всех ног улепётывает по двору.
Тот в шоке распахивает глаза–блюдца.
Мяукает возмущённо...
– Эй, Лиса! Ты что делаешь?! – ору я.
– Он замевзнет и умвёт! – кричит на ходу. – И бовьше не будет у меня деда!
– Ну и куда потащила?! – с психом развожу руками.
– В се–мью!
Качаю головой.
Из груди вырывается нервный смешок.
Я в отчаянии, блять!
Ладно бы ещё собака – душевное создание. Но коты... эгоисты!
Терпеть их не могу.
Но дочь, не желая ничего слушать, уже бойко прячется в доме со своим дед Васей.
А вот Василиса уходит не сразу...
Стоит рядом.
– Он же останется дома? – спрашивает, с надеждой глядя мне в глаза.
Вздыхаю.
Да блин...
Ну как им отказывать вообще?
– Останется... – ворчу недовольно.
– Спасибо! – расцветает, улыбаясь.
Раздраженно отвожу взгляд.
Стою, дымлюсь от возмущения!
Потому что, оказывается, я не умею говорить «нет» своим девочкам!
– А пёс твой там что? – спрашиваю недовольно. – Он будет на улице этой ночью?
– А вы волнуетесь?!
– Нет. Может, я просто хочу позлорадствовать – смотрю перед собой.
– О! Увы... После отъезда мамы его тайно пустили в его старые, почти королевские покои. Он там будет почти всю неделю. Сотрудники его любят.
– Жаль.
– Мхм. Но если вы хотите его забрать...
– Я не это имел в виду.
– Ла–а–адно – тянет хитренько. – Будем делать вид, что вы – всё–таки злодей.
– Будь так добра – отвечаю раздраженно.
– Товарищ майор... – шуршит об меня курткой.
– Чего? – хмурюсь сильнее.
Хихикает.
Скашиваю на неё предельно негодующий взгляд.
– Ой... Простите–извините! Я дрожу от страха! – заявляет патетично.
Усмехаюсь, качая головой.
Кайфую я от вас, барышня!
И в очередной раз залипаю на этих искрящихся глазах.
Веду пальцами по её лицу, убирая рыжие волосы с глаз под шапку.
Позволяю себе провести костяшками по щеке...
Даже от таких едва ощутимых, тактильных шалостей член моментально натягивает ткань брюк.
Кожа у неё нежная–нежная.
Хочу...
– Ну чего ты замолчала? – стреляю уже совсем другим взглядом. – Ещё шути. Мне заходит.
Но нет.
Василиса обстановку явно считывает.
И, смутившись, только приобнимает меня в благодарность.
– Это за Ваську! – тут же убегает в дом.
Да блин...
Чего ж ты пугливая такая?!
Стою и опять дымлюсь от возмущения.
Только теперь – совсем по другому поводу...
Мне теперь как тебя из френдзоны–то выводить?
Тискает она меня...
Недовольно поправляю куртку.
Я, такими темпами, скоро стану джедаем в вопросах воздержания.
Чего мне эти ваши гомеопатические тисканья?!
Ещё и чертова работа...
Труба уже зовет.
И времени на то, чтобы хорошенько кого–то посовращать у меня попросту нету!
С раздражением выкурив сигарету, захожу в дом, чтобы переодеться и отчалить.
– Эй, хулиганка?! – грозно зову дочь.
– Чё?! – выглядывает с подозрением из кухни.
И вид такой – будто это у неё ко мне претензии.
Но, опомнившись, тут же прячет своего дед Ваську, ногой отталкивая его под стол.
А на полу уже валяется целая палка вареной колбасы и открытый паштет...
Ой, блять...
Нахозяйничала!
Заметив мой взгляд, аккуратно тянет ножку и с невинным видом пинает колбасу следом.
Спокойно, Байсаров.
Это вы потом обсудите.
У нас сейчас по плану более масштабное дело.
– Василиса сказала, что хочет пойти с тобой на горку завтра, поиграть – говорю я.
Дочка замирает.
– А? – переспрашивает шокировано.
– На горку. Покататься, дочь.
Хмурится, опуская взгляд.
– И? Пойдешь?
Вздыхает тяжко...
Молчит ещё какое–то время, раздумывая.
– Мама сказава – значит Ися пойдёть! – звучит, наконец, обреченно.
– Да ты ж моя зайка... – смеётся Василиса из комнаты. – Иди обниматься!
Расслабляясь, бежит к ней со всех ног.
Но тут же резко тормозит, пробежав меня мимо.
Оглядывается с подозрением.
– Да не выброшу я его – со вздохом закатываю глаза.
Хотя хочется!
Обняв меня за ногу, дочь прижимается на мгновение щекой, и следом убегает к Василисе.
А я, оставшись в кухне, скептически разглядываю кота, пока кот – настороженно разглядывает меня в ответ.
Шерсть у него грязная, уши давно порваны, на морде, у глаза – шрам.
Бандит, твою мать!
Но бандит, стоит сказать, солидный. На простого торчка и оболтуса не похож.
Раздраженно пинаю к нему колбасу.
С грозным мяуканьем, злодейски вгрызается в неё клыками.
Ладно....
Ладно!
Черт с ним!
Вдруг Лиса нам опять хорошего родственника замутила?
Глава 30 Лиса идет в тюрьму
Василиса
В груди ощущение зимней сказки и скорого волшебства.
Новый год на пороге!
И хочется бесконечно улыбаться своим чувствам...
А ещё – улыбаться хочется от того, что Тимур обещал на праздниках чаще бывать дома.
При мысли об этом сердце сначала замирает в груди, а потом безумно срывается, пронося по телу волну будоражащего тепла.
Оказывается, шторм внутри иногда бывает приятным...
Интересно, можно ли до сих пор называть это "постельным режимом" для сердца?
Наверное...
Только кроватью стал надувной матрас, и меня носит на нём по океану и с целой гаммы чувств.
Режим–то постельный...
Только ощущения – совсем иные!
И сердцу иногда так и хочется прыгнуть "за борт"...
Но сейчас у нас впереди ещё целый день.
И до Нового года нужно успеть сделать одно очень важное дело.
– Придем сейчас на горку... – тащу по снегу санки.
– Не хочу... – семенит хмурая Лиса рядом со мной.
– Познакомимся с другими детками...
– Не хочу!
– А они тебя увидят, и так захотят с тобой поиграть! – улыбаюсь ей. – Ты же у меня такая прелесть.
– И что, что пвевесть? А я, может, не хочу! – отвечает гордо.
