в постель.
– Это… многое объясняет. – Он вновь открыл рот, собираясь что-то добавить, но только смущенно отмахнулся.
Вернулся к созерцанию реки.
Через несколько мгновений спросил:
– А ты была в числе трех?
– Тогда не три, а четыре.
Алекс поднял с земли плоский камешек, отвел руку в сторону и ловко пустил его по воде.
– Увы, годы уже не те, меня хватит только на одну.
– Да? Тогда советую остановиться на кузине Кэти.
Андреа вытянула ноги и оперлась ладонями на камень позади себя. Алекс стоял к ней спиной, но по всей его позе, по напряженной линии плеч было понятно: он хотел сказать что-то и не решался. Тянул время, может быть.
Ей и самой было что ему сказать, но как перейти к теме, она не знала.
– Кузине Кэти придется сегодня разочароваться. Меня интересует другая девушка. Возможно, это взаимно. Я даже выдержал многоступенчатое собеседование от ее матери.
– Ты настоящий герой, – улыбнулась Андреа. – Я уверена, что чувства взаимны.
Алекс отправил еще один камень вслед за первым.
– Рад это слышать…
– Может, тогда скажешь мне, глядя в глаза?
Алекс замер на месте, выронил очередной камешек и повернулся к ней. Вытер руки салфеткой.
– Рад это слышать, – повторил он, коснувшись щеки Андреа.
Она опустила взгляд и прильнула к его ладони. Все вроде было хорошо, но на языке чувствовалась горечь слов, которые должны быть произнесены.
– Я уезжаю завтра днем. С Эммой и Робином. Так быстрее добраться до Нью-Йорка, – выпалила Андреа, ведь тянуть дальше не было смысла.
Она замолчала ненадолго, давая Алексу время переварить услышанное. Он убрал руку от ее лица и отшагнул назад. Прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.
– Хорошо, – пробормотал он.
– Хорошо? – переспросила Андреа, голос сорвался на высокие ноты.
– То есть нет, конечно же, не хорошо. Но если ты так решила, что я могу поделать? – спросил Алекс, скрестив руки на груди.
– Обсудить со мной, что ты думаешь? И что делать дальше? Вчера мы решили отложить это на потом, но потом не будет, Алекс.
– Очевидно, я не хочу, чтобы ты уезжала, – резко ответил он.
– Мне не очевидно. – сказала Андреа и обняла себя за плечи. Она не мерзла, но ее пробирала дрожь.
Алекс заметил ее озноб.
Он вздохнул, опустил руки и шагнул к ней.
– Обувайся. Пойдем в машину, договорим там.
Андреа кивнула. Надела туфлю, выпрямилась и позволила Алексу взять ее на руки. Крепко прильнула, сжимая в пальцах поднятый с камня пиджак, положила голову Алексу на плечо. Она думала, что Алекс опустит ее, когда доберется до ровной поверхности, но он даже не стал останавливаться.
Нес ее так, будто она ничего не весила, и аккуратно поставил на землю на парковке.
Ей разбивала сердце мысль, что завтра, возможно, никто уже не будет беспокоиться о том, чтобы она не замерзла и не подвернула ногу.
– Эмма и Робин будут сегодня в отеле, – сказала Андреа, садясь в машину. – В доме никого, можем поговорить там.
Алекс кивнул и молча выехал с парковки. Весь путь занял не больше пяти минут, но Андреа казалось, что прошла целая вечность.
Первым делом, очутившись в доме, Андреа отлучилась, чтобы умыться и переодеться, пока Алекс на кухне заваривал чай.
Когда она спустилась, Алекс повернулся и замер, глядя на нее.
– Чего? – спросила Андреа, ощупывая лицо. – Тушь не смылась?
– Ты просто очень красивая, вот и все.
– Красивая я была пятнадцать минут назад. А сейчас я обычная, – ответила Андреа, закатив глаза. Она прошествовала мимо Алекса к холодильнику.
– Ты и обычная очень красивая, – ответил он.
Ей было приятно такое слышать. Раньше она не подала бы виду, но сейчас подумала: вдруг, если он не будет знать, насколько ей это нравится, он перестанет говорить подобное. Будет держать мысли при себе.
– Спасибо, – ответила она. – Сделать тебе тост с джемом?
Только когда Андреа выпила целую кружку чая, она поняла, насколько замерзла. Ее до сих пор немного трясло. Хотя уже не из-за холода, нет. Состояние было похоже на мандраж перед важным экзаменом или выступлением: чувство, будто сейчас она даст неверный ответ и загубит свою дальнейшую жизнь. Всем отличникам оно знакомо.
– Ты хочешь, чтобы я осталась? – спросила она, нервно перебирая руками по столу.
– Я уже сказал. А сама ты чего хочешь? Вчера сказала, что не видишь себя в Ливенворте. А еще не хочешь, чтобы я ехал с тобой и «терпел» Нью-Йорк. И что теперь?
– Мы могли бы найти компромисс. Например, навещать друг друга в отпуске и на праздники. Я могла бы получить права или, не знаю, попробовать вылечить аэрофобию, чтобы летать к тебе иногда, – предложила Андреа неуверенно. Ее пальцы нашли под одеждой цепочку с кулоном в виде буквы А и теперь скользили по ней.
Цепочка была у Андреа с самого утра и, хоть и не виднелась под платьем большую часть свадьбы, все равно грела душу.
– Ты предлагаешь отношения на расстоянии? Что-то вроде гостевого брака? – уточнил Алекс. – Наверное, может сработать на первое время. Но будет ли это полноценными отношениями?
Андреа мысленно с ним согласилась. Это неплохой вариант, будь им лет по двадцать. Или же его можно использовать в качестве временной меры.
Но они не искали временной меры, они искали решение противоречию, которое не смогли преодолеть еще десять лет назад.
– Еще есть вариант оставить все как есть, – сказал Алекс, внимательно наблюдая за движением ее пальцев по вороту рубашки. – Это была замечательная неделя, и, что бы ни случилось, она останется в наших сердцах. У нас всегда будет Чикаго.
Андреа слабо улыбнулась, хотя настроение к этому и не располагало. Не сказать чтобы она не думала о подобном плане, но то, что Алекс его озвучил, ее расстроило. Останься вариант невысказанным, можно было бы схитрить и не обсуждать его всерьез.
– По крайней мере, это будет нашим обоюдным и взвешенным решением, а не давлением обстоятельств, – продолжил Алекс. – Ты вернешься в Нью-Йорк и станешь начальницей, а я… а мне будет хорошо там, где я есть.
– Сдался тебе этот Ливенворт, – пробормотала Андреа себе под нос, однако Алекс услышал.
– А тебе этот Нью-Йорк.
– У меня там работа. А ты можешь работать откуда угодно!
– На мне – дом тети Долли, пока она в отъезде! А ты снимаешь коробку из-под обуви где-то на границе с гетто, – выпалил Алекс и добавил спокойнее. – Извини.
– На удивление точное описание моей квартиры, – мрачно усмехнулась Андреа.
Дрожь усилилась. Андреа изумленно посмотрела на руки, сотрясаемые тремором. В голове не укладывалось. Он готов отступить ради дома, в который его
