class="p1">— А симптомы? Они ведь у меня есть.
— Навязчивые состояния и галлюцинации, если я правильно вас поняла, тоже со слов мужа?
— У нас с ним воспоминания не совпадают. Я помню то, чего не было. Зато забыла некоторые важные события.
— Обрадовать вас, сказав, что вы совершенно здоровы, я не могу. Рекомендую пройти обследование и начать лечение, если этого потребует ваше состояние.
Моё состояние. Моё состояние? Какое? Она что-то поняла! Снова мандраж во всём теле.
— Я не опасна для своего ребёнка?
— Не могу ответить на этот вопрос, не имея полной картины. Какие-то лекарства принимаете сейчас?
Достаю из сумки своё «снотворное» и показываю доктору.
— Только это. По четыре в день.
Она рассматривает этикетку.
— Сами покупали?
— Да. В аптеке, по рецепту психолога.
— Препарат небезобиден. Но безопасен, если соблюдать дозировку. Вы принимаете меньше, чем рекомендовано людям с вашей массой тела.
— Можно продолжать?
— Сделаю назначение только после обследования.
Ясно. Нужно на что-то решаться.
Выйдя от врача, сразу звоню Машке, чтобы узнать, как там моя ягодка. Убедившись, что дочка в порядке, вызываю такси и еду в нашу с Тепловым квартиру. Хотя назвать её нашей язык не поворачивается.
А своей у меня нет.
Не была бы такой доверчивой дурой — не стала бы отдавать мужу своё скромное наследство и небольшие накопления, которые откладывала ещё со времён первых подработок в универе.
Но можно поискать свой тайничок в шкафу. Там немного, но и это бы мне сейчас очень пригодилось.
Бабуля-консьержка меня сразу узнала. Ключей от квартиры у меня нет, потому вся надежда была только на неё. И она не подвела.
Часа полтора мне понадобилось, чтобы обыскать все комнаты. Никаких подтверждений того, что я на протяжении нескольких месяцев лечилась у психиатра. Ни рецептов, ни медзаключений. Ничегошеньки интересного, кроме чужих женских вещей.
Присутствие другой меня бы ранило ещё полгода назад, но сейчас вызывает только брезгливость. Могли бы ради приличия и прибраться. Или муж нас с Никой сбагрил загород насовсем, а сам собирался жить с любовницей тут?
А, всё равно уже. Есть проблемы поважнее.
Загород возвращаюсь на электричке. Александр просил позвонить ему, как завершится сеанс, но я не стала. Нужно подумать в одиночестве.
Олег пытается выдать меня за сумасшедшую. Да, у меня с головой беда после комы, но я определенно не чокнутая. Страхи, тревожность, приступы паники и проблемы со сном вылечит Нина Андреевна, хочется верить.
Вопрос — зачем это моему мужу?
Самое очевидное объяснение — самое страшное. Что-то случилось в прошлом, чего я не должна вспоминать.
Сажусь на свободное место возле окна и закрываю глаза. Мысленно переношусь в нашу ванную комнату.
Я принимала душ множество раз. Совершала одни и те же действия на автомате. Могла случайно поскользнуться? Наверное. Но так, чтобы не удержать равновесие, не ухватиться ни за что руками и удариться о раковину головой? Да ещё так сильно, что она едва не лопнула? С трудом верится. Но всякое в жизни бывает.
Стоило это представить, и сердцебиение участилось. Холодок побежал по спине и рукам. Зябко ёжусь, растирая ладони.
Телефон тренькает, принимаю звонок.
— Милена, ты где?
Олег. Лёгок на помине.
— Я возвращаюсь на ферму. Ездила в город за кое-какими вещами для Ники.
— Одна?
— Да. Не волнуйся, она под присмотром.
Хочется сбросить звонок. Нет никаких сил разговаривать с этим человеком. Мне неприятен его голос, до тошноты.
— Послушай меня, Мила. Миллера видели в Москве. Не исключено, что он попытается встретиться с тобой.
— Угу.
— Что «угу»? В прошлый раз он меня едва не прикончил, когда хотел забрать Нику. И если бы не охрана, боюсь даже предположить, чем всё могло бы закончиться.
— Я помню, Олег. Ты же рассказывал.
— Вам нужно возвращаться в посёлок к моим.
— Уже поздно.
— Не поздно. Собирай Нику, за вами через несколько часов заедут.
Мне бы помалкивать и делать вид, что со всем согласна. Но не могу сдержаться:
— Неужели ты думаешь, что твой кузен причинит вред ребёнку? Она его родная дочь!
Мне показалось или он зарычал там? Бесится.
— Ей он, может, и не причинит вреда. Но тебе будет легче, если нас с тобой лишат прав в его пользу? С его деньгами и связями это сделать нетрудно. Орал, что посадит меня за то, что я якобы тебя ударил. Очень удобно, да? Меня в тюрьму, тебя в дурку. Собирайся, я сказал!
От его крика становится страшно. Липкий, холодный ужас разливается по телу. Зачем я его злю? Что, если это Олег ударил меня? Приревновал к брату и не смог удержать свой гнев?
Мне нужно рассказать всё Алексу! Про то, что нездорова. И попросить о помощи.
Но если он мне тоже врёт?! Откуда было взяться любви, если мы знакомы без году неделя?! И он действительно грозится посадить Теплова. Я стану лишней, как только
