Антагонизм - Натали Ният

Второе обстоятельство, омрачающее моё настроение, — это мои родители. Я боюсь, что в моё отсутствие может случиться что-то плохое, даже ужасное! Не знаю, что и делать.

Вырвала из тетрадки несколько листов и написала на них: «Пожалуйста, не ругайтесь. Прошу вас, не ругайтесь, всё хорошо, не нервничайте, я вас очень люблю, умоляю, не ругайтесь». Решила, что перед самым отъездом наклею эти листы по всему дому. Может, хоть немного им поможет?

Бабуля сказала, что не надо беспокоиться ни о чём, всё, что нужно, она возьмёт сама и купит мне новую зубную щётку. Так что надо взять просто одежду. Но я возьму с собой ещё и книгу. Две книги — читаю я их быстро. Мы полетим на самолёте, будем жить у бабулиной подруги, москвички. Она в это время пойдёт жить к своей маме. У бабулиной подруги однокомнатная квартира на проспекте Вернадского, двенадцатый этаж. Когда я узнала об этом, мне захотелось в Москву ещё сильнее. В школе классная заранее дала мне номера параграфов, которые я пропущу. Так что придётся брать и учебники. Как-то из головы вылетело совсем. Мы уезжаем уже через три дня.

Сегодня я стояла на большой перемене возле окна. Катьки не было, она болеет. И так получилось, что вокруг никого не было, ребята решили выйти подышать свежим воздухом на школьный двор, так как сегодня была солнечная погода. Тепло.

Внезапно рядом очутился Незнайка. Он ничего не сказал, просто стал тоже смотреть в окно.

— Я скоро уезжаю.

— Насовсем? — кажется, он здорово испугался.

— Нет, на две недели. В Москву.

— Это не страшно. Ты же вернёшься?

— Да. Других вариантов нет.

Надо же, а я умею быть остроумной!

— Москва — это хорошо.

— Наверное.

— Точно тебе говорю. Я был два раза там.

— А я в первый раз.

— Передавай ей привет.

— Обязательно, — отвечаю, несмело улыбаясь.

Звенит звонок. Пора расходиться.

— Я буду ждать.

Теперь я спокойна. С души словно камень свалился. Я всё переживала, что он подумает, когда я уеду? Спросит, конечно, у мальчишек, они скажут, но как-то невежливо это всё. А теперь всё в порядке.

Жаль, что с родителями так не получится. Хоть они и обещали мне не ругаться, мне в это слабо верилось. Каждый день, особенно перед сном, я буду читать молитву и просить Боженьку, чтобы он берёг их, чтобы они не ругались, чтобы у них всё было хорошо.

И вот мы уже в Москве. Долетели хорошо, нас встретила бабулина подруга. Её тоже зовут тётя Лида, как и мою подругу с бабулиного двора.

Я сперва даже не поняла, что у неё нет одной руки, а вместо неё протез. Потом бабуля мне объяснила, что это был несчастный случай. Ещё у тёти Лиды была маленькая, годика два, доченька — Светочка. У Светочки волосики завивались кудряшками и смешно обрамляли её личико. Она ещё толком не разговаривала, так, некоторые слова. Тётя Лида нам всё показала в квартире, объяснила, какие магазины поблизости, и пригласила завтра в гости к своей маме. Как оказалось, она жила через три многоэтажных дома. Потом оставила ключи и ушла.

Дедуля почти сразу же отправился по своим делам, только мы сперва все поели, а мы с бабулей принялись раскладывать наши вещи. Вид с балкона был потрясающий! Как же красиво! А недалеко виднелся маленький прудик, тётя Лида сказала, что там живут лебеди. Не терпится увидеть!

Мы в Москве уже несколько дней, были в кинотеатре, перед сеансом поели мороженого. Там, прямо в холле, было кафе, и дедуля заказал нам самое дорогое, называлось «Радуга». Три разноцветных шарика в пиале на длинной ножке. Вкусно, ничего не скажешь. Фильм, который мы смотрели, комедийный, по-моему, болгарский. Мне очень понравился, смешной.

Были на Красной площади, в мавзолее. Мы с бабулей видели Ленина. Правда, бабуля уже видела его до этого. Очередь была длиннющая. Мы пришли с самого утра, а попали в мавзолей только после обеда. Солдаты перед входом были словно статуи, даже не дышали. Ходили на ВДНХ, смотрели фонтаны.

На следующий день я познакомилась с Сашей и Валей. Они живут в нашем подъезде, только на разных этажах. Они почти мои ровесники, только Валя младше на год. Я сначала познакомилась с Сашей — это девочка, а Валя — мальчик. Когда Саша представилась, я подумала, что она так шутит.

— Меня зовут Саша, а вон мой друг, это Валя.

Но он же мальчик. Ничего не понимаю. Уже немного погодя, как бы невзначай, спрашиваю его:

— Ты Валя?

— Да.

Хм. Ну что ж. После мне бабуля объяснила, что Валя — это Валентин, мужское имя. Просто его так называют сокращённо. А Саша — это Александра. Тётю Шуру тоже зовут Александра. Вот оно что! Теперь всё понятно.

Глава 37

Глава 37

В квартире у тёти Лиды, в которой мы сейчас жили, к счастью, был телефон. Каждый вечер бабуля звонила к нам домой, и я разговаривала с мамой. Недолго. Мне было важно знать, что с ней всё в порядке, что и братик тоже в порядке. На папу и Сачка это не распространялось, но так как от папы зависело многое, значит, и он должен быть в порядке.

Мне понравилось в Москве, но жить бы я в ней не хотела. Климат тут холоднее, чем в нашем городе, да и сам город показался мне сероватым, особенно в плохую погоду.

Да, я была на прудике, но лебедей там сейчас не было, потому что холодно. Но я видела их деревянный домик: он должен был плавать по воде, но в это время года стоял на берегу. Видимо, тётя Лида имела в виду, что лебеди живут там летом, может быть, весной, но не сейчас.

Самое лучшее для меня открытие в Москве — это творожные сырки, сладкие. У нас таких не продают. Просто сладкая творожная масса, завёрнутая в бумагу. Бабуля каждый день мне их покупала.

Ходили с бабулей по магазинам, выбирали своим домашним подарки. Братику купили игрушечный грузовик. Он будет очень рад, правда, недолго этот грузовик протянет.

Пока мы были в Москве, купили почтовых открыток, и я послала одну Катьке по почте, она просила об этом. Говорит, что ей интересно будет получить открытку из Москвы, она её сохранит на память.

Сегодня ночью мне снились кошмары. Рядом с кроватью, где я сплю, на