хирургов.
Покивал, повздыхал, но быстро успокоился и мы вновь вернулись к нежному общению. Хороший он, Лебедев. Теплый, ласковый. Волосы мягкие, глаза улыбаются и губы… нежный поцелуй получился на открытии клиники. Нежный, а затем — горячий. Кажется, с ним я смогу создать надежные отношения. Медленно, аккуратно отдалю его от семьи. Дима не станет командовать и диктовать свою волю. Его роль — рыцарь, защитник, и с ней он справляется на отлично. Моим будет. Я так решила.
Ну что, конец Диме? Попала птичка в силок?
=32=
Ира Лебедева
Трель будильника — ножом по психике.
— Не хочу!
Всю ночь снилась какая — то ерунда. Может перегретый мозг не справлялся с нагрузкой, или нервы, похожие на старый перетертый канат, рвались с противным металлическим звоном, но в последнее время я чувствую себя опустошенной и обессиленной.
— Я люблю свою работу. Я люблю свою работу!
Минутка медитации помогала плохо, поэтому пришлось выбираться из уютной постельки и отправиться в ванную. Контрастный душ, громкий визг — и стало легче.
— На что я сейчас похожа? — причесываюсь перед зеркалом, любуюсь игрой медных прядей в темной массе шоколадных волос. — На разбитую вазу, которую попытались собрать из осколков. Дыры, щели, острые края. Некрасиво, ненадежно и бесполезно. Имитирую жизнь, улыбки, чувства. Ищу сильного мужчину, чтобы укрыться от призрака прошлого, но так ведет себя девочка, а не взрослая женщина. Что мне делать? Как вариант — разрушить все до основания. Развеять прах сожженных отношений над рекой памяти. Можно ли построить новую жизнь на осколках прошлого? Едва ли.
По дороге на работу мне всегда удается собрать себя в кучу, переключить мозг.
— Ира… Доброе утро.
Башаров ждет меня на парковке. Красивый, расслабленный, довольный жизнью. В руках — два знакомых стаканчика с логотипом популярной кофейни.
— Это тебе.
— Доброе, — с улыбкой принимаю кофе и делаю шаг назад. — Спасибо, Марат.
— Ира, что случилось? — внимательный взгляд синих глаз цепко осматривает меня с макушки до пяток. Сканирует, словно ответ скрыт в моем образе. — Что-то не так?
— Не так…
— Скажи, я помогу. Ты молчишь, но я вижу, что с тобой что — то происходит, — давит энергетикой, напирает, но я не поддаюсь, не уступаю. — Что не так?
— Мне нужно время, Марат, — выдыхаю, прикрывая глаза. И с ним я тоже буду честной.
Сейчас в моей жизни есть двое мужчин, которых не хочу терять из-за глупых импульсивных поступков и которым не хочу причинить боль. Башаров и Тихонов. Поэтому — шаг назад и пауза.
— Сегодня после работы я еду подавать документы на развод, — смотрю в глаза Марата и понимаю, что для него это не новость, и уж точно — не шок. Услышал сплетни или догадался? Спокойный взгляд, лишь по широким плечам пробежала волна напряжения. — И мне нужно время. Время и пространство для жизни. Не хочу наломать дров. Ты хороший, Марат…
— Стоп, — прерывает и сгребает меня в охапку. — Давай остановимся на дровах, потому что продолжение фразы очень смахивает на прощанье, а к этому я точно не готов. Я тебя услышал, Ира. Сейчас я тебя отпущу, мы допиваем кофе и идем работать. Договорились?
— Хорошо. Спасибо.
Без надежных объятий становится холодно и одиноко, и девочка Ирочка в моей душе ноет и капризничает, хочет вернуться в руки мужчины. Но чтобы строить новую жизнь, не девочка, а женщина Ира должна навести порядок и разгрести завалы, которыми усыпана дорога жизни. И я это сделаю!
Весь день я провела в режиме ожидания. Несколько раз ловила на себе взгляды Марата, сталкиваясь с ним в коридорах клиники.
— Все будет хорошо, — шепнул он, когда я шла к машине после окончания рабочего дня. — До завтра, Ира.
Башаров обещал не давить и не навязывать свое общество и сдержал слово, но я все равно ловила на себе его напряженный внимательный взгляд. Это было странное ощущение — осознавать, что о тебе помнят, но не делают центром вселенной. В душе появилась легкость, а это уже хорошо.
«Если нужна компания для прогулки по вечернему городу, если захочешь помолчать или выпить кофе — я на расстоянии одного звонка.»
Сообщение высветилось на экране, едва я включила телефон в конце рабочего дня. Отправитель — Марат. А потом прилетело еще одно: извиняющийся смайлик.
— С мужчинами разобралась, — шепчу, нажимая кнопку запуска двигателя. — Пора двигаться дальше.
По дороге в адвокатское бюро едва не попала в многокилометровую пробку, но навигатор заранее предложил альтернативный вариант, поэтому к пункту назначения я прибыла с запасом в несколько минут.
— Добрый вечер.
— Здравствуйте. Я — Лебедева. Запись на девятнадцать часов.
Небольшая приемная. Кремовые стены, жалюзи подобраны в тон. Большая черная вывеска с золотистыми буквами «Бюро Колесов и партнеры». Выдержанно и стильно.
Миловидная девушка — администратор, если верить бейджику — Наталья — сверилась с записью в компьютере.
— Никита Сергеевич вас пригласит. Ожидайте. Желаете чай или кофе?
— Спасибо, ничего не надо.
В кабинете Колесова — идеальная звукоизоляция. Понимаю это, когда тяжелая дверь открывается, выпуская в приемную пожилую семейную пару. Они счастливо переглядываются, мужчина бережно поддерживает даму под локоток. Это так мило!
— Лебедева? Прошу.
Рассматриваю хозяина кабинета, пока следую за ним к длинному прямоугольному столу. Моложавый брюнет, но на висках уже серебрится седина. Цепкий взгляд карих глаз, спортивная фигура упакована в дорогой темный костюм, верхняя пуговица белоснежной рубашки расстегнута. Стильно и со вкусом.
— Гм…
— Простите, Никита Сергеевич, я задумалась. Мне нужно оформить развод.
— Дети?
— Двое. Тринадцать лет.
— Алименты?
Возникает ощущение, что все вопросы задаются в автоматическом режиме, но нет: адвокат считывает мою реакцию в каждом ответе. Не напряжен, просто собран и внимателен, как следователь на допросе.
— Да, — сначала не хотела заморачиваться, но после раздумий решилась. Не хочу зависеть от расположения супруга.
— Определение места жительства детей?
— Нет. Сыновья не хотят и не будут жить с отцом, — кажется это прозвучало слишком резко, потому что адвокат оторвался от блокнота, в котором делал записи, и прищурил глаз.
— Причина развода?
— Измена, — и тут я его не удивила.
— Раздел имущества планируете?
— Да.
— Будем раздевать супруга?
Ничего себе вопросы! От неожиданности меня подкидывает на месте, а на лице и в глазах Колесова нет ни намека на улыбку. Не шутит, спрашивает серьезно. Раздевать?!
— Нет, Никита Сергеевич. Мне нужен честный раздел.
— У каждого свое представление о чести и справедливости, — он поводит плечами, склоняет голову набок. — Давайте разбираться подробно. Что будем делить?
Я достаю из сумки копии документов на обе квартиры — хорошо,
