Антагонизм - Натали Ният

Ах, как же стало приятно и тепло от маминых слов на душе!

— Мамочка, родненькая, не переживай. Вот увидишь, они ещё будут у тебя прощения просить. Вадим — алкаш, Тася хочет уйти от него, не хочет с ним жить. Она, значит, не любит его больше. Поэтому бабуля ей подарила кольцо и серьги. А так бы не подарила. А Тася радуется, глупая она совсем. Если бы ей просто так бабуля подарила подарок, а это за Вадима. Чтоб только она не уходила.

— И жила с этим вонючим алкашом! — мама улыбается.

Ура, мама улыбается! Кажется, ей нравятся мои рассуждения. Окрылённая успехом, продолжаю:

— А Надя, она же родила от женатого. Ведь Лилечка вырастет и спросит её однажды: «Где мой папа?» Лиличке будет стыдно узнать. А сейчас ты сама говоришь, что ей не нравится дядя Вагиф, что она притворяется. А любит, может быть, Ляпишева своего. А Эльмира, мам, тоже плохо живёт с мужем. Я знаю, она жаловалась бабуле сто раз, и ты тоже слышала же сама. Правда, мамочка? Она говорит, что её муж — шизик. Недавно только так говорила про него, что у него с головой что-то произошло. А ты, мам, самая лучшая! — слова просто сыпались из меня, как из порванного мешка. — И у нас есть свой дом, и он больше всех их домов. — Ну, кроме бабулиного, — думаю про себя, решив, что это не так уж и важно сейчас. — И ты умнее их всех. — Я почти что плачу от жалости к мамочке.

Мама крепко обнимает меня:

— Доченька, ты — моё спасение. Даже не знаю, за что мне такое счастье.

Господи, спасибо тебе! Как же я сейчас счастлива.

— Мамуля, это ты самая лучшая. Мне повезло родиться у тебя.

— Пошли они все в жопу, Линда! Мы ещё им покажем!

Я была рада, думала, что мамочка хоть немного успокоилась и уже не так переживает, но я ошибалась. Когда чуть попозже вернулся с работы папа, она стала жаловаться и ему. Он сначала слушал маму, поддакивал сочувственно, потом ему надоело, и тогда он сказал:

— Рая, хватит уже ныть, сама виновата! Все видят, что ты бесхребетная, вот и пользуются.

— Витя, ты охренел совсем? Я-то при чём?

— При том! Поставила, значит, себя так перед всеми. Раз об тебя ноги вытирают.

— И ты в том числе, да, Витенька? — мама даже покраснела, так возмутили её папины слова.

— Куда уж мне, и так желающих хватает, — закатил папа глаза к потолку.

— Ну ты и ублюдочный квазимодо. Что ж ты про себя тогда не скажешь тоже? Мол, Рая, я тоже срать на тебя хотел. Блядовал, блядую и буду блядовать.

— О, начинается, — поморщился папа. — Иди на хер.

И примерно так они выясняли отношения до двух ночи. Было очень обидно, жалеть никого не хотелось, хотелось спать.

Глава 55

Глава 55

Начались каникулы, наконец-то! Попрощались с Катькой, обнялись, даже всплакнули немного.

— Линда, ты звони, хорошо?

— Конечно. И ты, и приходи в гости.

— Приду, — шмыгнула Катька носом.

Попрощались и с Незнайкой, он сам подошёл ко мне неожиданно после последнего урока и протянул руку.

— Ну, до встречи, Линда. Хорошо тебе отдохнуть, набраться сил.

— Спасибо большое, — улыбалась я, пожимая его руку в ответ.

На школьном дворе царили настоящий хаос и суматоха. Все прощались друг с другом, с учителями, давали обещания, которые вряд ли исполнят, и разбегались на целых три месяца.

— Тебе тоже хорошо отдохнуть.

— Спасибо, Линда. — Незнайка собрался с духом. — Если что, ты знай, я всегда приду.

— Хорошо, — продолжаю улыбаться.

— Ну, пока, до скорого.

— Пока, — махаю Незнайке рукой.

Он уже решил было подойти к Зауру, чтобы пойти вместе домой, но громко проговорил так быстро, что я не сразу поняла и разобрала его слова:

— Я буду скучать!

«Я тоже, Незнайка», — отвечаю ему мысленно.

И куда он придёт? Дурачок! Думаю так про него по дороге к дому, а самой приятно.

Так как я сейчас не хожу в школу, то братик тоже не ходит в садик, остаётся дома со мной. Вот так мы и проводим с ним целые дни. Мама с папой уходят по утрам на работу, я просыпаюсь рано, провожаю их, а братик пока спит. Потом, когда он просыпается, кормлю его завтраком, прибираюсь немного в доме и саду. Братик непоседливый, постоянно балуется, за ним нужен глаз да глаз.

Нам на лето выдали список книг, которые нужно прочитать, я попробовала читать некоторые из списка — скучные, мне не понравились. Потом почитаю, а сейчас я читаю другие книги, интересные. Книги нам достаёт Надя, она книголюб. Уже почти дочитываю «Французскую волчицу», это из серии «Проклятые короли», вот это интересно написано. Как будто сама там побывала. Жаль, что в школе такое не проходим.

Папа вчера накричал на меня из-за того, что я не убралась как следует в доме. Они с мамочкой снова не разговаривают, поругались. Мама опять говорит, что он ей изменяет. Папа опять всё отрицает.

А накричал он на меня из-за того, что на кухне было грязное вафельное полотенце. На нём виднелось пятно: я вытерла им разлитый братиком чай и машинально обратно повесила на крючок. Папа заметил и начал ругаться. Говорил, что я лентяйка и ему стыдно за такую дочь.

— У всех нормальные девочки, а нам досталась никудышная.

— Пап, извини, я завтра постираю, — пытаюсь оправдаться перед ним.

— Твои «завтра» уже поперёк горла у всех, Линда. До какой степени можно быть такой тупой? Ты что, свинья? Может, тогда тебе пойти жить в сарай, со свиньями?

Глаза предательски начинают щипать.

— Только и знает, что читать книжки может, читарь, тоже мне. Что, профессором хочешь стать? А?

— Нет, — только бы он не заметил проблески слезинок в уголках глаз.

— Правильно, что нет. Какой из тебя профессор? Неуч, идиотка! Учёба — это не только твои книжечки, это и математика, и физика, и география. Всё вместе. А ты тупая девочка. Завтра чтобы начала заниматься с братом. Чтоб он тоже таким тупым не вырос. Учи с ним буквы и цифры. Поняла? Чтоб к концу лета он знал весь алфавит и мог считать. Хоть какая-то польза будет от тебя. Грязнуля. Поняла? Ты поняла?

— Да.

— Всё, иди, займись каким-нибудь делом уже.

Ухожу в ванную, закрываю крепко дверь, чтоб немного пострадать и поплакать. Совсем немного, вдруг папа опять меня позовёт.

Сегодня я пробовала заниматься с братиком, но он ничего не хочет