так. У нее сотрясение, перелом двух ребер и носа. — Ее голос подрагивал. — Говорила я ей, чтобы не ввязывалась в это. — Оля закатила глаза, пытаясь не расплакаться.
Я слегка оттолкнул ее, открыл дверь и зашел… То, что я чувствовал в тот момент, нельзя было описать словами.
Это была не Алиса. Это будто была какая-то девушка, которую избили по меньшей мере пять взрослых мужиков. У нее было столько ссадин на лице, что я ее сначала даже узнать не смог.
Это была одиночная палата, так что я точно не мог ошибиться.
Оля стояла позади меня и тоже смотрела на обезображенное лицо подруги.
— Она до сих пор не пришла в себя? — тихо спросил я.
— Как видишь…
Я медленно подошел ближе. Ноги меня почему-то еле держали в этот момент. Усевшись на стул, я уставился на кислородную маску на ее лице.
— Позови, пожалуйста, врача, — попросил я Олю, и она, коротко кивнув, удалилась.
Я не мог понять… я ничего не мог понять. Мысли путались в моей голове так, будто я употребил все психотропные вещества из существующих. Я отодвинул одеяло и увидел ее руку, костяшки на которой были синими и опухшими.
Зачем я вообще позволил ей идти на этот бой?
Вдруг дверь открылась, и в палате появился мужчина тридцати с лишним лет в белом халате.
— Почему она до сих пор не очнулась? — сходу спросил я.
Он подошел и посмотрел на показатели сердцебиения.
— Для начала скажите мне, кем вы ей приходитесь? — приподняв бровь, задал он вопрос.
Он был как-то слишком расслаблен, даже руки из кармана не удосужился вынуть.
— Я ее парень.
Мужчина хмыкнул.
— Хорошо же вы заботитесь о своей девушке, раз с ней такое происходит. — Он пытался пристыдить меня, и это очень раздражало.
— Позаботишься о ней, как же… — съязвил я. — Может, все-таки скажете, что с ней?
Врач тяжело вздохнул.
— Она спит. Мы вкололи ей обезболивающее и снотворное. Можно сказать, что она родилась в рубашке. Ей очень повезло, что после такого удара по голове она не умерла, а всего лишь заработала сотрясение. — Доктор продолжал осуждающе смотреть на меня. — С носом проблемы. Она им еле дышит. Боюсь, придется делать операцию, но это уже ей самой решать, когда придет в себя.
— Может, что-то нужно? Какие-то препараты?
Он закатил глаза.
— Нет, у нас все есть. Но надо было следить за ней получше, чтобы такого не произошло. — Он посмотрел на часы. — Всего хорошего. У меня обход. — Через несколько секунд в палате его уже не было.
Доктор произвел на меня крайне неприятное впечатление.
— И это ее лечащий врач? — спросил я у Оли.
Она лишь коротко кивнула и села на стул рядом с подругой.
Через полчаса Оле пора было идти на работу.
— Послушай, а где Настя? — взволнованно поинтересовался я.
— Она в школе. Она может пожить у меня, пока Алисе не станет лучше.
Я отрицательно покачал головой.
— Нет. Я заберу ее.
Оля нахмурилась.
— Ты вообще когда-нибудь присматривал за детьми?
— Нет.
Она опустила глаза, но все равно сказала:
— Ладно.
Я сел возле постели Алисы и погрузился в свои мысли. С ее появлением в моей жизни, что-то стало идти не так. Раньше у меня не было таких сильных эмоциональных потрясений. Не раз появлялись мысли о том, что, быть может, зря я вообще связался с ней. Однако было поздно. Раньше надо было думать.
Теперь бы я вряд ли смог научиться жить без нее. А если и смог бы, то это было бы крайне сложно…
Я проиграла
POV Дима
Я решил зайти за Настей прямо в класс, где снова встретился с ее учительницей.
— О-о, какие люди, — с улыбкой сказала она. — Что-то вы редко к нам заглядываете, особенно ваша невеста. Вот на собрание даже не пришла.
Я приподнял бровь и посмотрел на Настю, которая в это время стояла рядом со мной. Похоже, кое-кто даже не предупредил Алису о собрании. Настя не ожидала меня увидеть, и ей стало интересно, зачем я приехал.
— Простите, как вас?
— Анна Григорьевна.
— Анна Григорьевна, а в чем собственно проблема? — поинтересовался я.
Настя взволнованно опустила глаза.
К слову, все дети уже разошлись. Остались только мы втроем и напряжение между нами.
— Понимаете, она подралась с мальчиком, разбила ему губу. Не понимаю, откуда в такой маленькой девочке столько агрессии… — Учительница с недоумением смотрела на меня.
Я опустил взгляд на Настю. Она лишь взглянула на меня своими милыми глазками, после чего продолжила смотреть в пол.
— Мы с Алисой обязательно проведем с ней воспитательную беседу. — Я старался казаться серьезным настолько, насколько мог.
— Извольте.
И мы вместе покинули кабинет Анны Григорьевны. Почему-то было ощущение, что провинился в чем-то я, хотя в этом была замешана Настя.
— Ну и зачем ты подралась с мальчиком? — спросил я, пока мы шли к машине.
— Заслужил.
Я открыл ей дверь, после чего и сам сел в свой авто.
— И чем же?
— Ну-у, он все время понтуется своими деньгами и задирает меня. Меня выбесили его глупые шуточки, вот я ему и врезала.
Я тяжело вздохнул и посмотрел на нее. Да-а, это была просто маленькая копия сестры. Я не был удивлен.
— Но конфликты надо решать словами, а не кулаками, — сказал я, сам не понимая, когда успел стать настолько правильным.
— Да знаю я.
Какое-то время мы ехали молча, пока она не задала вопрос:
— А тебя Алиса попросила прийти?
— Д-да. — Я слегка замялся.
— Она все-таки задержалась на работе?
Я долго не мог понять, о чем она говорит, но потом до меня дошло, что Алиса снова наврала своей сестре.
— Да. Возможно, еще несколько дней тебе придется пожить у меня.
По Насте было видно, что она расстроена. Алиса когда-то говорила, что в таком возрасте дети очень скучают по своим родным, поэтому мне было искренне жаль Лебедеву-младшую.
К счастью, отец все еще был в командировке, поэтому объяснять ему ничего не нужно было. Мама была даже рада тому, что Настя оставалась у нас. Была ли рада этому Настя? Не знаю. Как только я отвез ее к себе, то тут же отправился к Алисе.
* * *
— Как скоро она придет в себя? — спросил я у лечащего врача, когда он снова решил посетить палату моей девушки.
Он только пожал плечами и продолжил стоять и смотреть на нее, запустив руки в карманы. Мы находились в абсолютной тишине. Порой мне даже становилось неловко в его
