словно рыба фугу. — Нужно сообщить руководству…
— Только попробуй! — вспыхивает Юрка, сжимая руки в кулаки. — Я виноват, мне и отвечать! Не первый год на льду, сам сглупил. Не смей Батю трогать, понятно?!
Ой вэй! Кажется, назревает маленькая драчка. А может и не маленькая… Что нужно, чтобы разнять дерущихся? Правильно! Ведро ледяной воды.
— Дим, а ты почему трубку не брал и не перезвонил позже?
Простой вопрос заставляет мужа сдуться до привычных размеров и слегка взбледнуть.
— Ну… это…
— Опять с блондой на машинке катался?
Вот блин! Одной неосторожной фразой Юрка все испортил. Шерсть на загривке папеньки снова встает дыбом…
— Алина — не блонда! Она…
— Тебе виднее, пап, — сын прерывает отца, смотрит на меня и, получив безмолвное согласие, исчезает за дверью своей комнаты. Ну вот и поговорили. В конфликте отцов и детей поставлено многоточие.
— Ира, что происходит? Почему сыновья настроены против меня?
— А сам как думаешь?
Вроде взрослый мужчина, а все еще задает глупые вопросы. Неужели придется объяснять очевидное? Ухожу на кухню и щелкаю кнопкой чайника, достаю две чашки.
— У тебя обед есть? Покормишь?
Смотрю на часы. Рановато, но молча достаю кастрюлю с борщом и вручаю мужу разливную ложку: у нас самообслуживание.
Пока Дима разогревает содержимое тарелки в микроволновке, выкладываю в корзинку хлеб и нарезаю сало. Тоненькие бело — розовые ломтики вкусно пахнут чесноком. Ням!
Присматриваюсь к мужу, который шустро поглощает нехитрый обед, жмурится от удовольствия. Врет Нина Сергеевна: Димка не похудел, да и с чего бы, ведь мой муж прекрасно готовит. В глазах нет прежнего огня, вот и все перемены, что я вижу. А может мне хочется так думать? Не знаю, не уверена. Неужели любовь Алины светит, но не греет?
— Ир, переезжайте с парнями ко мне, — с сожалением отодвинув пустую тарелку, он заводит старые песни о главном. — Ну что мы, как неродные? Семья все — таки…
— Кажется, мы уже обсуждали эту тему, — завариваю чай и достаю печенье. Не хочу опять проваливаться в разговоры ни о чем, — хватит уже, Дим. Из Ясенево и парням, и мне неудобно добираться. Одному тебе хорошо, ты там и живи.
— Не хорошо, Ир…
— Лебедев, ты изменил свою жизнь своими собственными руками, не советуясь с нами. Не нужно искать виноватых в том, что не стало лучше. Или… посмотри в зеркало, там увидишь источник проблем.
Боль и обида первых дней притупились. Слез не осталось, лишь досада, что умный толковый мужик не может понять простых вещей.
Внезапно поймала себя на мысли, что не хочу предлагать мужу вернуться. Я переболела этой ситуацией? Отпустила? Приняла новую реальность и именно поэтому сняла обручальное кольцо?
— Неужели ты меня совсем не любила?
Оу! С козырей зашли! Да вот карты в его колоде крапленые, причем — все до единой.
— Любила. Сильно любила. Только ты мою любовь променял… На что променял, Дим? Сам — то знаешь?
— Не променял. Я люблю тебя по — прежнему, просто работаю в другой клинике, — пока еще муж берет мои руки в свои и смотрит в глаза, словно гипнотизирует. — У меня много работы, и зарплата будет очень хорошей, Ира. Вот увидишь! Ты обалдеешь!
Да я уже того… обалдела. Шок — это по-нашему, так говорили в рекламе.
Ночная поездка, тайное общение с Алиной Дима считает недостойным упоминания, а ведь проблемы начались именно с этого.
— Спасибо Алине…
Небрежно бросаю фразу, которую он подхватывает, не замечая сарказма.
— Именно! Она отдает много операций, я не сижу без дела!
— А что еще она дает? Ммм? — закидываю в рот кусочек шоколадного печенья и наблюдаю за эмоциями мужа. Дима… краснеет и опускает глаза, словно любуется танцем чаинок в чашке. Даже думать не хочу, что за этим может скрываться. И без подробностей, пожалуйста!
— Я тебе не изменяю, Ира!
Да, и эту песню я тоже слышала. Мой муж стал участником ролевой игры, в которой Алина — госпожа, а он — раб у ее ног. Безвольный раб лампы, и не в моих силах это изменить. Кажется, пора искать адвоката по разводу.
— Тогда дай мне почитать вашу переписку…
Чувствую себя белкой, которая вхолостую мечется внутри бешено крутящегося колеса. Сдохнуть можно, найти конец этого пути — нет.
И снова дуэль взглядов, и вновь — тишина в ответ.
— Я заберу вещи, которые остались.
Еще недавно я любила этот голос, нежные прикосновения сильных пальцев, теплый взгляд, гордый разворот плеч. Сейчас смотрю и чувствую — не мое. Слишком быстро остыла моя любовь. Почему? Может потому, что девочка выросла, она сможет жить в этом мире без своего мужчины? Не цепляюсь, ломая пальцы, умоляя остаться. Отпущу в свободное плаванье того, кто погнался за призраком…
— Да, конечно, — голос глухой, безэмоциональный. — Забирай и иди.
— Даже не спросишь, как я живу? — раздраженно скидывает в пакет аккуратные стопки белья, оставшегося в шкафу. Злится. Желваки на скулах ходуном ходят, а мне все рвано. Надоел детский сад. Устала. — Тебе не интересно?
— Как хочешь, так и живешь. Все в твоих руках.
Осталось заявить что — то типа «не жена ты мне более, не жена!» и поставить жирную точку, но Дима молчит.
— Ушел? — выглядывает Юра, услышав, как закрывается входная дверь.
— Да.
— Хорошо. Мам, давай пообедаем.
«Крылатый» летит на кухню, шустро накрывает на стол, а я сажусь в уголок и подтягиваю колени к груди. Любуюсь сыном, отдыхаю от визита мужа.
— Не грусти, мам. Все будет хорошо!
— Знаю.
— Сегодня еще Марат придет…
Черт! Я совсем забыла про вечерний визит и перевязку. Чуткий ребенок моментально реагирует на мое состояние.
— Он тебе не нравится? Ты в лице переменилась.
— Нравится, Юр. Все в порядке.
Вру. Не все в порядке.
Все происходит слишком быстро, словно с гор спустилась лавина событий и накрыла меня с головой. Подышать бы, выдохнуть, расслабиться. Видимо, не сейчас.
Ничего, я сильная. Справлюсь.
=22=
Юрий Тихонов
Мужчина — охотник, добытчик. Так задумала природа. Мамонт, деньги, положение в обществе, власть — вот цели настоящего мужчины. Но для чего все это?
Возвращаясь в пустую темную пещеру, не испытываешь радости. Никто не встретит, не оценит, не поцелует, легким жестом растрепав волосы. Не взглянет с любовью и нежностью. Холодно.
Женщина — хранительница очага. Она наполняет жизнь охотника смыслом, теплом и радостью.
Ты нам нужен.
Истина всегда проста. Быть нужным — это начало пути, в конце которого яркой звездой сияет новая возможность — быть любимым.
Сегодня на руке Ирины не было
