— Все прекрасно. Лучше не бывает.
Обычно я не лгу, но если уж приходится, бываю tres убедительной. Мы направились к терминалу «Вылет». В душе я просто замирала от ужаса, не понимая, как может появиться билет к тому моменту, когда мы подойдем к выходу. До чего же не хотелось снова терпеть унижение в присутствии этого человека! Если бы только Чарли не был таким джентльменом!
Но он терпеливо тащил мои сумки, как герой «Истории Палм-Бич», а значит, меня с минуты на минуту разоблачат как преступницу!
Но все это время я пыталась болтать с ним, как ни в чем не бывало. Словно все было так классно, как я изображала.
— Я рада, что ты и Джулия… ну, знаешь, все выяснили, — сказала я.
— Да, поговорили по душам. Что за девушка! Наша невероятная Джулия! — воскликнул он с нежной улыбкой.
Похоже, она сумела проделать свой обычный номер, и Чарли совершенно без ума от нее! Понятия не имеет, что она вытворяет! Впрочем, как и остальные ее бой-френды. Но знаете что? Несмотря на мой внезапный приступ гипогликемии и последствия выпитых накануне «Беллини», мне внезапно стало немного жаль Чарли. То есть он, возможно, вполне о'кей, независимо от того, нравится мне или нет. Все равно что духи Терри Мюглера «Ангел»: ненавижу их, но это не означает, что духи плохие. Миллионы людей считают запах абсолютно сногсшибательным. Думаю, Чарли — что-то вроде моего личного «Ангела», если можно провести аналогию между мужчиной и духами, ненавистными тебе.
Мы подошли к залу ожидания. Туда без посадочного талона не пускали.
— Здесь можно и попрощаться, — жизнерадостно объявила я. — Мне нужно в туалет.
— Желаю благополучно долететь, — кивнул Чарли, вручая мне вещи.
— Обязательно долечу. Спасибо.
Чарли подошел к длинной очереди пассажиров, ожидавших входа.
Получилось! И блестяще! Он ничего не заподозрил!
Я подождала, пока Чарли отойдет, подхватила вещи и направилась к кафе. Ничто лучше апельсинового сока за пять долларов не поднимет настроение девушки, брошенной киномагнатом и почти спасенной рыцарственным и раздражающе симпатичным кинорежиссером.
Я сидела у стойки, опустив голову в «Интернэшнл гералд трибьюн», прихлебывала сок и гадала, что, во имя всего святого, мне теперь делать. Кажется, по моей щеке все-таки сползла слезинка. Теперь, оставшись одна, я была так несчастна, даже несмотря на гламурный прикид. Жалкая дурочка!
— Собираешься пропустить свой рейс?
Он вернулся! Да с этим парнем что-то неладно! Воображает, будто имеет право вмешиваться в мои личные планы поездок и путешествий и, если на то пошло, даже в мои личные планы самоубийства, и все только потому, что встречается с Джулией!
Чарли стоял у столика, улыбаясь мне, словно моя жизнь была чем-то вроде комедии, и все такое.
— Да, — неприветливо буркнула я. Довольно лжи на этот день! И плевать, что обо мне подумает Чарли!
— Почему?
— Это мое дело.
— Ты здорова?
— Ну, если так уж хочешь знать, меня бросил тип, с которым мы прилетели на его «G-V». В эконом-классе нет мест. «Эр Франс» не принимает мою кредитную карточку, а мой жених уже обзавелся другой чертовой невестой.
И тут, к моему полнейшему ужасу, из моего глаза выкатилась огромная прозрачная слеза.
Чарли протянул мне платок, и я схватила его, взбешенная тем, что он стал свидетелем очередной сцены.
— Это тот парень, Эдуарде?
— Эдуардо женат, — сообщила я дрогнувшим голосом. — И мистер «G-V» тоже!
Чарли выглядел лишь слегка удивленным, хотя на этот раз был посвящен в омерзительную правду о моей не менее омерзительной ситуации.
— Что ж, может, это и хорошо, — заключил он.
— Да это трагедия! — воскликнула я.
— По крайней мере ты усвоила, что не стоит ездить на отдых с едва знакомыми мужчинами.
О чем это он? Я познакомилась с Патриком за двадцать четыре часа до того, как согласилась лететь в Канны. Опять у Чарли такое выражение лица, словно мне следовало быть умнее. Может, и следовало.
— Пойдем, — сказал он. — Нужно успеть на самолет. Чарли потащил меня к билетной стойке, выхватил кредитку и немедленно купил мне билет. Вручил посадочный талон, и мы вместе прошли проверочный терминал. Все это время я смотрела в пол и пристыженно молчала. Последние пассажиры уже садились в самолет.
— Иди, — сказал он, подталкивая меня к выходу.
— Спасибо. Я отдам деньги, — униженно пробормотала я.
— Забудь. Считай это платой за опыт. Только сделай одолжение, не принимай приглашения в частные самолеты от женатых мужчин, договорились?
Дрожа от злости, я повернулась и ушла. Чарли ничего не понимает! Для нью-йоркской девушки просто физически невозможно отказаться от полета на частном самолете. Никогда. Ни в коем случае.
ЧТО ЧИТАЕТ ДЖУЛИЯ БЕРГДОРФ
1. Список членов комитета по устройству осеннего благотворительного бала в Американском театре балета. Джулия утверждает, что там плетутся такие затейливые интриги и в таком количестве, что Толстой отдыхает.
2. «Искупление» Йена Макьюэна, а именно, стр. 135, с крутой эротической сценой.
3. Раздел «Свадьбы» в «Санди тайме». Очень важно знать, кто выбыл с брачного рынка.
4. Кстати, о рынках, Джулия обожает «Уолл-стрит джорнал» за финансовый бюллетень фондовой биржи.
5. Нью-йоркский весенний каталог «Барнис».
6. Последние десять страниц «Корректив» Джонатана Франзена. Джулия вообразила, будто никто не поймет, что она не читала книгу целиком, если упомянуть о связи Чип с невропатологом.
7. Список изделий осеннего показа Майкла Корса.
8. «Драма одаренного ребенка» Элис Миллер. Книга действительно помогла Джулии не так сильно винить себя за склонность к театральности. Она говорит, что в Спенсе это считалось почти обязательным чтением.
9. Адресная книга Джулии. Поверить невозможно, кого только там нет. Впрочем, она сама не верит.
10. График парижских показов мод. Его лучше знать наизусть.
Каждый раз, когда очередной прославленный шеф открывает в Нью-Йорке новый ресторан, что, по моим подсчетам, происходит примерно каждые пять минут, весь город готов помешаться. Все девушки, обычно не прикасающиеся к нормальной человеческой пище, вдруг решают, что есть — это круто. Большая часть дегустаций посещается именно тонкими, как бритва, светскими девицами, желающими, чтобы их видели, но не собирающимися ничего пробовать. Потом они рассыпаются в комплиментах, уверяя шефа, что обожают его изделия, возвращаются домой и голодают до утра.
Через несколько дней после моего возвращения из Канн мы с Джулией поехали на такую презентацию в Нижнем Ист-Сайде. «Чайна-бар» — это китайский ресторан в стиле ретро, где подают китайские блюда семидесятых в ультрамодерновой обстановке. Все твердили шефу, что хорошо прожаренные утиные ребрышки «исключительны».
