class="empty-line"/>
Глава 2 Вера
Три года назад
— Вера! Просыпайся! Ну сколько можно валяться в постели! Уже завтрак давно остыл. — Нина Ивановна дергала край одеяла. — Вставай, вставай! Чемоданы свои когда разбирать будешь?
— Ой, мамочка! Я такой сон сладкий видела… Ну к чему спешка? У меня еще целый месяц впереди! Это, между прочим, мои последние каникулы! А потом начнутся трудовые будни, и никуда от них не денешься.
Вера с удовольствием потянулась и отбросила одеяло в сторону.
— Опять скоро уедешь, — вздохнула Нина Ивановна.
— Отработаю распределение и вернусь, не грусти.
Вера обняла мать и щекой прижалась к ее плечу. Нина Ивановна погладила дочь по руке. У обеих возникло чувство неловкости. Мать редко баловала маленькую Веру объятиями, а когда та выросла, и вовсе редко проявляла к ней нежность. Хотя очень скучала по дочери и с нетерпением ждала ее приезда.
Они славно позавтракали всей семьей в саду под яблоней. Вера видела, что родителям приятно говорить об успешном окончании ею медицинского колледжа. Мать с довольным видом поглаживала красную обложку диплома и долго не выпускала его из рук.
— Давай сюда, а то дыру протрешь! — не выдержал наконец отец. — Заберут его в отделе кадров, и будет он там в папочке на хорошем счету. И никто не станет на твои оценки смотреть. Все зависит от того, как ты себя сама зарекомендуешь! Теория — это хорошо, а вот на практике, в реальной жизни, совсем иначе получается. Здесь иногда человека словом можно вылечить. Главное, у медика сострадание должно быть к пациенту, как к своему близкому родственнику, — вот тогда толк будет. А иначе все впустую.
— Где же ты такое видел! — всплеснула руками Нина Ивановна. — Чтобы каждого так любить? Пациенты же разные бывают! И не все чистенькие да ухоженные, а и дурно пахнущие, что подойти к ним страшно! И ты хочешь мне сказать, что ко всем отношение одинаковое? Не смеши меня!
— Я сказал не «любить», а «сострадать»! Как самому близкому человеку. А иначе не следует туда идти вообще. Ты, дочь, об этом хорошо помни!
Александр Владимирович небрежно отбросил в сторону свежий номер газеты и, резко отодвинув стул, встал из-за стола. Человеком он был сложным, со своими принципами. Мир для него делился на черный и белый. И если уж он что-то решил, то оно так и должно быть. Свою дочь он любил и воспитывал в строгости. Успехи Веры радовали его, и в душе он гордился, что воспитал ее такой, но внешне никогда не проявлял нужной отцовской теплоты и ласки. Считал это излишним и даже вредным.
— Ой! Учитель нашелся! — отмахнулась, как от назойливого комара, Нина Ивановна. — Верочке вообще не стоит себе этим голову забивать! Она в роддоме будет работать.
— А в роддоме особенно! — поставил точку в разговоре Александр Владимирович и не спеша пошел в дом.
— Вот и поговорили! — вздохнула Нина Ивановна, собирая пустые чашки со стола.
— Он прав, мама! Страшно мне как-то. Распределение хорошее дали. Только вот справлюсь ли я?
— Не одной тебе страшно, у всех так бывает, — успокоила дочь Нина Ивановна. — Еще целый месяц впереди. Отдыхай, набирайся сил!
Ближе к обеду в гости заглянули подруги детства Марина и Света. По старой школьной привычке они старались разговаривать тихо, опасаясь Александра Владимировича, который спал в доме, и отпросили Веру на озеро.
— Ой, Вера! Ничего у тебя дома не меняется! Вроде как и выросла ты, диплом получила, а у родителей отпрашиваться приходится, как и раньше! — с иронией в голосе сказала Марина, связывая на ходу непослушные вьющиеся пряди.
Себя она считала довольно самостоятельной и уже два года как работала специалистом в банке в райцентре. Жила там в съемной квартире. Частенько на праздники девушки собирались у нее посекретничать и поделиться своими новостями.
Веру подруги считали особенной, не от мира сего — но в хорошем смысле. Удивлялись ее терпению и покорности в семье. Тему родителей она принципиально не хотела обсуждать. «Они делают из меня человека! Надеюсь, у них хватит на это сил», — шутила Вера. Света с Мариной в очередной раз только пожимали плечами от таких слов, искренне сочувствуя подруге.
— Месяц остался, а потом уеду, и начнется новая жизнь у меня! — с радостным вздохом заявила Вера.
— Мечтательница! Они тебя и там достанут. Будешь по часам отчитываться и в кино отпрашиваться. Так что без особых иллюзий! — возразила Светлана.
Она была душой компании, маленькая, щупленькая, с непропорциональными короткими ручками и ножками. Часто девушку принимали за школьницу, что невероятно ее злило. Наверное, поэтому Светлана всегда броско красилась, нанося толстый слой пудры, яркие тени и помаду, предпочитала подчеркнуто деловые костюмы и обязательно высокие каблуки. Это делало ее похожей на маленькую женщину. Светлана училась в БГУ на факультете журналистики и очень часто попадала в разные переделки. Переосмыслив случившееся, записывала в свой дневник и, как только представлялась возможность, делилась заметками со своими подругами, чем очень их веселила. Шедевры относились в редакцию какого-нибудь журнала, и после Света со счастливым видом ставила коронный автограф на полосе с увидевшим свет ее детищем. Журналы быстро расходились по друзьям.
За разговором они незаметно вышли к озеру, на свое излюбленное место.
— Ой, девочки, как здесь хорошо!
Марина спустилась к воде и с удовольствием вдохнула на полную грудь озерный воздух. Легкая прохлада приятно обволакивала тело.
— Мне кажется, мы здесь не одни? Слышите, музыка играет? Ого! Какой крутой внедорожник! Кажется, «лексус»! — всплеснула руками Светлана. — У нас есть все шансы сегодня покататься с ветерком!
— Хм! Откуда такие познания? Ты стала разбираться в марках машин? — бросила косой взгляд на подругу Марина. — Хочу тебя разочаровать! На таких крутых тачках простые парни не ездят. Какие-нибудь взрослые дядьки, сбежавшие в нашу глушь от своих жен. Максимум на ветерок и можешь рассчитывать! Не более!
— Действительно, какие-то стремные бородатые мужики! — поморщилась Света. — Вроде как загорают.
— Лучше посмотрите, какой вид отсюда на другой берег. У нас здесь самые красивые места! Мне так этого не хватало, — вздохнула Вера. — А у вас одни мужчины в голове. Вы вообще можете о чем-нибудь другом думать?
— Вера, расслабься, — улыбнулась Света. — Одними красотами природы не проживешь!
Марина вытрясла из сумки надувной матрас и обратилась к Вере:
— Помоги накачать. Специально для тебя взяла, чтобы и ты с нами поплавала, а не сидела на берегу. Может, хоть плавать научишься!
Светлана сбросила одежду и с разбега прыгнула в воду. Глухой всплеск — и брызги разлетелись
