торта, чтобы не расклеиться.
* * *
После десерта мы спускаемся по лестнице с террасы на пляж. Майлз принёс в рюкзаке полотенца, и мы растягиваемся на них, ожидая, пока небо стемнеет и сквозь него постепенно проступят звёзды. На воде кто-то решил запустить со своей лодки фейерверк.
Среди собравшихся на пляже слышится гул голосов, аханье, вздох. Одна полоска света вспыхивает, превращаясь в дрожащий фиолетовый цветок. За ней быстро следуют ещё две, розовые и золотые, с обеих сторон.
Дети с визгом носятся кругами вокруг своих взрослых, а мороженое в их рожках тает и стекает по запястьям. Папа и Старфайр заводят разговор с парой примерно их возраста, стоящей рядом с нами, а Джулия сидит на земле и делает селфи с огромной лохматой пиренейской собакой, растянувшейся на песке. Даже несмотря на витающую в воздухе вонь серы, я всё равно ощущаю пряный запах Майлза рядом со мной.
— Хороший вечер? — спрашивает он, и новая волна фейерверков заставляет его лицо переливаться зеленью и апельсинами.
— Отличный вечер.
Он улыбается и смотрит вперёд, касаясь моей руки тыльной стороной ладони. Моё сердце ощущается словно развёрнутый подарок, моё тело расслабляется.
Впервые я позволяю себе по-настоящему представить, что это продлится долго.
Всё это.
Папа и Старфайр. Эшли и Джулия. Вэнинг-Бэй.
Майлз.
Я могла бы быть счастлива здесь. Я могла бы стать своей.
Глава 26
Я планирую пожелать спокойной ночи папе и Старфайр у нас дома и отправить их восвояси. Затем я совершаю ошибку и гуглю их мотель.
— Папа! — говорю я. — Это в сорока минутах езды отсюда, и в первых трёх отзывах упоминаются клопы.
— Всё, что ближе к воде, по-видимому, забронировано на год вперёд, — отвечает он мне.
Я прокручиваю страницу вниз. В отзывах, в которых не упоминаются клопы, основное внимание уделяется тараканам. Ещё один автор отзыва жалуется, что в их номере не было кровати.
— «Только ржавый контур на том месте, где должна была быть кровать», — читаю я им вслух.
— Я уверена, что если они предоставят нам комнату без кровати, то позволят въехать бесплатно, — говорит Старфайр.
Я бросаю на Майлза отчаянный взгляд.
— Кто-нибудь хочет воды? — вмешивается он. — Дафна... не хочешь мне помочь?
Мы направляемся прямиком на кухню, не обращая внимания на их заверения, что у них всё в порядке, прошло уже несколько часов с тех пор, как они пили вино, им пора собираться в дорогу и так далее.
Ставя стаканы на стол, Майлз тихо спрашивает:
— Что ты хочешь делать?
— Мы не можем позволить им остановиться в том мотеле, — шепчу я в ответ.
— Можем, — говорит он. — Но не обязаны. Это зависит от тебя.
— Какие у нас ещё есть варианты? — спрашиваю я.
— Я могу позволить им воспользоваться надувным матрасом, а сама лягу на диване? — Джулия заходит в комнату, и я подпрыгиваю от неожиданности. — Значит, вы тут не за водой?
— Работаю над этим, — говорит Майлз, а затем уже тише добавляет: — Просто пытаюсь понять, что с этим делать. Не думаю, что мы можем просить двух шестидесятилетних людей спать на надувном матрасе.
— Я лягу на диване, Джулия может остаться на надувном матрасе, а они могут занять мою комнату, — говорю я.
— Нет, не будь смешной, — возражает Майлз. — Они могут занять мою комнату, а я лягу на диване.
— Разве это менее нелепо? — спрашиваю я. — Это же мои родители. Или... мой отец и моя... Старфайр.
— Ты уверена, что не против этого? — спрашивает он.
— На сегодняшнюю ночь, — отвечаю я. — Завтра мы можем поискать отель, который не настолько...
— Заражён паразитами? — заканчивает Джулия.
— Именно, — соглашаюсь я.
— Если ты уверена, — говорит Майлз.
В последние несколько месяцев я ни в чём не была уверена.
— Вполне уверена, — отвечаю я.
* * *
Пока Майлзу приходит его очередь пользоваться ванной, я устраиваю папу и Старфайр в своей комнате со свежим постельным бельём.
— Я правда ценю это, малыш, — говорит папа. — Нам было бы хорошо в мотеле.
— Ну что ж, так вы не занесёте клопов в семью Старфайр, — говорю я.
Он обнимает меня на ночь, неловко целует в макушку, а когда мы отстраняемся, Старфайр уже ждёт, широко раскинув руки и открывая взгляду свою нежно-голубую ночную рубашку.
— Спокойной ночи, Старфайр, — говорю я, принимая её крепкое стискивание.
— Спокойной ночи, милая, — говорит она. — И если хочешь, можешь называть меня мамой.
— О, это... Я буду придерживаться обращения Старфайр, но надеюсь, ты будешь хорошо спать!
Я закрываю за собой дверь, выходя. Джулия как раз тащит свой надувной матрас в комнату Майлза, и я спешу ей на помощь.
Мы решили, что разумнее отправить её туда, потому что если мы оставим матрас в тесной гостиной, я не смогу встать с дивана, не наступив на неё.
Учитывая, сколько раз я могу пописать за ночь, это казалось непрактичным.
Мы расстилаем смятый надувной матрас перед дверцами шкафа Майлза, и, пока она включает насос, я приношу из гостиной её скомканное постельное бельё.
— Спасибо, что согласилась на это, — говорю я ей, когда она выключает насос и мы начинаем застилать постель.
— Без проблем, — говорит она. — Честно говоря, я восприняла это как знак того, что мне пора возвращаться в Чикаго и забрать оставшиеся вещи и машину.
— Ты уже говорила об этом с Майлзом? — спрашиваю я.
— О чём тут говорить? — парирует она.
Я колеблюсь.
— Что-то... случилось в Чикаго?
Она плюхается на матрас и натягивает одеяло до подбородка, её лицо становится непроницаемым.
— Ты можешь выключить верхний свет, когда будешь уходить?
— Конечно, — отвечаю я. — Приятных снов.
В тёмной гостиной я устраиваюсь на диване. Дверь ванной со скрипом открывается, и ко мне стремятся струйки света. Майлз выходит в облаке пара, волосы у него влажные, на воротнике футболки с верблюдом остались маленькие мокрые пятнышки, отчего ткань весьма маняще льнёт к его телу.
— Я мог бы сделать это сам, — шепчет он, подходя ближе.
Я возвращаюсь к заправлению одеяла.
— Зачем тебе заправлять мою кровать?
— Потому что это не твоя постель а моя, — говорит он.
— Кто сказал? — отвечаю я.
— Сказал владелец дивана, — говорит он.
Я прекращаю своё занятие и поворачиваюсь к нему лицом. Свет из ванной падает на правую половину его лица, в то время как тень закрывает левую.
— Ложись на мою кровать, — говорит он.
Я беру подушку и взбиваю её.
— Ты окажешь мне услугу, — говорит он. — Мы с Джулией никогда в жизни не жили в одной комнате, и с таким же успехом может оказаться, что
