нашими предложениями.
Все это она произнесла с самой теплой улыбкой.
Эпилог
Все лето стояла страшная жара. На улицу выйти было невозможно, но в доме, к счастью, стояли кондиционеры.
Наташа приготовила напитки и поставила их в холодильник, залила формы для льда. Выходить из прохладного дома в знойный день не хотелось. Но она наняла сегодня рабочего-югослава постричь кусты. Прошло больше часа, и пора бы уже проверить, как он справился с заданием. Наташа вышла в сад. Югослав как раз собирал свои садовые инструменты и радостно сообщил, что закончил. Наташа посмотрела на кусты и обомлела. Вместо них торчали лишь палки, на которых не сохранилось ни одного листика.
Справившись с состоянием шока, она оплатила работу и выпроводила горе-садовника. Вступать с ним в дискуссию было бесполезно: во-первых, все уже было безнадежно испорчено, во-вторых, он очень плохо понимал по-английски, и Наташа подумала, что неправильно объяснила его задачу.
Вообще-то у Грэга была специальная электромашина. И она пыталась с ее помощью придать кустам хоть какую-то, самую примитивную, форму. На одном получилось что-то вроде шара. Но эксперименты пришлось закончить. Грэг отругал ее за то, что в таком положении она таскает тяжелый агрегат, и заставил нанять рабочего. И вот результат!
Наташа решила, что кусты в конце концов отрастут, включила поливалки и вернулась в дом.
Вчера она была у врача. Ей в очередной раз сказали, что плод развивается хорошо, никаких отклонений нет, и прописали витамины. Они ждали мальчика. Господи, что за счастье ей привалило!
Наташа боялась сглазить. Именно поэтому она отказывалась заранее покупать что-либо для ребенка. Но Грэг настоял, чтобы они все-таки подготовили детскую. Он придумал для нее потолок в виде звездного неба с луной-светильником и сам расписал стены. А Наташа сшила светло-голубые шторы.
Она села к компьютеру проверить почту. Писем было два.
Одно от Маши. Леха организовал для нее и Иришки туристическую фирму, и теперь они всей семьей колесили по миру. Вот только до Америки еще не добрались. Машка в письме как раз и предлагала Наташе стать их представителем в США. Предложение было заманчивым. Тем более, эта идея уже приходила Наташе в голову, и она писала Маше, что с радостью бы встречала соотечественников, показывала штат, составляла программу их пребывания. Наконец-то подруга созрела для конкретных действий!
«Заходил твой бывший, — добавляла Маша в конце. — С Лешкой они давно разошлись. Но Андрей периодически появляется, просит денег. Лешка жалеет его и дает, а я ругаюсь. Андрей опустился, нигде не работает, живет у какой-то чуть ли не бомжихи. Ты бы его просто не узнала. Просил у меня твой адрес. Но я не дала — все равно писать не станет. Да и зачем?»
Чем-то тоскливым и далеким повеяло от Машкиных слов. А был ли мальчик?
Наташа осторожными движениями погладила живот, чтобы малыш внутри ее успокоился. Ему явно не нравилась такая жара, и он пинал маму изо всех сил.
Второе письмо было от Лены. Она сообщила, что дела в коптильне идут неплохо, и Саша очень доволен работой Наташиного отца, на которого он всегда может положиться как на самого себя. Еще одна тема в последний месяц стала для них очень животрепещущей: Ленка решила родить второго ребенка! Но они с Сашей хотят только девочку. Наташа специально переводила статьи из американских медицинских журналов, выискивая нужный способ зачатия, который бы в итоге привел к рождению дочери. Ленка писала, что они все взяли на вооружение, действовали на научной основе. И вот уже неделя, как у нее задержка с месячными. Но УЗИ-то делать рано! Вдруг зародившийся внутри плод вырастет в мальчика? Что тогда? Рожать третьего?
Наташа посмеялась и посмотрела на часы. Сейчас приедет Грэг. Бедняга! Хотя в его машине тоже установлен кондиционер, но ему все равно приходится выходить на улицу, дышать этим обжигающим воздухом.
Она пошла в ванную, бросила несколько ароматизированных шариков, отмерила одну крышечку голубоватого геля и пустила воду. Складывая свежевыстиранные полотенца, Наташа услышала, что около дома затормозил автомобиль. Уже через секунду в ванную заглянул раскрасневшийся от жары Грэг.
— Нет ли бойфренда в доме? — пошутил он. — Для кого такие старания?
— Для тебя, — сказала Наташа, целуя мужа.
— Я такую ванну с раннего детства не принимал. Только душ. Ты необыкновенно хороша ко мне сегодня, — Он сразу стал раздеваться и, скинув пропотевшую одежду, с наслаждением погрузился в воду. — Чувствую, есть подвох. Неспроста такой прием. Признавайся, ты потратила сегодня много денег или перебила всю посуду? — Грэг говорил по-русски.
— Не угадал. — Наташа проверила температуру в ванне. — Но просьба есть.
— Выполню любую. Даже готов забраться па небо за луной. Как хорошо! — Грэг даже зажмурил глаза.
— Хочу записаться на курсы водителей и получить наконец права. Не понимаю, почему ты не поддерживаешь мое желание?
Она присела на край ванны.
— Пойми, я же не могу все время ждать, когда ты приедешь и отвезешь меня в магазин. К сожалению, здесь не Москва, где есть общественный транспорт. Я не могу никуда выйти и чувствую себя запертой в доме. И потом, тебе не стыдно, что твоя жена — единственная во всем округе, кто не водит машину?
— Но сейчас тебе надо себя беречь, — возразил Грэг. — Скажи, что тебе нужно в магазинах, и я все привезу. Или закажи по Интернету. Я боюсь, что вождение машины станет для тебя большим стрессом.
— Я принесу тебе попить.
Наташа вышла и вернулась с бокалом морса, приготовленного ею из свежей смородины.
— Никогда не пил ничего вкуснее, — искренне похвалил Грэг.
— Пока ты отмокаешь, приготовлю что-нибудь перекусить. — И Наташа опять отправилась на кухню.
Грэг задумчиво потягивал холодный морс. Допив его, он вылез из ванны, натянул чистые шорты и футболку, причесался, побрился любимой электробритвой «Браун», брызнул на себя туалетной водой фирмы «Живанши», которая гак нравилась Наташе, и отправился к пей па кухню.
— Давай перед ужином посидим чуть-чуть в саду, — предложил он.
— Жарко, — протянула Наташа.
— Мы в тенечке.
Грэг первым вышел в сад, подтянул столик и кресла под старую яблоню, которая раскинула над землей большую тень. Потом, вернувшись в дом, подошел к бару, налил в два бокала красное вино и позвал Наташу.
«Что-то случилось, — подумала она. — Такая серьезная подготовка…»
Они сели друг напротив друга.
С тревогой, от которой у Наташи даже сердце забилось быстрей, Грэг заговорил. Вид у него был, как у человека, сдающего свой первый экзамен.
— Наташа, понимаю, — осторожно начал он, — я не идеален и не так богат для
