страсть и больше ничего. Однако теперь сознание Леры прояснилось, и она поняла, почему Ксен несколько раз морщился.
— Фигня, — буркнул он и наклонился вниз.
Лера потянулась к тумбочке и включила ночник. Ксен уже надел футболку и теперь щурился от тусклого света ночника.
— Снимай, — потребовала Лера.
— Да все нормально.
— Не нормально! — Лера потянулась к Ксену, оттянула воротник старой безразмерной футболки и ахнула.
— У тебя рана кровоточит!
Ксен посмотрел на плечо и цокнул языком. Леру это разозлило. У него повязка была полностью пропитана кровью, а он лишь цокает языком.
— Не волнуйся, это нормально. Просто мы с тобой немного переусердствовали. — На его лице появилась нахальная улыбка.
— Блин, и зачем только я тебя… — взволнованно залепетала Лера.
— Что? — усмехнулся Ксен, лукаво глядя на нее. Заметив ее неподдельное волнение, он погладил ладонь Леры и добавил: — Говорю же, ничего страшного. Надо всего лишь обработать рану и заново перевязать.
Однако тревога Леры не проходила. Теперь ей действительно было страшно: вдруг рана серьезнее, чем Ксен ей сказал. Вдруг он истечет кровью и умрет, а она останется одна?
Крепко сжав кулаки, Лера попыталась отогнать пугающие мысли.
— Скажи, что мне сделать? — спросила она.
Ксен пробормотал, что все сделает сам, и, не слушая возражения Леры, встал и ушел. Подождав минут десять, Лера не выдержала и, натянув на себя футболку Ксена, вышла из спальни.
Дверь в ванную была слегка приоткрыта, и из щели лился желтый свет. Лера подождала некоторое время, а потом решила войти, но, когда ее пальцы коснулись ручки, дверь открылась и вышел Ксен.
— Все хорошо? — спросила она, глядя на его плечо, которое было скрыто под футболкой.
— Ага. Идем встречать Новый год?
Ощущая в сердце невероятную теплоту, Лера радостно кивнула и взяла Ксена за руку.
Глава 48
Этот Новый год был другим во всех смыслах этого слова. Впервые у Леры не было ни ёлки, ни шампанского, ни грандиозного застолья. Зато был на удивление вкусный лимонад, торт, мандарины, гирлянда и парень, при виде которого у Леры все внутри замирало.
Она и правда влюбилась в него? Или же ее просто охватила пламенная страсть, которая скоро пройдет? В любом случае, что бы это ни было, в данный момент Лере хотелось одного: быть с этим необычным парнем. И она будет с ним, сколько сможет. Потому что с ним ей хорошо и спокойно. С ним надежно.
Налив себе еще лимонада, Лера включила телевизор.
— Каждый год одно и то же, — вздохнула она, смотря поздравление.
— А мне нравится, — хмыкнул Ксен. — Хоть в чем-то есть стабильность.
Поздравление президента закончилось, и куранты начали отбивать последние секунды этого года. Зазвучал гимн страны.
— С Новым годом, — улыбнулась Лера и чокнулась с Ксеном бокалами.
— С Новым годом, Стрекозка, — вернул он ей ответную улыбку.
— Стрекозка? — Лера склонила голову набок и с интересом посмотрела на Ксена. — Ты придумал мне позывной? Хочешь заманить в ваш «Пантеон»?
Ксен заливисто рассмеялся.
— Нет, ни за что. Ты хоть и боец, но тебе туда не надо. Лучше будь со мной. — Он придвинулся ближе и обнял Леру за плечи. — Это будет твой позывной, который известен только нам двоим. Нашей маленькой организации.
— Как мило. — Лера подняла на Ксена взгляд и спросила: — А какой позывной будет у тебя?
Ксен ненадолго задумался, а потом предложил:
— Ворон.
— Ворон?
— Ну да.
— Почему именно Ворон?
— Моя фамилия Воронов.
— Вау, — Лера была впечатлена. Ей нравились подобные фамилии, типа Волкова, Воронова, Соколова. Они казались ей гордыми, благородными.
— А еще у меня есть татуировка ворона. — Ксен задрал рукав футболки и продемонстрировал Лере правое предплечье, на котором красовался черный ворон. — Осталась с тех времен, когда я служил в отряде «Черных воронов». Потом я его покинул, но татуировку не свел. Игни отговорил. Сказал, что она мне подходит.
— Игни? — не поняла Лера.
Ксен закусил губу, и она поняла, что он выдал настоящее имя кого-то из своих. Подумав немного, она спросила:
— Бриарей?
Ксен коротко кивнул.
— Я никому не скажу, — поспешила заверить его Лера.
— Верю. — Он мягко улыбнулся и переплел ее пальцы со своими.
— Слушай, а он правда маньяк? — тихо спросила Лера.
— Там все сложно, — с неохотой ответил Ксен.
Лера его не понимала. Какие сложности там могут быть? Либо маньяк, либо нет. Или Игнат — маньяк со сложностями? Сложный маньяк, который может вызвать сочувствие? Бред какой-то.
Вопросов у Леры была уйма, но она не стала их задавать. Нечего расспрашивать Ксена о таком в новогоднюю ночь. Лучше сидеть молча, прижавшись друг к другу и потягивая лимонад.
Нежные и скользящие прикосновения Ксена к Лере были красноречивей любых слов. Еще никто так не прикасался к ней, как он. Его пальцы бегали по ее коже так быстро, будто стайка маленьких паучков — легкое, почти неощутимое касание, но от них все равно появлялись мурашки.
— У тебя тут небольшой бугорок, — нарушил их долгое молчание Ксен, медленно проводя большим пальцем по ребру ладони девушки.
Лера оторвалась от телевизора и посмотрела на свою левую руку.
— Там был перелом. Кость срослась неправильно, и теперь мизинец до конца не сгибается в кулак.
Она высвободила руку и сжала ее, демонстрируя сказанное. Как всегда, ребро ладони пронзила легкая боль.
— Что случилось?
— Отмечали с друзьями мой День рождения. Пошли гулять, и я спьяну скатилась с детской горки.
— Это которая на детских площадках? — в темных глазах Ксена плясали веселые искорки. — Как ты умудрилась сломать на ней палец?
— Я никогда с них не скатывалась. Оказывается, они не такие безобидные, как кажется.
Уголки губ Ксена поднялись вверх.
— Тебе вот смешно, а мне нет, — буркнула Лера, нервно теребя цепочку на шее — Ксен затронул больную для нее тему. — Знаешь, как мне было стыдно ходить месяц с этим ужасным гипсом? А потом оказалось, что его наложили неправильно, ведь меня отвезли не в частную клинику, а в какой-то местный травмпункт.
— Почему потом не исправили?
— Потому что мне было некогда по врачам ходить, я курсовые писала и сессию закрывала. Да и не думала никогда, что гипс можно неправильно наложить. Как такое вообще возможно?
— В нашей стране все возможно, — ответил Ксен сквозь кривоватую улыбку.
Лера бросила на него злобный взгляд и откинулась на спинку дивана.
— Я потом долго ходила в кофтах с длинным рукавом, чтобы скрыть этот приобретенный по глупости изъян. Старалась меньше жестикулировать левой рукой. Хуже этого перелома со мной еще ничего не случалось. Ну кроме последних событий, конечно.
