сердце изнутри согревает маленькое солнце. Это была наша короткая передышка, способ убежать от реальности хотя бы на пару часов.
Мы гуляли по лесу — я и мой Дима. Он неспешно вел меня за руку по узкой протоптанной дорожке, вдоль которой росли березы, липы и ели. Пели птицы и пахло свежестью, горькой травой и грибами. Лес был светлый и дружелюбный — такой изображают на открытках. А над ним раскинулось пронзительно-синее небо.
По большей части мы с Димой гуляли молча — нам обоим было достаточно слышать шаги друг друга. А еще постоянно переглядывались. И в разноцветных глазах Димы было столько тепла, что я вновь чувствовала себя важной. Мы были нужны друг другу как воздух. Удивительно, но с появлением Димы я будто начала дышать с полной силой. И не только дышать, но и чувствовать. Замечать вокруг прекрасные мелочи. Осознавать, что радость и чувство свободы может давать не только скорость и свист ветра, но и вполне обыденные вещи. Музыка в наушниках. Тепло сухих сильных рук. Вкус любимой когда-то жвачки.
Я будто становилась самой собой. Обретала ту самую Полину, которая почти растворилась три года назад в бесконечом горе.
— Ты такая красивая, — вдруг сказал Дима, и я удивленно посмотрела на него. Раньше он никогда не говорил таких вещей. Как и многие парни, боялся обсуждать чувства или делать комплименты. А теперь изменился.
— Я обычная, — возразила я. — Красота в глазах смотрящего, да?
— В моих глазах только ты. И ты красивая. До сих пор не верю, что мне досталась такая невероятная девушка, как ты. — В голосе Димы слышалась искренность. — Возможно, мне придется тебя ревновать. Я еще не решил.
— То есть, ты собственник? — улыбнулась я.
— Скорее, дурак, — ответил он. — Знаешь, о чем я часто думал?
— О чем?
Дима замедлил шаг. Он словно не решался сказать мне это, но все-таки пересилил себя. Произнес вслух то, что мучило его.
— Она найдет кого-то, кто подходит ей больше. Кого-то, кто сделает ее счастливой. Нормального парня. Хорошего. А может быть, останется с тем придурком, другом детства. И это будет правильно. С таким, как я, ей ничего не светит. Только я не смогу быть рад за нее на все сто процентов. Потому что жесть, как скучаю. И хочу быть с ней рядом. Не хочу, чтобы другие были рядом.
От его слов стало не просто тепло, а жарко.
— Дима…
— Меня напрягали эти мысли. Я не мог отпустить тебя, хотя знал, что вообще не имею права о тебе думать, Полина. И думал — я ее недостоин.
— Перестань, мне не нравится, когда ты так говоришь, — нахмурилась я. — Но мне приятно, что ты думал обо мне, Дим. Для меня самое важное, что ты жив. Понял?
Дима лишь вздохнул в ответ.
Лес неожиданно закончился, и мы вышли к обрыву — каменистому и высокому. Внизу раскинулись поля и видна была неширокая речная дуга, в которой застыл кусок неба. От увиденного дух захватывало. Столько простора… В таком месте хочется верить в сказку. И в то, что добро победит зло.
— Нравится тут? — мягко спросил Дима, обнимая меня за талию сзади. Спиной я чувствовала тепло его груди. И откинула голову на твердое плечо, чувствуя себя в безопасности.
— Нравится…
— Извини, что наше первое за долгое время свидание проходит так. Знаю, ты бы хотела не этого.
— А чего бы я хотела? — лукаво спросила я. — Думаешь, ресторана, цветов и конфет? Нет, Дима. Я просто хотела побыть рядом с тобой. Хотя бы раз. Я очень скучала.
— Прости, малышка, — потерянно прошептал он.
Я повернулась к нему, взяла его лицо в свои ладони и сказала:
— Хватит. Ты ни в чем не виноват. Не извиняйся. Тебе тоже было больно.
Дима улыбнулся и коротко поцеловал меня.
— Ты стала слишком крутой, — в шутку сказал он.
— Не только тебе одному можно быть крутым, — рассмеялась я. — А помнишь, когда мы встретились, ты делал вид, что самый опасный тип на районе? Смотрел с прищуром и разговаривал наглым тоном. Все хотел поставить меня на место.
Тогда мне было не по себе, и я думала — боже, с кем связалась? Нужно быть осторожнее! А теперь вспоминаю с весельем.
— Я и был опасный… Пока тебя не встретил, — хмыкнул Дима. — Меня ведь реально все боялись. Слухи распускали. А потом пришла ты.
— И ты сразу в меня влюбился!
— Я? Это ты стояла на балконе и снимала меня на камеру. Как я целую девушку. Признайся уже, ты ведь хотела тогда оказаться на ее месте? — шутливо спросил Дима.
— Что-о-о? Не мечтала! Думала — ну какой же идиот! — возмутилась я. — Ты мне вообще не понравился. Лучше сам признайся, что влюбился в меня на линейке.
— Неа, я подумал, что ты ненормальная.
— Ты должен был подумать: «Какая красивая новенькая!» — топнула я ногой в шутку.
Вместо ответа Дима подхватил меня на руки и закружил. От неожиданности я взвизгнула и вцепилась в его плечи.
— Эй, поставь меня!
— Не хочу!
— Поставь! — потребовала я вновь. Дима остановился и заглянул в мое лицо — его взгляд был нежным, но в то же время жадным. И опустился с моих глаз к полуоткрытым губам. Коротко выдохнул. Сглотнул. И, все так же легко удерживая меня на руках, сказал:
— Поцелуй меня.
— Иначе что? — улыбнулась я, чувствуя, как тело изнутри опаляет жаром.
— Иначе сойду с ума, — хрипло ответил он.
Я потянулась к нему за поцелуем, но в последний момент передумала и в шутку стала щекотать его. Диме все-таки пришлось отпустить меня.
— Давай без запрещенных приемов! И вообще, иди ко мне, — Дима поманил меня к себе. Я показала ему язык.
— Догони!
Со смехом я начала убегать от него, а он — догонять, обещая, что я пожалею. В ответ я лишь смеялась — играть с Димой в догонялки было весело, мне нравилось дразнить его. К тому же он то и дело давал мне фору. Ведь если хотел бы, поймал сразу.
Наша игра закончилась на траве. Убегая, я едва не упала, но Дима вовремя подхватил меня и бережно опустил на теплую
