class="p1">— Присаживайтесь.
Лазурская явно чувствует себя здесь как дома. Включает экран, на котором всплывает логотип VEDA, ставит передо мной воду и скрывается за дверью.
— Подготовили презентацию событий, которые я пропустил? — спрашиваю у Глеба, кивая на экран.
— Ты ничего не пропустил.
— Да? А вот как ты снова успел отрастить бороду, я точно не помню. В прошлый раз на это у тебя ушло года два.
— Фил, сейчас придёт Ева и…
Я надеюсь услышать: «Кира», — но Глеб не успевает договорить. В конференц-зал входят мужчина и женщина лет сорока пяти. Следом заходит Ева и закрывает дверь. Все трое в белых халатах, на карманах — бейджи.
— Здравствуйте, Владислав. Рада, что с вами всё в порядке. Вы нас здорово напугали, — произносит женщина и садится напротив.
Мужчина остаётся стоять рядом с Евой, берёт у неё папку с моими данными и быстро пролистывает.
— Я Елена Лазурская, одна из разработчиков программы VEDA и действующий исследователь. Это мой муж и партнёр Сергей. С Евой, думаю, вы уже знакомы…
— Вы родители Киры… — выпаливаю я, нахмурившись. — Где она?
— Владислав, давайте по порядку. Мы всё вам объясним.
— Эту фразу я слышал за последние десять минут уже слишком часто. Может, всё-таки перейдём к сути? — Я начинаю закипать. Их вкрадчивые голоса и успокаивающие интонации раздражают сильнее, чем если бы на меня просто орали.
— Конечно.
В этот момент к ней подходит Сергей, кладёт перед ней раскрытую папку. Елена тратит несколько секунд на изучение листа и снова поднимает глаза на меня.
— Обычно мы так не делаем. Наши пациенты в течение нескольких минут восстанавливают доступ к воспоминаниям самостоятельно. Но с вами произошёл форс-мажор, и мы приносим свои извинения. Это недопустимо.
— Я ничего не понимаю. Вы можете нормально объяснить, что это за место, где ваша дочь и почему на мне ни царапины после смертельной аварии?
Елена глубоко вздыхает и быстро переглядывается с мужем.
— Мам, у него всё в порядке с показателями, — вдруг вмешивается Ева и кладёт перед матерью ещё один медицинский лист. — Выдержит его тонкая душевная организация эту правду, не хрустальный.
— Ева! — одёргивает её Елена за непрофессионализм.
Не знаю, за что черноволосая мегера меня так возненавидела, но сейчас я с ней согласен.
— Да, я совершенно точно выдержу!
— Владислав…
— Можно просто Влад.
— Да, конечно, Влад. Дело в том… — Она берёт пульт, и на экране появляется видео острова, где я провёл последние три месяца. — …что остров «Белый Камень» — это место…
Красивые кадры сменяют друг друга: остров с высоты птичьего полёта, интерьер бара White Stone, пляж, наша с Кирой бухта, отель, береговая линия с домами Глеба и Лазурских.
— …которого не существует, — заканчивает Елена и возвращает взгляд ко мне.
— Что значит — не существует?
— Простите, неверно выразилась. Он не существует как реальная географическая точка.
Резкая боль бьёт в виски. Перед глазами мелькают обрывки памяти, будто кто-то листает слишком быстро кадры чужого фильма, но ни один я не успеваю удержать.
— Понятнее не стало.
— Программа VEDA была создана для того, чтобы люди могли в безопасных условиях проживать новый опыт, отрабатывать эмоциональные триггеры, учиться отказываться от зависимостей, находясь в эпицентре соблазна, и, конечно, находить ответы на вопросы, на которые в реальном мире у них не получалось найти.
— За решением последней проблемы вы к нам и обратились, — спокойно добавляет Сергей.
— Я? Но я не был здесь раньше…
Быстрая, болезненная ретроспектива перед глазами тут же опровергает мои слова, и через секунду помутнения я добавляю:
— Или был?
— Вижу, память восстанавливается. Это очень хорошо.
— Так, стоп. Подождите. — Я резко поднимаюсь и осматриваю помещение. Никто не дёргается, не суетится, не пытается меня усадить — все сохраняют это раздражающее спокойствие. — Ладно. Допустим, я пришёл сюда. Допустим.
Дыши, Фил. Дыши.
— И что было потом? Остров, который я помню… Я ведь именно там встретил Еву, — указываю на девушку, — и вашу вторую дочь, Киру. Там был Глеб… — поворачиваюсь к другу. — Как? Как я мог всё это сделать, если острова, как вы говорите, не существует?
— Влад, — Елена делает паузу, и на её лице проступает сочувствие, — последние три месяца вы находились в симуляции.
Глава 36. Game Over
Фил
— Влад, последние три месяца вы находились в симуляции.
Слова звенят в голове и ходят по кругу, снова и снова разбиваясь о здравый смысл.
— Вы что, фильмов про антиутопию пересмотрели? Вы в своём уме? Я же… я сошёл с ума, да?
— К сожалению, нет, — фыркает Ева, за что получает ещё один строгий взгляд от матери.
— Извините нашу дочь. Вероятно, там, в симуляции, вы её здорово обидели.
— Да не делал я ничего… — выпаливаю сгоряча, но тут же цепляюсь за другое. — Стоп. Вы сказали «там, в симуляции»? Как… как это вообще работает? Это было так реально, а вы… вы что, наблюдали за нами? Как в компьютерной игре? Словно мы участники реалити-шоу?
С каждой фразой я завожусь всё сильнее. Мысль о том, что всё это время за мной могли следить, как за подопытным кроликом, поджигает последние нервные клетки.
Кира… Она всё знала? Играла роль триггера, который должен был спровоцировать меня на прежнее поведение? Всё, мать вашу, было подстроено? Каждый момент на острове — ложь?
— Владислав, прошу вас, сядьте и дайте всё объяснить, — спокойно повторяет Елена.
Я нехотя возвращаюсь на место.
— Мы создали эту программу не для того, чтобы ставить опыты над людьми или следить за ними. — Елена переключает изображения на экране, и почти каждое её слово подкрепляется схемой, видео или графиком. — Мы не наблюдаем за участниками в режиме реального времени и не вмешиваемся, пока нет угрозы жизни. Наша задача — создать условия для максимально реалистичного и при этом безопасного погружения. Локация, климат, детали быта, интерьер — всё это проектируем мы. Но что человек будет делать внутри этой среды, какие решения примет — это уже его выбор. Мы не пишем вам сценарий.
Она делает паузу, будто даёт мне время не согласиться, а хотя бы переварить.
— Все ваши личные вещи переводятся в цифровой формат, чтобы вы могли взаимодействовать с ними внутри симуляции. Время года и скорость течения времени синхронизированы с реальностью — это нужно, чтобы выход не травмировал психику и человек мог вернуться в обычную жизнь без дополнительного стресса. По сути, это как отпуск, только с терапевтической задачей. И срок пребывания в симуляции тоже выбирает сам участник.
— Если вы не знаете, что мы там делаем, тогда в чём вообще
