи с некоторыми видными членами Семьи. А поскольку дон не может отказать жене, сегодня в поместье Спада собирается больше двадцати человек.
Вчера я приготовила блюда с мясной нарезкой и подносы с разными сырами, потому что это можно было сделать за день, а сегодня, как я знала, у меня не будет ни минуты свободной из-за выпечки. Вообще-то по воскресеньям у меня выходной, но, понимая, насколько это важное мероприятие для моих работодателей, я не хотела оставлять это кейтеринговой компании.
Часть утра я потратила на украшение различных блюд, а также приготовила еще салатов и нарезала овощи и фрукты для дополнительных фуршетных столов. Оставшееся время я носилась по кухне, взбивала пудинги и пекла десерты на один укус, а также руководила Тинией, пока та украшала каждую новую партию сладостей, как только та была готова. Это был хаос, но мне нравилась каждая минута. Особенно то, что удалось приготовить так много любимых десертов.
— По-моему, выглядит отлично. — Я киваю, довольная тем, как все получилось.
Девушки убегают обратно на кухню, а я в последний раз поправляю подносы и блюда, следя за тем, чтобы фуршет для гостей Спада был безупречен, поэтому я остаюсь одна, когда выхожу из недавно отремонтированного солярия, где будет проходить коктейльная вечеринка. Пока я спешу через фойе в задние комнаты и на кухню, дон Спада открывает парадную дверь. Вместе с ним Брио Сакконе и его жена. А еще падчерица отошедшего от дел капо. Лукреция.
В панике я ищу, куда бы спрятаться, чтобы не столкнуться со сводной сестрой. Она меня еще не заметила, слишком занята тем, что втолковывает дворецкому, как ей угодно, чтобы он обращался с ее шубой. Тем временем капо Брио и мать Лукреции уже сдали пальто лакею и следуют за доном Спада по коридору в сторону солярия. Проходя мимо, никто из них не обращает на меня ни малейшего внимания, слишком они увлечены обсуждением бостонской рождественской ярмарки в Сипорте.
Опустив голову, я поворачиваюсь, чтобы уйти. Не то чтобы я стеснялась того, что Лукреция увидит меня на моем рабочем месте. Мне не стыдно за то, чем я зарабатываю на жизнь. Я просто пытаюсь избежать очередной неловкой сцены. Я знаю, как она любит устраивать их за мой счет. И даже если могу это вытерпеть, мисс Зара не заслуживает подобного в собственном доме.
К тому же я устала от постоянных подколов Лукреции и ее утверждений, что я якобы ниже ее, и от попыток заставить меня и саму так чувствовать после ее бесконечных нападок. Мне не стыдно быть поваром. Или горничной. Я зарабатываю каждый доллар и содержу себя и мать. Я люблю свою маму. Точно так же как любила папу. Мне не стыдно за то, кто мои родители. То, что ни они, ни я никогда не жили в башне из слоновой кости, не значит, что я в чем-то ей уступаю. А мои родители любили и были верны друг другу. Не так, как мать Лукреции, которая крутила роман с Брио, еще будучи замужем за моим отцом. Нет, спасибо. Ничего выдающегося в этом нет.
Я уже почти ускользаю, когда слышу приторный голос Лукреции, который бросает «прошу прощения, девушка» без капли той вежливости, которую обычно подразумевает эта фраза.
— Мне тут нужна помощь.
Я останавливаюсь и медленно поворачиваюсь к ней.
— Да?
— На туфле грязное пятно. Можно воспользоваться вот тем кухонным полотенцем? — Она указывает на то, что заткнуто за пояс моего фартука.
Странно. Ее просьба звучит почти... вежливо. На секунду это выбивает меня из колеи.
— Конечно.
Я подхожу с протянутой рукой, предлагая ей полотенце. И как только расстояние между нами сокращается, ее губы кривит легкая, хитрая усмешка. Она осматривает ногу, поворачивая ее так и этак.
— Ох, какая я неловкая. В этом платье невозможно наклониться. Не могли бы вы стереть грязь за меня? — Она придвигает острый носок правой туфли на шпильке к моим ногам. На блестящей коричневой коже с внешнего края есть крошечное, едва заметное пятнышко. — Но только осторожнее. Это лимитированная коллекция.
Мне трудно сглотнуть, и я не могу оторвать взгляд от роскошной туфли.
Она хочет, чтобы я ее почистила.
Ее туфлю.
Моя сводная сестра хочет, чтобы я встала перед ней на колени и вытерла грязь с дорогой кожи. Радоваться, что ли, что не с подошвы? Невозможно ошибиться, приняв удовлетворенный блеск в ее глазах или эту злобную ухмылку за что-то другое. Я знала, что Лукреция жестока, но это превосходит все, через что она заставляла меня проходить раньше.
Все во мне восстает против мысли о том, чтобы встать перед ней на колени. Каждая клеточка. Каждая жилка. Но она гостья в доме дона Спада. А я на рабочем месте. Я не позволю этой мстительной дряни вынудить меня повести себя непрофессионально.
Я крепко сжимаю в
