class="p1">– Хорошо, малыш – тыкаю пальцем телефон, отвечая на смс от Тимура. – Папа написал, что уже едет.
Тут же сползает со стула и бежит теперь к подоконнику, чтобы проконтролировать его приезд.
Дед Вася, до этого недовольно сидевший в углу, топает за Лисой в гостиную.
Оглядываюсь на него с любопытством.
Интересно, бывают коты сторожевой породы?
Наш, кажется, оказался именно таким.
Чудеса!
Пока перекладываю готовые пончики в тарелку, музыка вдруг резко обрывается, сменяясь вибрацией.
Беру телефон в руки...
Звонит мама.
Пару часов назад она всё–таки ответила на мои смс.
Написала, что была занята все эти несколько дней и даже не заглядывала в телефон...
А я теперь чувствую вину за то, что думала, будто она игнорирует меня намеренно.
Мама считает, что я всегда слишком драматизирую.
Что ж.
Наверное, это правда....
В конце концов, я часто теряю объективность и не могу взглянуть со стороны.
Взять, хотя бы, панические атаки...
Учитывая такие фокусы психики, моё мнение на ситуацию вряд ли можно считать адекватным.
Проводя по экрану, отвечаю на её звонок.
– Привет, мам! – ставлю на громкую.
– Доченька, привет, встреть меня на вокзале, будь так добра. Прибываю через сорок минут.
Растерянно смотрю на свое отражение в окне.
– Но я... Не могу.
– И почему же?...
– Я ведь не знала, что ты приедешь сегодня. Если бы ты сказала заранее...
– Ты что, решила меня отчитать? – слышу в её голосе ледяные нотки.
– Нет, но...
– Давай проясним, милая. На мать теперь нет времени?
Но дело ведь не в этом...
Дело просто в том, что и моё время нужно уважать!
– У меня ведь работа!
– Надо же. И что за работа у тебя ночью? – спрашивает ядовито. – Просвети, будь так добра.
– Мам, Тимура ещё нет дома. Я просто не успею.
Мне только до вокзала добираться полчаса!
– То есть, ты по ночам сидишь с его ребёнком, а он?...
– Работает!
– Ох, ну конечно – говорит спокойно. – Нашел ребёнку няньку, а сам гуляет по проституткам. Очень удобно.
– Хватит. Не говори о нем так.
– Бо–оже – тянет снисходительно. – Васенька, ты что, влюбилась?
Да...
Но мне не хочется ей в этом признаваться.
Я берегу тех бабочек, которые порхают у меня внутри...
И знаю, что если скажу маме, она словами "продезинфицирует" все так, что они подохнут.
Поэтому молчу.
– Я надеюсь, ты не думаешь, что и он в тебя влюблен? – продолжает с ледяным напором.
– Мам... Прекрати.
– Значит, думаешь. И за какие заслуги, позволь спросить? – слышу, что она улыбается.
И мне вдруг кажется это жутким...
Я не могу представить, что буду так же улыбаться, намеренно делая больно Лисе.
Это ведь...противоестественно.
– Мам, знаешь... А ни за какие! – срываюсь на неё. – Просто потому что я – это я. И ему не кажется, что со мной что–то не так! Он не говорит каждый день, что мне пора в психушку. Он не тыкает мне этим в момент, когда мне плохо. Его просто все во мне устраивает!
– Вздор.
– Тебе это, конечно, незнакомо – отвечаю с горечью.
– Разумеется. Мне знакома реальная жизнь. А в сказки для наивных дур я не верю. Конечно, он не станет тебе об этом говорить. Ему на тебя плевать. Раздвинула перед ним ноги, сидишь с его ребёнком, ещё и готовишь, наверняка!
Руки мои опускаются.
Чувствую себя оплеванной...
– Запомни, доченька – только мать о тебе думает... Не нужна нам такая работа. Жду в десять на вокзале!
И раньше я бы точно прибежала.
Сказала бы, что у неё просто такой характер, и она ничего плохого не имела в виду...
Всё не так...
Проблема во мне. Это просто я воспринимаю всё близко к сердцу!
Да и, в конце концов, у неё наверняка тяжелые сумки и ей нужна моя помощь.
Но сейчас эти аргументы не срабатывают.
Я зеркалю эту ситуацию, отдавая роль дочери Лисе.
И это....
Странным образом отрезвляет, помогая не провалиться в панику.
– Знаешь, мам. А возьми такси – говорю я.
И сбрасываю вызов первой, вспоминая, что тоже имею на это право.
У меня словно появляется немного суперсил.
И самая малость адекватного понимая, что все это – неправильно.
Такой вот парадокс...
– Юбимая! – летит ко мне Лиса. – Надо пе–вый пончик! Папа пвиехав! Папочка!
Прислушиваюсь к щекочущим чувствам, которые оживают внутри.
Кажется, это маленькая победа...
Мои бабочки спасены.
Глава 46 Три года и вся жизнь
Тимур
Заходя домой, тянусь к карману за телефоном.
Снова.
А стрелка часов между тем переваливает за десять.
– Пап–пап! – летит ко мне Лиса из кухни.
Лицо у неё все измазано в муке, на голове колпак повара и он падает ей на глаза, когда она бежит мне навстречу.
– Дочь, пару минут, я занят...
Отвечаю на звонок с работы.
– Папочка юбимый! Ну папочка! Ну свочно...– с улыбкой тянет меня за брюки.
А в телефоне – лютует начальство.
И пиздец на работе, которым мне угрожают уже завтра за последнее задержание.
Вероятней всего, у "хорошего дяди" имелись какие–то связи.
Иных объяснений у меня нет.
Показав дочери пальцем "тише", иду к себе в комнату.
Слышу, как бежит радостно за мной...
– Пап! Но совнышка тебе самый вкусьный, самый пе–увый...
– Пару минут... Лиса! – чуть повышаю голос.
Телефон уже нагрелся от количества звонков, голова раскалывается, начальство орет.
И этот топот по паркету отдается противной пульсацией в висках.
– Ну неть, юбимый мой! Нужно свазу! Он же остынет!
Оббежав, становится впереди и тянет ко мне что–то.
– Пиятного.... – начинает торжественно.
Но я обрываю её, прежде чем сам успеваю что–то сообразить.
– Я сказал, что занят! Ты слышишь меня, или нет?! – срываюсь
