Он треплет Алекса по голове. – С такими талантами еще немного – и тебя возьмут в сборную по бейсболу… В детскую, конечно.
Алекс смеется, скидывает руку мужчины.
– Ну-ну. Я на тебя посмотрю. Слышал, пенсионерская сборная по бейсболу в поисках новых игроков.
Отец Алекса, а теперь Андреа уверена, что это именно он, опускает голову и долго бродит по берегу, выбирая подходящий камень. А когда находит, примеряется, дурачится, изображая из себя питчера бейсбольной команды. Алекс складывает руки на груди и закатывает глаза. Но раздраженным он не выглядит. Даже издалека, из своего укрытия за ветками, Андреа видит, как он счастлив. Улавливает любовь во взгляде, направленном на отца. Любовь и что-то еще, что она тогда еще не понимает… Что поймет гораздо позже. Боль и сожаление, которые она неоднократно видела в зеркале и в своем взгляде тоже.
И, хоть Алекс с отцом и заняли ее укромный уголок, где она планировала предаваться отчаянью и жалости к себе, Андреа почему-то совсем не злится. Медленно она отступает. Этот момент семейного единения не для ее глаз.
Андреа еще немного гуляет по парку, приводит мысли в порядок. А потом нехотя возвращается домой и обнаруживает, что отец давно уехал, не попрощавшись, мать спит под действием таблеток, а Эмма ревет в своей комнате, периодически что-то швыряя в стену. Андреа наливает стакан воды и идет к двери сестры.
Стоит перед ней пару минут в нерешительности, затем тихо стучит.
– Эмма? Я могу зайти?
Совсем недавно они были семьей. Со своими проблемами, но какая семья идеальна? Пока Андреа утешает сестру, мысли ее то и дело возвращаются к Алексу. И к его глазам. Травянисто-зеленым, словно луг. Глазам, на дне которых застыла боль такая сильная, какой Андреа еще не встречала, и вопреки этой боли живет способность любить и искренне радоваться.
Настоящее
Алекс припарковался перед придорожной забегаловкой и обернулся к Андреа.
– Земля вызывает. Прием! – Он помахал рукой у нее перед носом. – Ты со мной? А то, кажется, витаешь в облаках.
Андреа закатила глаза. Знал бы он, в каких облаках она витала… Интересно, как бы он отреагировал, если бы она рассказала? Раньше ведь они этого не обсуждали. Стеснялись, как ни парадоксально. Просто с того дня все изменилось для Андреа, а для Алекса стало меняться постепенно, когда «снежная королева» начала оттаивать.
Настолько постепенно, что не очень чуткий человек даже не заметил бы. Но Алекс был очень чутким для своих девятнадцати лет. Андреа все так же обкладывала его остротами и сарказмом всякий раз, как их пути пересекались и он имел глупость с ней заговорить. Но теперь она делала это с интересом и почти без раздражения.
Андреа вылезла из машины, захлопнула за собой дверцу. Они ехали пару часов, но все тело уже затекло, и Андреа с удовольствием зажмурилась и потянулась, предвкушая завтрак и чашку кофе. Открыв глаза, она заметила на себе задумчивый взгляд Алекса.
– Что? – уточнила она, поправляя задравшуюся футболку.
Алекс слабо улыбнулся, даже и не ей, а каким-то своим мыслям.
– Да так, думаю, с какой стороны подключать к тебе шланг для заправки кофеином.
– Ха-ха, – фыркнула Андреа. – С любой, пожалуйста. Во избежание кофеинодефицитной комы.
Она прошла мимо него к входу в кафе, лишь краем уха услышав тихий смешок и неразборчивое ворчание. Интересно, о чем он размышлял, когда смотрел на нее? С другой стороны, она не хотела знать. Ситуация и без того достаточно неловкая.
Пока Алекс отлучился на разговор по телефону, Андреа заняла столик у окна. Дружелюбного вида официантка принесла меню и сразу приняла заказ на напитки. Андреа взглянула на мобильный, молчавший уже несколько часов, и ощутила что-то вроде ломки, осознав, что, если бы Эмма не настояла на своем, она, Андреа, сейчас была бы на работе. Тогда, может быть, она успела бы обновить список поставщиков на следующий год до осени и…
Принесли кофе. Андреа поблагодарила официантку и поспешно отложила телефон в сторону. Она в отпуске. Вот и нечего проверять рабочие чаты. Если что-то понадобится, с ней точно свяжутся.
Вернулся Алекс. Он сделал заказ за стойкой и присоединился к Андреа за столиком.
– Всегда здесь останавливаюсь по пути из Нью-Йорка. Попробуй сэндвичи с индейкой, вкуснее ничего в жизни не ел.
– Часто бываешь в Нью-Йорке? – поинтересовалась Андреа, рассматривая неровную поверхность стола.
– Пару раз в год точно. Думал даже перебраться, но, пожив там неделю, едва не свихнулся. Все эти пробки, толпы народа, загазованность… Ужас.
– Забыл упомянуть шум и цены на недвижимость, – Андреа начала загибать пальцы. – Уличная преступность. Психи в метро. То, что арендовать нормальную квартиру без рекомендаций практически невозможно… А… и я упоминала цены?
Алекс покачал головой.
– Звучит как рай.
– Да-да, – ответила Андреа. – На все это здорово подсаживаешься. Мне уже тяжело представить жизнь, где я не встаю до восхода солнца, чтобы ехать, уткнувшись в чью-то подмышку в метро.
– Боже мой. В Нью-Йорке живут одни мазохисты.
– Зато пиццу доставляют за пятнадцать минут. Это перевешивает минусы.
Алекс собирался остроумно ответить, когда принесли их заказ. Больше никто не сказал ни слова.
Наконец, когда с едой было покончено, Алекс расстелил на столе карту автомобильных дорог.
– Ничего, что я по старинке? Уже привык без навигатора, иногда он подводит.
Андреа пожала плечами, слишком расслабленная, сытая и довольная, чтобы разговаривать.
– Смотри, если ехать без остановок, дорога занимает приблизительно сорок часов. Если бы мы вели по очереди, столько бы у нас и ушло. Но поскольку за рулем только я, предлагаю ехать не дольше десяти – двенадцати часов подряд. В целях безопасности, само собой. Поездка несколько растянется, но я буду уверен, что ничего не случится.
Он задумчиво прикусил губу, и Андреа, залюбовавшись, замерла на мгновение.
– Что с тобой ничего не случится, – уточнил он. – Иначе твоя сестра меня убьет.
Это был хороший аргумент, да и доехать до Ливенворта в целости и сохранности все-таки хотелось сильнее, чем успеть на вереницу предсвадебных мероприятий.
На карте маркером было прочерчено несколько маршрутов. Алекс указал на один из них.
– Обычно я езжу так. – Палец Алекса прочертил дорогу от Нью-Йорка до Кливленда, потом проследовал через Чикаго, Миннеаполис и далее по шоссе мимо мелких городов. – Если тебе захочется куда-нибудь заехать по пути, говори, можем слегка поменять маршрут.
Андреа прищурилась, разглядывая карту. Годы работы за компьютером сделали свое дело, и теперь, чтобы различить что-то мелкое, приходилось щуриться, а ее очки остались в машине. Она привстала с места, чтобы лучше видеть.
На самом деле этот путь был ей хорошо
