меркам. Забавный факт. Ты знал, что импульсивность — признак СДВГ?
— Ты ела сегодня вечером? — спросил он.
— Это странный вопрос для прелюдии.
— У меня дома есть вино и замороженная пицца.
— У тебя также есть фермерские животные.
— Они на улице, а Нана осталась на ночь у моих родителей.
— Это ошибка. Мы оба это знаем, — сказала я, пытаясь убедить себя. Но я хотела быть рядом с кем-нибудь. С ним. Я хотела почувствовать руки Гейджа на себе. Я хотела положить голову ему на плечо. Я хотела, чтобы мне было с ним хорошо, хотя бы ненадолго.
— Большая ошибка, — согласился он, отпустил мои ноги и отстранился.
Я хотела потянуться к нему, но Гейдж уже встал и доставал свой бумажник.
Он бросил несколько купюр на стойку.
— Ты идёшь?
Я подняла глаза и увидела, что он наблюдает за мной.
— Ты уверен?
— Да. Ты, Зои Муди. Ты пойдёшь со мной домой и позволишь мне прикасаться к тебе, пока мы оба не забудем обо всём остальном?
Я потеряла дар речи. Мой разрыв со словами был мгновенным. Моя челюсть оказалась где-то между талией и коленями. Мне удалось дёрганно кивнуть и соскользнуть с табурета.
Рука Гейджа легла мне на поясницу, пока он выводил меня из бара.
Я даже не обратила внимания на грохот музыки снаружи, потому что моё сердце отбивало впечатляющий барабанный бой в груди.
— Ты уверен, что ты...
Моя последняя отчаянная попытка быть порядочным, бескорыстным, не умирающим от возбуждения человеком, который не воспользовался бы душевным состоянием Гейджа, была бесцеремонно пресечена, когда он оттащил меня с тротуара за угол здания. Он прижал меня к стене и придвинулся вплотную.
Каждая забытая эрогенная зона на моём теле кричала от головокружительного восторга.
Гейдж управлял моим телом с непринуждённой уверенностью, положив одну руку мне на бедро, а другой запустив пальцы в волосы у меня на затылке.
Я запрокинула голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх.
— Я уверен. Но сейчас меня больше волнуешь ты. Ты уверена?
Я кивнула немного чересчур энергично, чуть не ударив лбом ему в подбородок.
— Да, — прошептала я. — Абсолютно уверена. Я просто не ожидала... этого.
— Как насчёт того, чтобы перейти к делу? Посмотреть, что из этого выйдет? — предложил Гейдж.
По крайней мере, мне показалось, что он сказал именно это. Было трудно разобрать из-за шума крови в ушах. Я снова кивнула, на этот раз более осторожно.
— Звучит круто.
Звучит круто? Кто я вообще? Подросток-статист из 1990-х в «Моей так называемой жизни»?
Улыбка заиграла на его губах. Губах, которые находились в опасной близости от моего лица.
— Сегодня вечером я наблюдал за дверью, дожидаясь тебя, — сказал Гейдж.
Мои колени подогнулись. Я запаниковала и вцепилась обеими руками в его свитер.
— О, чёрт, — я не могла позволить себе потерять ещё больше баллов привлекательности. Я просто решила перейти в наступление и зацеловать его до потери пульса, надеясь, что он забудет, какой невероятно некрутой я была, но тут он начал действовать первым.
Гейдж Бишоп целовался совсем не по-джентльменски.
Он не пользовался языком, как хороший парень.
И не было ничего уважительного в том, как его руки блуждали по моему телу.
Мысли скакали в моём мозгу, как пинбольный шарик, теряясь в необузданных физических ощущениях. Он был горячим и твёрдым, прижимал меня к прохладному кирпичу. Его губы приручили мои настойчивым поцелуем, который заставил меня задуматься, нужен ли мне кислород, чтобы выжить.
Пряжка его ремня и ещё одна впечатляющая фурнитура прижимались к моему животу. Я отдалась поцелую, наслаждаясь его вкусом и ароматами. Из моего горла вырвался стон, и Гейдж с рычанием проглотил его. Его рука легла мне на грудь, вызывая во мне вспышки желания.
— Боже, — пробормотал он мне в губы, а затем приподнял меня и обернул мои ноги вокруг своей талии.
Его стояк, достойный любовного романа, давил мне между ног.
— Не могу поверить, я думала, что ты будешь вежлив в постели, — прошептала я, когда его зубы прошлись по чувствительной коже моей шеи.
— Ты знаешь, что говорят о предположениях, — сказал он, прежде чем прикусить обнаженный изгиб моей груди.
(Фраза, о которой говорит Гейдж — assuming makes an «ass» out of «U» (you) and «ME» (me). Она основана на том, что слово assume как бы состоит из слов ass, u, me. Примерный перевод — «предположения выставляют идиотом/задницей и меня, и тебя», т. е. лучше не предполагать, а спросить, — прим)
— Кстати, о задницах. Кстати, я бы очень хотела увидеть твою.
Он слегка отстранился и провёл большим пальцем по моей припухшей нижней губе.
— Всё ещё уверена?
— Тебе не следует быть таким самодовольным.
— Давай уедем отсюда. Я за рулём, — сказал Гейдж.
* * *
— Не могу поверить, что ты заставляешь меня ехать на заднем сиденье, — пожаловалась я пять минут спустя.
Его взгляд встретился с моим в зеркале заднего вида.
— Детка, это для твоей же безопасности. Я не уверен, что смог бы управлять тяжёлой техникой, когда ты сидишь рядом со мной и выглядишь так, будто хочешь, чтобы я снова прикоснулся к тебе губами.
Я надулась.
— Я хочу гораздо большего, чем просто твои губы.
— И ты сможешь пописать всё в подробностях, как только мы благополучно доберёмся домой.
Если бы это был кто-то другой, а не Гейдж, я бы сняла нижнее бельё и бросила его на переднее сиденье. Но это Гейдж, и он ответственный человек. Я хотела проявить уважение к этому. К тому же на мне не было нижнего белья.
— Ты думаешь, — сказал он обвиняющим тоном. — Передумала?
— Я просто подумала о том, что на мне нет нижнего белья.
Гейдж нажал на газ с такой силой, что я рассмеялась, когда меня отбросило назад на сиденье.
Глава 21. Пресвятой бл*дский пенис
Гейдж
Мы добрались до моего дома в рекордно короткие сроки. Я оставил свой внедорожник на подъездной дорожке, не желая тратить время на парковку в гараже. Зои, похоже, разделяла мои чувства, поскольку открывала дверцу ещё до того, как я полностью остановил машину.
— Хейзел будет хохотать до упаду, когда я расскажу ей, что ты заставил меня ехать на заднем сиденье. О! Кстати, о Хейзел, Кэм надерёт тебе задницу за это? Потому что Хейзел не сможет держать рот на замке, — задыхаясь, объявила Зои, когда я схватил её за руку и потащил на крыльцо к двери прихожей.
— Как насчёт того, чтобы не говорить о моём брате, когда я в пяти секундах от того,
