своему надзирателю, что я поверила в его благородные цели и доверилась ему настолько, что стираю и развешиваю здесь свои шмотки. Осталось только дождаться, когда он потеряет бдительность, а я смогу упорхнуть из его логова.
Мыслями я улетела к сестре и маме.
Как они сейчас там?
Олеся поужинала? Маме что-нибудь оставила поесть? Уроки сделала или опять просто наврёт маме, что сделала?
Мама вернётся домой через три часа. Если я не приду ночевать, то она точно с ума сойдёт. И меня просто разрывает изнутри из-за невозможности сообщить ей, что я в безопасности.
На самом деле, безопасностью здесь и не пахнет, но маме будет спокойнее думать, что меня прячут с целью защитить, а не для того, чтобы передать из руки в руки тому, кто хочет вырезать мои глаза, которые увидели лишнее, вместе с головой.
Перед глазами вспыхнула ужасная картина того вечера. К горлу подкатила тошнота. Я тряхнула головой, чтобы выбросить яркие кровавые образы из головы, и с трудом вернула себе самообладание.
Спокойно, Люша! Спокойно! Твоя голова должна оставаться чистой и трезвой. Ты должна быть готова в любой момент начать себя спасать.
Я покосилась на закрытую дверь комнаты, за которой был слышен бубнеж моего «спасителя». Кажется, он с разговаривал по телефону.
На цыпочках я подошла к двери и прижала к ней ухо, чтобы подслушать.
— …сделай всё чётко… смотри, чтобы никто не увидел… поставь слежку… — я слышала только обрывки фраз, и каждая из них не звучала для меня оптимистично.
«Спаситель» закончил телефонный разговор, послышались его твердые уверенные шаги прямо к двери.
Поняв, что к чему, я резко метнулась к кровати и залезла на неё с ногами. Обняла подушку и приготовилась к худшему. Против пистолета, который у него в наплечной кобуре, у меня шансов нет. Но если он зайдёт в комнату без оружия и попытается сделать мне хоть что-то, у меня будет возможность разбить ему об голову то, что попадётся под руку. Например, кружку, стоящую на его тумбочке, с высохшим до состояния деревяшки кольцом лимона внутри неё.
— Твоим сообщат, что ты в безопасном месте, — сказал этот лось, застряв в дверном проёме.
— Угу, — ровно выдохнула я, при этом крепко прижимая к груди подушку.
— Можешь сказать «спасибо».
Я перевела взгляд с его широченных плеч на его карие глаза и со всей злостью посмотрела, чтобы он без слов понял, что я хочу сказать ему вместо «спасибо», и куда он должен в связи с этим пойти.
— Я спать хочу, — произнесла я.
— Может, поешь?
Ну надо же, какие мы добренькие!
— Я же сказала, что я наетая.
— Наетая она. Где только слово такое взяла? — усмехнулся лось, изогнув губы в мерзкой улыбке. — Ночью к холодильнику не подходи — услышу. И у кота еду не пизди. Мне хватает одного хрустящего этими камнями на всю квартиру.
— Насчёт кота не обещаю. На завтрак что?
— Зубная паста, — бросил он сухо. Я молча повела бровью и отвернулась от него. — Ладно, сегодня спи в моей комнате, привыкай к новой обстановке. Завтра переедешь на диван.
— Не дождёшься, — буркнула я, мысленно думаю о том, что завтра меня здесь уже не будет. Я точно попытаюсь сбежать и сбегу.
«Спаситель» ничего не ответил. Вышел из комнаты, закрыл за собой дверь и, судя по шагам, сразу ушёл вглубь квартиры.
Следующие несколько часов я слышала, как он иногда проходил мимо комнаты в туалет, разговаривал с кем-то по телефону, смотрел телевизор, делал комплименты коту.
Уже поздно вечером в квартире стало тихо. В надежде на то, что этот лось уснул, я вышла из комнаты. В голову пришла просто гениальная идея — найти его пистолет и, пользуясь им и угрозами, уйти отсюда. Или, хотя бы, пережить эту ночь и попытаться защитить себя в том случае, если этот бугай решит войти ко мне не только в комнату…
На цыпочках я кралась по коридору. Он оставил на кухне включенной подсветку гарнитура. Её мне хватило для того, чтобы не запнуться и безошибочно найти спящего на диване оленя.
Очень медленно я подходила к дивану, слушая его дыхание, которое настойчиво перебивало моё учащенно бьющееся сердце.
Дышал он ровно. Похоже, реально спал. Только кот в его ногах проснулся и светил в мою сторону зелеными глазами.
Выглядело жутко. Даже и не знаю, кого я больше боюсь — кота или его пока спящего хозяина.
Пистолета рядом с диваном я нигде не обнаружила.
По-любому он хранит его под подушкой, чтобы быть готовым в любую секунду оставить в моей голове пару дырок.
Я подошла к нему ближе. Глядя в лицо и стараясь не дышать, присела рядом с ним на корточки и запустила и стала медленно просовывать руку под подушку. Часто останавливалась, чтобы слышать его дыхание, и вновь продолжала свою миссию.
Мой «спаситель» спал сном младенца. На спине, положив ладонь на обнаженную грудь.
Божечки-кошечки! Надеюсь, он хотя бы там под одеялом одет.
Вдруг он глубоко и шумно вздохнул и повернулся лицом прямо на меня.
От страха у меня поседели и выпали волосы. Я перестала моргать и дышать.
Смотрела на его спокойное лицо с закрытыми глазами и постепенно приходила к осознанию, что он всё ещё спит, а я могу вновь начать дышать и моргать уже пересушенными глазами.
Я продолжила путь своей руки под подушкой, всё ещё надеясь найти пистолет.
У кота включился виброрежим.
Да ещё, блин, так громко!
Светит своими зелеными фарами прямо в мою сторону и вибрирует. Будто специально.
Я строго на него смотрела, надеясь, что кот поймёт и выключиться.
Не понял.
Вернула взгляд на лицо спящего «спасителя» и обнаружила, что он смотрит прямо на меня.
— Ты что тут делаешь, покемон? — спросил он тихо.
— Запор лечу.
— И как? Успешно?
— Это у тебя надо спросить, — под шумок с самым отрешенным выражением лица и вынула руку из-под подушки.
— Так ты у меня запор лечила? — здоровяк перекатился на бок и подпер голову согнутой в локте рукой, будто сейчас настало время офигительных историй.
— Ну, да, — я невинно пожала плечами и стала теребить руками край пледа, что был на этом сомнительном и частично голом мужике. — Лицо у тебя больно серьёзное весь день. Вот я и решила, что у тебя проблемы… со стулом. Нету, да?
— Нету.
— Жаль, — вздохнула я нарочито расстроенно. — Понос врага меня бы порадовал. Ну, ладно. Спи тогда.
Я поднялась и сделала шаг в сторону, чтобы уйти и спрятаться в комнате для разработки
