особенности отец, утопили бы нас в этом озере. Так что вы и наши души спасли!
— А вы, Вера, специалист в какой области?
Владимир Николаевич присел рядом с расстеленным покрывалом и ловким движением подцепил крупную виноградину, покрутил ее в пальцах и положил в рот.
— В акушерстве. Буду работать в роддоме.
— Вы совсем на медика не похожи, — подключился к беседе Павел. — Я всегда считал, что врачи — волевые люди, безжалостные, что ли, а вы мне больше ангела напоминаете. А вообще, я только рад присоединиться к вашему торжеству! У нас тоже кое-что имеется. Мы с Владимиром собирались порыбачить здесь дня два. И, естественно, с собой прихватили всякой всячины. Если никто не против, предлагаю перейти сразу на «ты». Честно говоря, я от этого официоза уже порядком устал. Хочется побыть немного просто Пашей.
— Так сразу на «ты» тяжело перестроиться. Но у нас еще есть время до вечера, я думаю, мы исправимся, — кокетливо улыбнулась Марина. — Вы, наверное, занимаете какую-нибудь руководящую должность, раз так говорите? И бородка у вас такая солидная для пущей серьезности?
— Ну можно сказать и так, — рассмеялся Павел. — Горный инженер. Вам это о чем-то говорит?
— Конечно, говорит, — с заинтересованным видом знатока присела рядом на корточки Светлана, подперев рукой подбородок. — Может быть, еще и «Славкалий»? Нежинского горно-обогатительного комбината?
— Откуда такая осведомленность?
— Я журналистка, — гордо произнесла Светлана. — В курсе всех событий должна быть. Это крупнейший инвестиционный проект в истории Республики Беларусь. В прошлом году я писала статью о запуске в эксплуатацию второго предприятия в Беларуси по добыче калийной руды. Наша страна может стать лидером на мировом калийном рынке.
— Честно говоря, удивлен такими познаниями, не ожидал в столь тихом месте встретить журналиста, — усмехнулся Владимир Николаевич. — Обычно я их нутром чую. Они люди суетливые, сто вопросов в минуту задают.
— Я вижу, вы часто с ними сталкиваетесь? Наверное, тоже из руководящего состава? — повела бровью Светлана.
— Да, как-то приходится сталкиваться. Иногда, — ушел от ответа мужчина. И, посмотрев на Павла, добавил: — Наш скромный Павел, он же Павел Викторович, руководит проектом по строительству нашего подземного комплекса. Тоже иногда встречается с вашей братией.
— Я предлагаю девушкам переместиться на наш полуостров. Владимир взял с собой домашнее виноградное вино, приготовленное по особому рецепту его бабушки. Думаю, такого вина вам еще не приходилось пробовать. Вера, давайте вашу руку. — Павел широко улыбнулся. — Это успокоит и придаст сил.
Без лишних уговоров Вера встала и последовала за своим спасителем. Ее холодные пальцы оказались в теплой ладони нового знакомого…
Когда они все вместе добрались до места, где остановились мужчины, Павел усадил Веру на складной стульчик, а сам расположился рядом на траве. Спустя минуту из литровой узорчатой бутыли Владимир Николаевич, не жалея, разливал бордовую жидкость по стаканчикам. Затем, привстав на одно колено, перешел к тостам.
Солнце розовым шаром медленно катилось по неровным зубчатым макушкам елей, отбрасывая длинные причудливые тени на землю. День незаметно близился к концу. Огненная дорожка засеребрилась через все озеро. Жара спала, и полчища комаров атаковали берег.
Зная, что родители будут волноваться из-за долгого ее отсутствия, Вера засобиралась домой. Павел вызвался провожать. Подружки весело захихикали им вслед. Владимир Николаевич вежливо попрощался, оставшись с Мариной и Светланой.
У дома Павел не сдержался и поцеловал Веру в губы, такие мягкие и податливые. Шелковистые локоны приятно щекотали ему лицо, от них пахло озерной свежестью. Как только Павел выпустил девушку из своих объятий, смутившись, она тут же его оттолкнула и хотела убежать. Но он крепко схватил ее за руку.
— Я завтра смогу тебя увидеть? — Павел не отпускал ее руку, перебирая пальцы.
— Не знаю, — Вера пожала плечами и побежала домой.
Павел еще постоял некоторое время, пытаясь запомнить двор и калитку: в сумерках они все для него были одинаковыми.
Едва забежав в сени, Вера прислонилась к стене и перевела дух. Сердце сильно стучало в груди. Стараясь не шуметь, она тихо пробралась в свою комнату и, не включая свет, приблизилась к окну. Павел все еще стоял, а потом, несколько раз оглянувшись на окна, не спеша побрел в сторону озера.
Она долго не могла уснуть. За стеной у родителей негромко разговаривал телевизор, а вскоре и он смолк. Ночная тишина незаметно опустилась на дом, только настенные часы продолжали громко тикать.
Вера лежала на кровати у окна и сквозь тонкий тюль смотрела на крупную мерцающую звезду. Небо было глубоким и черным, а звезды — далекими и недосягаемыми. До сих пор она чувствовала прикосновение его губ, и это было приятно. Вновь и вновь она прокручивала в памяти последние минуты их расставания. Вскоре навалилась дремота, веки отяжелели, и она погрузилась в глубокий сон.
Утром во всем теле чувствовалась ломота и горло обложило с двух сторон. Острая боль не позволяла говорить и глотать пищу. Столбик термометра предательски застрял на отметке тридцать девять. Вера с грустью смотрела в окно, понимая, что никакой встречи с Павлом сегодня не будет, а может, она и вовсе никогда уже его не увидит.
Сбитая таблетками температура к вечеру поднялась вновь, все тело стал сотрясать озноб. Вера закуталась в толстый плед и послушно выпила принесенный мамой парацетамол.
Хлопнула калитка, и спустя минуту в комнату заглянула Марина.
— Привет! Ты че, болеть вздумала? Там тебя этот твой Павел весь день прождал!
— Тише! — скорчила гримасу Вера, показывая жестом на дверь.
— Сколько они тебя будут контролировать? — понимающе понизила тон девушка. — Ты и жениха своего от них прятать будешь?
— Не смешно! У меня пока нет жениха, и неизвестно, когда появится! — фыркнула Вера. — Не хватало еще моим родителям узнать про вчерашнее. Они тогда точно меня никуда не выпустят.
— Немудрено так и в девках остаться! Не боишься? — улыбнулась Марина. — Да ладно, шучу я, шучу! С твоими-то данными тебе это не грозит. Павел только про тебя и спрашивал. Я еле отговорила его сюда прийти. Иначе бы он точно заявился. Уехал без настроения.
— Как уехал? — сердце Веры сжалось.
— Ну как? На машине, вместе с Владимиром. Мы со Светкой до обеда тебя прождали, решили, что ты психанула на него, поэтому и не пришла. — Марина покрутила в пальцах градусник и вернула его на место. — Кто же знал о твоей температуре? Жаль, конечно, такой мужчина видный. Могла бы с ним закрутить, тем более скоро в Минск уезжаешь, а он там живет.
Всю неделю Вера провалялась дома в постели. Несколько раз забегали подружки спросить о самочувствии. Вера скучала, и даже
