Жар приливает к лицу, уверена, что я краснею. Но Дан как не замечает: — Спокойной ночи. Я напишу тебе завтра.
******
Даже не ожидала, что меня настолько накроет. Что я даже спать не смогу… Макс в своей комнате наверняка уже давно сны видит, а я всё ворочаюсь, вспоминая самые разные моменты с Даном. И снова горячо по телу…
Пожалуй, пора признать — мой разум здесь уже давно не властвует. Держать Дана на дистанции, боясь в него влюбиться, не только глупо, но и уже невозможно. И не столько потому, что он не позволит. Я сама не справляюсь и не хочу — иначе мы бы не виделись каждый день, не общались и не обжимались.
Он прав. Я хочу этого. И, Боже, как же я хочу…
Я чуть не сдалась ему там, прямо возле дома, на мотоцикле. Если бы Дан в тот момент хоть чуть-чуть настоял, проявил бы больший напор — я запросто могла бы забыться настолько, что позволила бы лишить себя девственности вот так. На улице, на байке. И ведь даже думая об этом, я не прихожу в ужас от того, насколько меня заносит — мне становится ещё горячее.
Прикусываю губу… Отбрасываю одеяло. Веду ладонью по телу…
Нет, не то.
И увы, я точно знаю, почему — после ласок Дана моё тело отторгает чьи-либо ещё. Кажутся такими незначительными, неяркими, лишь неуклюжим суррогатом…
Резко сажусь на кровати. Так определённо больше не может продолжаться — я всё больше утопаю в Дане без надежды выплыть. Я уже не смогу его послать и, по сути, лишь оттягиваю неизбежное.
Но ведь так будет больнее, разве нет? Если всё-таки он лишь хочет меня — пусть и настолько сильно, чтобы казаться безоговорочно влюблённым — не лучше ли сделать это и закрыть тему прямо сейчас? Пока я окончательно не пропала…
Я хочу его. Он хочет меня. И что бы ни было дальше — я не буду жалеть.
От этой мысли переполняет такой решимостью, что я тут же встаю и поспешно одеваюсь. Сейчас или никогда… Если я не сделаю это вот так, среди ночи, вряд ли смогу когда-либо ещё. По крайней мере, сама. Лишь под напором Дана — когда уже не смогу ничего контролировать и бесповоротно влюблюсь в него.
Я знаю его адрес — уже не раз была у него. И в последний тоже ближе к ночи, хоть и не в разгар, как сейчас. Да, Дан наверняка спит — мы уже пожелали друг другу спокойной ночи. Но вызывая такси, я не испытываю никаких сомнений. Уверена, он будет рад мне.
Колеблюсь на мгновение, вдруг вспомнив про подарок Алисы. Не все презервативы я тогда выронила и оставила валяться на асфальте. Кое-какие остались, лежат тут у меня впустую…
Решительно засовываю в сумочку. Вдох-выдох… Пора выходить. Такси уже подъезжает.
*******
Немного даже дежавю. Я уже нервничала перед этой дверью, заставляя себя при этом настойчиво звонить. Но если тогда я переживала, что Дан меня грубо пошлёт, то теперь почему-то не сомневаюсь в другой реакции. Правда, будет неловко, если он не дома или крепко спит.
Помнится, его уже однажды даже звуки чуть ли не взрывов за окном не были способны разбудить. В тот раз, что я ночевала у него в квартире…
Зажимаю звонок, всё равно не желая сдаваться. Но при этом одновременно чувствуя себя дурой. Не слишком ли я настойчива?
Противоречивые бушующие чувства прямо-таки разрывают, но вот дверь всё-таки резко распахивается, являя мне сонного недовольного и чуть взъерошенного Дана. На нём только штаны — видимо, спешно напялил, прежде чем открыть.
Взгляд сам собой жадно скользит по кубикам пресса, который я уже видела. Но тогда не испытывала такого желания коснуться. Шумно сглатываю, прежде чем снова посмотреть Дану в лицо и увидеть там уже совсееем другое выражение. Клянусь, никакой сонливости там уже и близко нет. Он прям резко проснулся.
В глазах Дана сейчас запросто утонуть можно: оторваться от них тяжело. Даже дыхание затаиваю, насколько накаляется между нами. Целая буря чувств. Кажется, он даже не моргает.
Дааа.... Мне не стоило сомневаться. Дан рад, что я пришла. Хоть и ошлеломлён. А ещё смотрит так, словно вот-вот сорвётся. Будто достаточно всего искорку в этот пожар бросить, как он обрушится на меня, сжигая дотла.
Но разве я здесь не за этим? Я хочу сгорать с ним, и меня нисколько не пугает пыл Дана, исходящий от него даже сейчас, когда не шевелится и толком не дышит.
Так ничего и не сказал…
Впрочем, я тоже не особо способна на слова сейчас — резким движением сокращаю между нами расстояние и сразу целую. Первое же прикосновение губ к губам как током прошибает. Вроде бы уже привычное за чуть больше, чем неделю, действие — но Боже, насколько же особенное сейчас. И волнительно, и безумно хорошо, и горячо.
Провожу языком между его губ, дразняще и одновременно требовательно. Не представляю, как набираюсь такой смелости, но желание вытесняет любые сомнения. Играю с огнём? Пускай. Я уже горю…
Дан резко сжимает меня в руках, чуть приподнимая и перенося через порог. Тут же закрывает одной рукой дверь, слегка отстранившись от меня для этого. И я вижу, каким блеском вспыхивают его глаза…
Обратного пути нет.
Дан сразу прижимает меня к этой же двери, уже сам вовлекая в жаркий глубокий поцелуй. У меня между ног чуть ли не пульсирует от того, с каким напором меня целуют, подчиняя мой язык своим. Руки сами собой располагаются на его плечах, опускаясь ниже, гладя напряжённые сейчас мышцы. Ощущение горячей кожи и крепкого мужского тела под ладонями заставляет дрожать. Ох… Даже не думала, что мне будет настолько приятно его касаться.
Его руки, кстати, тоже позволяют себе больше: хаотично и жадно поблуждав мне по телу, останавливаются на попе, сжимая её и притягивая ближе.
Дааа… Под этими штанами Дан явно без трусов, потому сейчас я чувствую его стояк намного острее, чем когда бы то ни было ещё. Мгновенно вспоминаю, каков его член. Я ведь и когда в первый раз на него смотрела, отклик по телу чувствовала, будто мы как-то взаимодействовали…
Каким запретным и неправильным это казалось тогда. И каким нужным и приятным — сейчас…
— Что на тебя нашло? — неожиданным шёпотом мне рот интересуется Дан.
Спрашивает настолько довольно и ласково, что я нисколько не сомневаюсь в ответе:
— Хочу, — тоже ему в губы, сразу захватывая
