Не храню их на работе.
- Ты мог просто не кончать в меня.
- Я не успел. Прости.
Роб выходит из меня, выпрямляется. Надевает трусы и брюки. Я молча слежу за его движениями. Он спокоен. Может, тогда и мне не следует нервничать?
Спрыгиваю со стола, выдвигаю первый ящик и ожидаемо нахожу там пачку влажных салфеток. Роб всегда хранит их на работе. Я помню все его привычки.
Вытираюсь салфетками, бросаю их в урну под столом и натягиваю трусы с колготками. Поправляю платье. Гляжу на Роберта немного в растерянности. Возникает неловкая пауза.
Роб решает этот сложный ребус. Делает ко мне шаг, берет в ладони мое лицо и целует в губы.
- Я так сильно скучал по тебе, Злата.
По телу проходит волна дрожи от таких слов. Сейчас я понимаю, что тоже безумно скучала по Робу, по его телу, рукам и губам. Они такие родные.
Бывший муж трется лбом о мой висок, и я довольно улыбаюсь.
- Я не хочу спешить, - тихо говорю.
- Я тоже.
- У нас был ворох проблем, с которым мы не справились. Эти проблемы никуда не ушли.
- Но мы же можем попробовать поработать над ними?
Киваю.
Роберт снова целует меня в губы. Я обнимаю его за шею и прижимаюсь всем телом. Наверное, я слишком долго нахожусь в кабинете генерального директора, и секретарша за стенкой может что-то подумать. Поэтому первой прерываю поцелуй.
- Я пойду. Надо работать.
- Тебе позвонят продюсеры с телеканала, обсудишь с ними свое расследование.
Я стискиваю зубы и заставляю себя разделить работу и личное. Пять минут назад мы занимались сексом и приняли решение о второй попытке отношений. А теперь мы начальник и подчиненная.
- Хорошо.
- Злат, это правда важно. Интеграция газеты и телеканал неизбежна.
- Угу, реформа, все дела. Я пошла. Увидимся!
Я выхожу из кабинета Роберта и сразу натыкаюсь на любопытный взгляд секретарши поверх очков. Так я и думала. Ей лет пятьдесят, на голове строгая дулька. Но она же не слышала наших стонов? Сдержанно улыбнувшись, покидаю приемную генерального директора.
На этаже редакции газеты продолжаются недовольные охи-вздохи. Отовсюду слышится возмущенный шепот: «Я уволюсь!». Я сажусь на свое место, вставляю в уши беруши и приступаю к работе. Я должна выпустить расследование, как можно скорее. Первым делом пишу запрос в банк «Красный квадрат». Суть моего журналистского запроса - соответствует ли действительно информация о том, что вы обслуживаете клиентов, которые участвуют в подозрительных операциях и выводят деньги в теневой оборот?
Написать такой запрос - моя журналистская обязанность. Естественно, банк или не ответит на него совсем, или ответит, что это ложь. А потом начнут слезно умолять не писать материал. Будут предлагать мне взамен другие эксклюзивы, подарки, деньги и даже работу в их банке на очень высокой должности. В общем, что угодно, лишь бы я не выпустила расследование об их махинациях.
Через полтора часа мне звонит продюсер с телеканала и спрашивает, можно ли будет сделать видеоверсию моего расследования. Мне хочется рявкнуть: «Нельзя!». Но проглотив собственное недовольство, я продолжаю диалог с коллегой и честно пытаюсь найти с ней какое-то общее решение, которое всех устроит.
- Ты после похвалы гендиректора прям вся сияешь, - едко замечает Ира, когда я поднимаюсь с рабочего места, чтобы налить в кружку кофе. - Это ты с кем по телефону говорила? С телеками?
- Да, с их продюсером. Приятная девушка.
Я ухожу на кухню с улыбкой на лице.
Нет, я сияю не из-за похвалы Роберта на планерке, а из-за того, что произошло в его кабинете. Я чувствую себя так, будто за спиной выросли крылья. Ожидая пока кофемашина нальет в мою кружку напиток, улыбаюсь как дурочка.
Телефон в кармане платья вибрирует. Сообщение от Роберта:
«Во сколько ты сегодня заканчиваешь? Давай отвезу тебя домой».
Отвечаю:
«Обычно я ухожу в 6-7».
«Хорошо. Напиши мне за 15 минут до того, как освободишься».
«Ок».
Кофемашина заканчивает работать, я беру кружку в руки и делаю глоток капучино. Точно так же я ощущала себя в той редакции, в которой мы с Робертом встретились после университета и влюбились друг в друга. Я также ходила с дурацкой улыбочкой на лице и чувствовала у себя за спиной крылья.
Прям дежавю.
Телефон в кармане платья снова вибрирует. Сообщение с незнакомого номера:
«Мы получили ваш запрос. У нас есть для вас выгодное предложение. Предлагаем встречу».
Я закатываю глаза. Знаю я эти встречи. Будут упрашивать меня не писать статью и пытаться меня подкупить. Я не хочу соглашаться. Обычно я и не соглашаюсь на подобного рода встречи, потому что они только отнимают время. Но в данном случае телеканалу это может пригодиться. Их оператор снимет издалека, как я разговариваю с представителями банка.
«Хорошо. Назовите день и время».
Глава 47. Личные границы
В семь часов я выхожу на парковку холдинга и, с опаской оглядываясь по сторонам, направляюсь к машине Роберта. Как выяснилось, никому из коллег неизвестно, кто мой бывший муж. Хотя журналистика - это большая деревня, в которой все про всех всё знают. Но раз получилось так, что коллегам неизвестно о том, что я бывшая жена медиаменеджера Роберта Красовского, то пускай пока так и остается. Вдруг у нас с Робом ничего не получится. Не хочу лишних сплетен на работе.
Когда я подхожу к машине, Роберт уже в ней. Ещё раз осмотревшись, залезаю на переднее пассажирское сиденье. Роб сразу тянется поцеловать меня. Я отвечаю на поцелуй коротким чмоком (Роб явно рассчитывал на более долгий). Пока мы не выедем с парковки холдинга, я буду чувствовать себя некомфортно. Лобовое стекло ведь незатонировано, нас могут увидеть.
- Как твой день? - спрашивает бывший муж, когда выезжает за шлагбаум.
Я расслабляюсь, только когда он останавливается на светофоре у поворота. Теперь мы за пределами знакомых глаз.
- Нормально, начала заниматься расследованием. Звонила девушка-продюсер с телеканала. Будем искать варианты сотрудничества.
Роб одобрительно кивает. Мы начинаем говорить о работе. Мне нравится, как между нами все легко и естественно. Когда мы были женаты, мы часто обсуждали рабочие новости за завтраком или ужином. Журналистика была тем, что связывало нас больше всего. Нет, конечно, у нас были и другие точки соприкосновения помимо работы. Но вот, допустим, с тем же Аркадием, который занимается ремонтом автомобилей, мне поговорить было особо не о чем.
С работы мы переходим
