наполовину прикрываются, и мое сердце пропускает удар от угрозы в этом взгляде.
Не целуй меня, Ист.
Пожалуйста, не целуй.
Он читает мою немую мольбу, но все равно приближается к моим губам.
Прошу, не надо. Ты уничтожишь меня, если сделаешь это.
Его палец нежно проводит по моей щеке, и тело тут же жаждет большего.
— Зачем? Почему сейчас, Ист?
Мне не нужно объяснять вопрос. Мы так долго держались друг от друга подальше. Почему именно сейчас он решил все изменить?
Он поднимает меня со своих колен и откидывается на кровать, закрывая глаза предплечьем. Я остаюсь сидеть рядом, уставившись в потолочный вентилятор, судорожно сглатывая, пытаясь вернуть кислород в легкие.
— Потому что мы в дерьме, Скар. Так или иначе, этим все и закончится.
Отчаяние в его голосе пронзает меня. Я закрываю глаза, сосредотачиваясь на дыхании, но вздрагиваю, когда Истон резко притягивает меня к себе. Он утыкается в мою шею, запуская пальцы в волосы.
— Но это уже не важно, – шепчет он мне на ухо. — Потому что ты и я... это... было неизбежно.
Его губы касаются участка кожи за моим ухом, и по телу пробегают разряды, но он тут же встает с кровати, оставляя меня с широко раскрытыми глазами, затаившей дыхание и сбитой с толку.
— Видишь ли, теперь ты стоишь у меня на пути, Скар. И все, что мне остается, – это сломать тебя.
— Нет, если я не сломаю тебя первым.
Он бросает мне свою самую устрашающую ухмылку, но она не достигает его холодных серых глаз.
— Не могу дождаться, когда ты попытаешься.
Глава 10
Истон
Я лежу в постели и наблюдаю, как облако дыма растворяется над моей головой, с ужасом думая о том, что мне предстоит сделать. Последние несколько дней я откровенно тянул время и сам это прекрасно понимаю. Так происходит всегда, когда мне нужно сделать что-то ненавистное, а в данном случае – просить Дика о чертовом одолжении. Может, на этот раз он не оправдает данное ему прозвище и просто даст мне то, что я хочу, без лишних разговоров.
Маловероятно.
Но попробовать все же стоит.
Я тушу сигарету, прежде чем выйти из своей комнаты и спуститься вниз. Если хочу поговорить с отчимом наедине, субботнее утро в его кабинете – идеальный вариант. Этот человек – закоренелый трудоголик, так что он точно там. Хотя зачем ему эти бесконечные часы работы? Сколько можно богатеть? Его маниакальное стремление быть лучше конкурентов, хоть и вызывает уважение, также выводит меня из себя, поскольку с тем же гребаным рвением он мог бы постараться осчастливить мою мать. Но у Дика всегда были неправильно расставлены приоритеты.
Подойдя к двери, я стучу лишь один раз. Не хочу давать ему достаточно времени, чтобы отказать мне во входе в его "святая святых". Я вхожу в его кабинет с видом хозяина этого места и опускаюсь в мягкое кресло перед его столом. Я расставляю ноги и откидываюсь назад с самой дерзкой ухмылкой вместо приветствия. То, что мне нужно одолжение, не значит, что я буду вежлив.
— Что тебе нужно, Истон? Я занят.
Он даже не поднимает глаз от монитора.
Ага, ты вечно занят, Дик.
— С чего ты взял, что мне что-то нужно? – спрашиваю я, смахивая несуществующую ворсинку с плеча.
Он откидывается в кресле, скрестив руки на груди, и изучает меня холодным взглядом:
— Ты почти не заходишь в мой кабинет. А когда заходишь – у тебя всегда есть причина. Так что на этот раз?
Я хрущу костяшками, сдерживая желание послать его к черту или заявить, что мне ничего от него не нужно. Потому что прямо сейчас – нужно. И причина серьезная. Подавление гордости оставляет горький привкус на языке, но если хочу сегодня вечером увидеть Скарлет, придется проглотить и это.
— Мне нужно, чтобы ты внес мое имя в список для "Латунной Гильдии".
— Нет, – отвечает он, тут же возвращаясь к работе.
— И почему, черт возьми, нет? – резко возражаю я, чувствуя, как закипаю.
Он даже не поднимает головы, будто не слышит моего возмущения, и я продолжаю:
— Знаю, ты уже чертовски древний, Дик, но, кажется, со слухом у тебя все в порядке.
Он фыркает – единственная реакция, которой я удостаиваюсь.
Знаю, что этот придурок не старый – ему чуть за сорок. С его внешностью Джоша Дюамеля отчим прекрасно осознает, что в самом расцвете сил. Но все равно приятно поставить его на место. Этому заносчивому мудаку не помешает ложка скромности, и я с радостью ее поднесу.
Я нетерпеливо барабаню пальцами по подлокотнику, пока он продолжает игнорировать меня.
— Тебе же это ничего не стоит. Пара звонков – и мое имя в списке. Я же не прошу тебя продать почку.
Наконец, он отрывается от работы, упираясь локтями в стол и складывая руки перед собой.
— Зачем? – резко спрашивает он, и его бесстрастное лицо ничего не выражает.
— Что, зачем?
— Я не собираюсь спрашивать тебя, как ты узнал об этом заведении. Ты слишком умен, чтобы какие-то секреты этого города долго оставались для тебя тайной.
Абсолютно верно.
— Но я спрашиваю – зачем? Зачем тебе посещать "Латунную Гильдию"? И не вздумай говорить, что ради первоклассных шлюх, потому что я знаю, ты можешь получить их бесплатно.
Уголок моих губ дергается в усмешке. Большинство родителей не разговаривают так с детьми. Но у нас с отчимом особые отношения. И главное – мы никогда не ходим вокруг да около.
— Меня не интересует их "меню".
— Так я и думал. Тогда что тебя интересует?
— Скажем так, у меня есть личные дела с одним из завсегдатаем этого места, и мне
