котором был черный мешковатый костюм, скрывающий не только фигуру, но и голову с лицом. Виднелись лишь глаза из прорезей, такие пронзительные, ясные, похожие на глаза Леры. Что не удивительно, ведь Пауком, как оказалось, была ее мать.
А еще Ксен вспомнил, у кого видел похожие глаза.
Венера смотрела на него точно таким же взглядом, каким смотрела Лера и ее мать. А еще Ксен услышал в тот злополучный день в кабинете Ригера странный шорох, будто они с Пауком там были не одни.
Конечно, теория притянута за уши, да и Венера вряд ли бы стала устраивать подобные показательные казни, но проверить все же следовало.
Взяв спящую Леру на руки, Ксен отнес ее в спальню. Осторожно уложил на кровать, накрыл одеялом и, не удержавшись, нежно провел пальцами по ее манящим губам.
Выйдя из спальни, Ксен закрыл за собой дверь и отправился на кухню. Там он открыл телефонную книгу на своей «раскладушке» и спустился в самый конец списка.
— Алло, — раздался в трубке бодрый голос его босса.
— С Новым годом! — произнес Ксен. — Есть минутка?
Глава 49
Within Temptation, Jacoby Shaddix — The Reckoning
После того, как мать раскрыли, Венера больше не появлялась в общежитии «Пантеона». Почему-то ей казалось, что стоит ей туда вернуться, как Уран ее раскусит. А, может, уже раскусил, но почему-то отпустил, сделав вид, что она не причастна к делам матери.
Или он и правда ничего не знает?
Вздохнув, Венера опустила голову на руль.
Новый год она провела в машине, свернувшись в клубочек на заднем сиденье. Ночью глаз она так и не сомкнула, размышляя над тем, что ей делать дальше. Под утро, устав от мыслей, Венера все же уснула, а когда проснулась, сходила в кафе неподалеку за теплым бургером и обжигающим чаем. Телу сразу же стало легче, но вот душе, наоборот, хуже.
Душа Венеры требовала расплаты. Расплаты кровью и слезами. Все, кто обидел ее и ее семью, должны понести наказание. Они с мамой не проиграют так легко. Они слишком далеко зашли, чтобы сейчас взять и отступить.
— Да, нельзя сдаваться, — пробормотала Венера, потянувшись к бардачку, откуда достала завернутый в тряпку пистолет.
Ксен учил ее стрелять из него, но как Венера ни просила подарить ей оружие, всегда отказывался. Говорил, что его надо заслужить, проявить себя. Венера не понимала, как можно заслужить оружие без самого оружия, и однажды поделилась этим с Игнатом. Тот посмеялся и протянул ей пистолет.
Выстрелить первый раз в человека оказалось не так уж и сложно, как рассказывал Ксен. Наверное, это произошло потому что Венера ненавидела своего отца, который причинил так много боли матери и из-за которого сама Венера осталась без родных. Когда он кричал на маму, она не выдержала, вышла из тени и хладнокровно выстрелила прямо ему в лицо. Один раз, второй, третий.
Отец уже был мертв, а Венера все еще стреляла в него, чувствуя, как ее боль сливается с пулей и постепенно уходит, переселяется в безжизненное и окровавленное тело отца.
Отца, который не был ей отцом, но которого Венера считала родней. До сих пор.
Когда на смену ослепляющего гнева пришло понимание, что она сотворила, Венера ужаснулась. Не вида мертвого отца, а того, что ей за это будет.
Однако сообразительная мать договорилась с Ксеном, который за дополнительную плату взял смерть Дмитрия Ригера на себя. Мол, это был заказ Паука. Так Венера вышла сухо из воды, и чувство торжества затопило ее сознание. Захотелось попробовать еще, вдруг снова получится избежать наказания.
Наверное, Игнат ощущает нечто похожее, когда убивает рыжих девушек. Эйфория от того, что ты не только можешь играть с жизнями, но еще и избежать наказание за содеянное. Венеру это чувство пьянило, но еще больше ее опьяняло осознание того, что скоро она станет такой же, как Ксен. Если, конечно же, будет тренироваться, чтобы заслужить доверие и оружие.
И Венера тренировалась. Доставляла агентам «Пантеона» задания и, если была возможность, приезжала к цели первой и устраняла ее. Быстро, хладнокровно. Как ей казалось, профессионально. Однако оказалось, что ее метод — никуда не годится. Превращать лицо цели в месиво было нельзя — хрен потом докажешь, что устранил нужного человека.
Венера прекрасно видела, что доставляет «Пантеону» неприятности преждевременным и таким непрофессиональным уничтожением целей, но остановиться не могла. Во-первых, потому что ей надо было практиковаться, а во-вторых, потому что ей нравилось наблюдать за тем, как опасная тайная организация не может никак понять, кто опережает ее сотрудников.
То, что Венера водила за нос «Пантеон», тоже опьяняло. Причем получше любых наркотиков.
Когда говорят, что человек избавился от зависимости — это вранье. Полностью избавиться от зависимости невозможно. Можно лишь заменить одну на другую, как это вышло у Венеры. Избавившись от наркотической зависимости, Венера приобрела множество других мелких зависимостей. Желание стать полезной, ощущение заботы, любви, власти, — все это тоже зависимости, которые разрушают не тело, а душу.
Если раньше, когда Венера сидела на наркоте, у нее было нездоровое тело, то теперь, наоборот, нездоровой была душа. Она жаждала новых эмоциональных доз, и устоять было крайне сложно. Бороться с зависимостью Венера считала бесполезной тратой времени, слишком уж она въелась в нее, переплелась с невидимыми нитями души. Поселилась рядом с сердцем, в котором жило еще одно сильное чувство — любовь к матери.
Сжав теплыми пальцами холодную рукоять пистолета, Венера сунула его в карман куртки и завела машину. То, что она задумала — было безумством. Но разве не вся ее жизнь — сплошное безумство?
В «Пантеон» Венера попала без преград. Охрана радушно приветствовала ее, и на миг Венера ощутила, что вернулась домой. Однако эту мысль пришлось отогнать. Ее дом там, где мама. Здесь же ей не рады. Здесь ей не доверяют. Здесь не считают ее своей.
В первый день нового года «Пантеон» был пугающе безлюдным. Обычно по его коридорам всегда кто-то сновал, но сейчас было тихо и безлюдно.
Сунув руки в карманы куртки, Венера спокойно шла к кабинету Урана. Была вероятность, что его тоже нет на месте, но Венере почему-то казалось, что глава «Пантеона» сейчас находился в своем кабинете. И она не ошиблась.
Дверь в кабинет Урана была чуть приоткрыта. Внутри горел свет и слышался тихий разговор. Осторожно подойдя к двери, Венера заглянула внутрь.
Уран стоял к ней спиной и тихо разговаривал по телефону. Скользнув внутрь, Венера вынула пистолет и сняла его с
