Анатомия нас - Амелия Лефэй

— А! Ты ответил с первого звонка? Должно быть, я застала тебя в хорошее время!

— Ирен, сейчас гребаное утро. Похоже это на хорошее время?

— Ну, у меня девять, не будь таким ворчливым. — Тот факт, что она сказала это так серьезно, только доказывал, насколько она безумна.

— Макс, — пробормотал Уэс, проводя руками по волосам.

— Что такое, Ирен? — спросил я, вставая с кровати, и несколько перьев, оставшихся после нашей ссоры с Уэсом, упали на пол вместе со мной.

— Мне нужно поговорить с Джейн. Иди разбуди ее, — потребовала она.

Пройдя всего два фута от кровати, я повернулся к Джейн, уже засыпающей, сжимающей подушку под головой.

— Она спит, — прошептал я. — Попробуй перезвонить в разумное для людей время.

— Я знаю, что она спит, поэтому я и говорю — разбуди ее!

Теперь она начинала раздражать. — Ирен, тебе не пять лет, мир не останавливается, потому что ты чего-то хочешь.

— Вот это да, ты снова читаешь лекции. Значит, тебя простили. Поднеси телефон к ее уху или поставь на громкую связь, потому что это гребаная чрезвычайная ситуация!

— Что случилось? — спросил я, быстро забеспокоившись.

— Джейн! — закричала она.

— А? — Джейн мгновенно села, и я просто посмотрел на нее. Как она это услышала? Она моргнула несколько раз, оглядываясь.

— Это была она? Она в постели с тобой? Уэсли здесь? Я в постели с вами троими? — прошептала она последнюю фразу, и я поморщился при этой мысли.

— Кто это? — спросила Джейн, потирая глаза.

— Никто, ложись спать.

— Максвелл Александр Эмерсон третий, ты назвал меня «никем»? Боже, почему она моя родственница?

— Джейн! — снова закричала она. Вздрогнув, Джейн встала с кровати, к раздражению Уэса, и подошла ко мне, взяв телефон.

— Привет, Ирен, — сказала она, и я не мог расслышать ответ. Джейн скривилась, включила громкую связь и снова легла на кровать. — Хорошо, ты на громкой связи.

— Как вы, британцы, говорите, блестяще! Привет, Уэсли, как дела?

— Нормально, Ирен. Хотя было бы гораздо лучше, если бы я мог спать.

— Нормально — достаточно хорошо, — ответила она, и Джейн усмехнулась. — Ты смеешься, Джейн? Потому что у меня к тебе претензия.

— Ирен, ты беременна, пожалуйста, прекрати пить, — сказал я, садясь рядом с Джейн на кровать. Джейн резко повернулась ко мне, ее ореховые глаза расширились.

— Она беременна? — беззвучно спросила она меня, и я только кивнул.

— Ха-ха-ха. Это не смешно, — сказала она мне. Вскинув руки, я просто откинулся назад, скрестив руки.

— Ты привлекла наше внимание, Ирен, ты в порядке?

— Нет. Я не в порядке, и ты, Джейн Чепмен, бессердечная, — огрызнулась она.

— Ирен... — начал я, но она продолжала.

— Я знаю, мы не были подругами долго. Но как ты могла просто собраться и уйти, даже не попрощавшись? — сказала она тише, и мы все замолчали. Улыбка на лице Джейн исчезла. — Знаешь, у меня нет друзей, мои родители даже не разговаривают со мной, все, что у меня есть, это Максвелл, и его угрюмая задница тоже пропала. Ты не единственная, у кого есть проблемы с покинутостью, леди. Даже если два идиота слева от тебя бросили тебя, я бы осталась и отлично провела время, обсуждая, какие они дерьмовые придурки.

Я взял телефон у Джейн, но она выхватила его обратно, качая головой.

— Я знаю, — тихо сказала она. — Извини, Ирен.

— Что ж, извинения не принимаются. Пока ты не устроишь мне девичник. Мой разум пытался переварить слова, вылетающие из ее рта, но, возможно, из-за всего секса я не мог думать достаточно быстро. Джейн, с другой стороны, сначала тихо хихикнула, затем рассмеялась так, что слезы потекли из глаз.

— Ты позвонила мне в четыре утра, чтобы заставить меня устроить тебе девичник?

—... «заставить» — сильное слово. Просто напоминаю о женском кодексе.

— Если у тебя нет подруг, откуда ты знаешь о женском кодексе?

— Я смотрела «Секс в большом городе».

Я взглянул на Уэса, и у него было такое же выражение лица, как у меня. «Пристрелите меня». — Ирен, зачем этот разговор по громкой связи?

И, как всегда, быстрая на ответ, Ирен выдала: — Ну, кузен, ты тоже мне должен. Поэтому ты не только будешь финансировать это грандиозное мероприятие, но и приютишь нас в своем прекрасном особняке в Хэмптоне. Не паникуй, тебе просто нужно дать Джейн свою кредитку и дом, а затем твоя работа сделана. Я уже разослала приглашения. Так что не ной. О, и Уэсли, милый, очаровательный Уэсли, только потому, что ты молчишь, не значит, что я о тебе забыла. Я отправила тебе полный список аллергий. Я знаю, как вы, шеф-повара, любите, чтобы вам давали полную свободу на кухне, так что вперед.

— Ты что где? — спросил я.

— Сколько человек «все»? — спросил Уэс.

— Как ты уже разослала приглашения? — покачала головой Джейн.

— Ребята, — сказала она, и мы все просто уставились на телефон, через который она командовала нами. — Насколько я понимаю, вы все в отношениях друг с другом. Это безумие, но вы, похоже, полны решимости заставить это работать. Что ж, я не осуждаю. Делайте что хотите, чтобы быть счастливыми. Однако если ты с Максом, значит, ты часть моей семьи. Семьи празднуют вместе. Мы празднуем моего малыша. Все должны сделать этот день идеальным для меня, чтобы Маркиз и остальная семья Белло видели, что я нормальна и любима. Вопросы? Нет. Отлично. Увидимся завтра.

— Завтра? — сказали мы все вместе, и это было бы смешно, если бы не было так чертовски безумно.

— Ирен, — мягче сказала Джейн, используя тот же голос, что и когда пыталась быть благоразумной с Мэсли. — Когда именно этот девичник?

— В субботу. О, у меня будет мальчик; не переусердствуйте с голубым в украшениях. — Она повесила трубку.

Был четверг.

Бип-бип.

Она написала мне, и Джейн открыла список гостей из... подождите... пятидесяти пяти человек. Ирен!

— Ты уверена, что хочешь иметь от меня ребенка? — спросил я Джейн, когда Уэс взял телефон, чтобы просмотреть, по-видимому, руководство Ирен. — Потому что с этим безумием я могу справиться, от моей семьи.

Откинувшись, Джейн улыбнулась. — Ирен — самый близкий человек к тебе, не считая твоей матери, правильно?

Я кивнул.

— Она не только признала нас с Уэсом, но и потребовала, чтобы мы вели себя как семья. Она была навязчивой и требовательной, да, но я благодарна. Уэс тоже, поэтому он так пристально смотрит на список.

Услышав свое имя, он взглянул на нее, слегка удивленный тем, как точно она его прочитала, затем снова на