моих родителей и даже ни разу не пожаловалась, хотя я видел, что ей нелегко находить с ними общий язык. Уж один день ради нее я потерпеть могу.
– Эмма? Не жаловалась? Мы об одной и той же Эмме сейчас говорим? У нее первое слово было не «мама» или «папа», а «дай». И я сейчас не шучу.
Робин тепло улыбнулся и отвел взгляд.
– Когда мы только познакомились, она была другой. Наверное, похожей на ту Эмму, что ты помнишь. Я, знаешь ли, был неопытным и глупым. Мы были очень увлечены, но никак не могли приладить друг к другу свои характеры, и тогда поняли, что или расстаемся, или пытаемся договариваться. Не скажу, что было легко. Взаимные уступки – это первое, чему пришлось научиться, когда мы стали жить вместе. – Он помолчал немного и добавил: – А еще тому, чтобы опускать за собой стульчак.
Они посидели еще немного, обсуждая тонкости семейной жизни, прежде чем Робин скромно улыбнулся:
– Я пришел вовсе не поэтому. Но раз уж я здесь, должен упомянуть: Эмма хотела что-то тебе сказать.
Андреа сцепила руки в замок и пожала плечами.
– Мне кажется, я уже услышала от нее достаточно.
– Ты не услышала главного, – возразил Робин.
– Чего же?
– Искренних извинений.
Он встал со скамейки и протянул ей руку. Андреа задумалась на мгновение и приняла помощь, поднялась на ноги и проследовала за Робином в помещение.
Там уже царила особая атмосфера, которая обычно бывала после основной вечеринки. Свет был приглушен, музыка становилась все громче. Гости, ранее строго разделенные, перемешались и формировали новые парочки и группы по интересам. Алекса нигде не было видно. Оставалось только надеяться, что он не в чьем-то номере зарабатывает его обладательнице сорок долларов.
Но и это на самом деле не сильно беспокоило Андреа. Она слишком хорошо знала Алекса и доверяла ему. Наверняка он вышел проветриться и скоро уже вернется.
Андреа хотела было вернуться к своему столу, но обнаружила, что Эмма поднимается на сцену.
– Проверка связи, как меня слышно? – проговорила Эмма в микрофон. – Мы с Робином хотели горячо поблагодарить вас всех за то, что пришли! За поздравления, улыбки и, конечно же, подарки. Без каждого из вас этот праздник не был бы таким ярким и запоминающимся. Но мне хотелось бы отдельно поблагодарить двух близких мне людей. Во-первых, мою маму. Она помогала мне на каждом этапе подготовки к свадьбе, без нее я бы сошла с ума и сдалась еще во время рассылки приглашений! В общем, спасибо, мама!
Гости зааплодировали, а мать послала на сцену воздушный поцелуй.
Эмма отдалилась от микрофона, чтобы перевести дыхание, окинула зал внимательным взглядом и остановила его на Андреа.
– А еще я хотела бы поблагодарить свою сестру. Я очень подвела ее однажды, даже не один раз, но она все равно пришла, чтобы меня поддержать. Спасибо, что ты здесь, Андреа.
Теперь внимание собравшихся переключилась на Андреа, и та стушевалась. Но длилось это не дольше минуты. Эмма дала знак музыкантам, и веселье продолжилось, а она спустилась со сцены и зашагала прямиком к Андреа, ловко лавируя в своем красивом пышном платье среди танцующих.
– Ух, ужас какой… – выдохнула Эмма, поравнявшись с ней. – И зачем только я пригласила столько народа?
– Чтобы покрасоваться платьем от Веры Вонг? – предположила Андреа.
Эмма рассмеялась и фыркнула в ответ:
– Хорошо же ты меня знаешь.
Мама с Джексоном в этот момент вышли из-за стола и направились в центр танцпола.
Андреа и Эмма проводили их пристальными взглядами.
– Так ты хотела…
– Прости меня…
Сестры принялись говорить одновременно и резко замолчали, украдкой посматривая друг на друга.
Эмма выдержала паузу, а когда поняла, что Андреа приготовилась ее слушать, продолжила:
– Я так долго хотела тебе рассказать… но знала, что это не телефонный разговор. И тут подвернулся такой случай. Я не сдержалась и вывалила все на тебя, едва мы только встретились, хотя Робин и велел мне подождать.
– А Робин молодец, – усмехнулась Андреа.
– Да, он такой, – признала Эмма. – Мне очень с ним повезло. Если честно, когда я его встретила, я поняла, чего лишила вас с Алексом.
Андреа напряженно прикусила губу, но ничего не прокомментировала, наблюдая за мамой и Джексоном, которые слаженно двигались в такт быстрой музыке.
– В общем, мне и пришла в голову идея… ну, подтолкнуть вас друг к другу. Даже Робина я в итоге смогла убедить мне помочь. Я… продумала план не настолько хорошо, как мне казалось. Но проблема ведь даже не в этом? Я слишком многое на себя взяла, вот в чем дело.
– Точно. В следующий раз воздержись от планирования чужих судеб, – фыркнула Андреа. – Все могло обернуться катастрофой!
– Воздержусь, – пообещала Эмма. – И нет, не могло. Такая любовь, как у вас, никогда не исчезает бесследно. Так или иначе, вы бы вернулись на орбиту друг друга, стоило только все прояснить. И снова были бы вместе. Вы ведь теперь вместе?
– Да, – ответила Андреа, но, подумав, добавила: – Наверное. Пока я не уехала. Мы еще не обсудили то, что будет дальше.
– Да и когда вам было вести разговоры… – пробормотала Эмма, на что получила толчок локтем от сестры. – А ты сама чего хочешь?
На такой простой вопрос невозможно было ответить просто.
Вчера утром Андреа казалось, она знает, чего хочет, но несколько дней назад она хотела совершенно противоположного.
– Серьезные отношения – безумно сложно, – выдала она наконец.
– Кому ты это рассказываешь? Ситуация вечно выходит из-под контроля, и другой человек никогда не ведет себя так, как ты того ожидаешь! – пожала плечами Эмма. – Нужна постоянная работа над собой.
– И оно того стоит?
– Для меня – да. Это особая часть жизни. Пока не попробуешь, не узнаешь – твое ли.
Она была права. У их отца вот с серьезными отношениями не срослось. Он до сих пор «женат» на работе. А что, если и она пошла в него?
Что, если она бросит жизнь в Нью-Йорке, останется с Алексом здесь, а через пару лет поймет, что это – «не ее»? Или, еще того хуже, потащит Алекса с собой в большой город и там передумает.
А если все сложится хорошо? Эмма выбрала другую дорогу. Судя по тому, с каким трепетом и любовью к ней относился ее теперь уже муж, у нее все получилось. Даже с матерью Эмма сумела найти общий язык и наладить отношения.
– И когда ты только успела стать такой мудрой? – спросила Андреа, вздохнув.
– Всегда была, только очень хорошо скрывала, – усмехнулась Эмма. – Ну и как, сможешь меня простить?
