655
СГГД, ч. I, стр. 470—472.
СГГД, ч. I, стр. 470—472.
В. М. Глинский приходился родным племянником боярину Д. И. Немому, известному приверженцу Старицких. (См. Духовную грамоту Немого.— АИ, т. I, № 115, стр. 148; ПСРЛ, т. XIII, стр. 525).
Кн. В. М. Глинский через два месяца после освобождения возглавил поход царской армии в Ливонию.
Вишневецкий приходился царю троюродным дядей по материнской линии. Иван III и отец Вишневецкого были двоюродными братьями. (См. М. Н. Тихомиров. Исторические связи русского народа с южными славянами. — «Славянский сборник», 1947, стр. 194).
С Вишневецким в Пятигорск выехали несколько черкесских князей, принявших крещение в Москве, и множество попов, которые должны были крестить жанские племена «по их обещанию и челобитью». (См. ПСРЛ, т. XIII, стр. 324).
См. Е. Н. Кушева. Указ. соч., стр. 265.
Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России, т. II, СПб., 1865, № 142, стр. 155.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 339.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 340.
Эти показания были включены затем в поручную грамоту Бельского. (См. СГГД, ч. I, № 177, стр. 484—485).
Изобличенные дворяне стояли по службе очень невысоко. Рязанский дворянин Измайлов служил вторым воеводой в маленькой пограничной крепости Михайлове в 1559—1560 гг. Б. Ф. Губин был головой у казанских татар в ливонском походе 1560 г. (См. Разряды, лл. 265, 267).
Отметим, что Б. Ф. Губин был сыном думного дьяка Постника (Федора) Губина. При Адашеве Постник Губин играл видную роль в Посольском приказе. Он участвовал во многих посольских приемах 1549—1558 гг. (См. Сб. РИО, т. 59, стр. 171, 200, 268, 560 и др.). В Дворовой тетради 50-х гг. посольские дьяки записаны в следующем порядке: И. М. Висковатый, П. Н. Губин, А. Васильев. (См. ТКТД, стр. 115). Н. П. Лихачев и П. А. Садиков считают, что Губин служил сначала в Казне, а затем в одном из судных или военных приказов. (См. Н. П. Л их а ч е в. Разрядные дьяки, стр. 272—273; П. А. Садиков. Очерки, стр. 258—260).
ПСРЛ, т. XIII, стр. 340; ТКТД, стр. 79.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 340.
СГГД, ч. I, № 176, стр. 475—477.
СГГД, ч. I, № 177, стр. 484—485.
.«Также ми и к удельным князем ни х кому ни отъехати и не приставати ми к удельным князем ни в какове деле никоторою хитростью; и с ними ми не думати ни о чем, и с их бояры и со всеми их людьми не дружитися и не ссылатися с ними ни о какове деле». (СГГД, ч. I, № 177, стр. 485).
После освобождения Бельский вернулся к исполнению функций официального руководителя думы. Однако ему еще долгое время не доверяли. В 1562—1563 гг. правительство не раз назначало в приставы к литовским послам верных дворян, которые выдавали себя за слуг Бельского. (Сб. РИО, т. 71, стр. 89, 134).
ПСРЛ, т. XIII, стр. 341.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 343.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 343.
Незадолго до того хан Девлет-Гирей напал на Мценск, а затем ушел в Крым. Посланные вдогонку князья М. И. и А. И. Воротынские ходили за татарами в степь до Коломака, но не смогли их догнать. (См. Разряды, л. 283; ПСРЛ, т. XIII, стр. 342).
Членом ближней думы был кн. В. И. Воротынский.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 525.
См. А. А. Зимин. Опричнина, стр. 90.
См. Сб. РИО, т. 71, стр. 345.
Подлинные грамоты Ходкевича не сохранились, но их содержание пересказано в ответных грамотах от имени Воротынского. В частности, в них дана следующая цитата из грамот Ходкевича. Королю известно, что «отчизна удельная» князя Михаила «подошла» у границы московского царя за Угрой от Москвы «под панство его королевские милости великое княжество Литовское к Севере, для которые яз (кн. М. И. Воротынский. — Р. С.) отчизны своее удельные вмале не пил чаши отца своего князя Ивана Михайловича...» (Послания Ивана Грозного, стр. .266; ср. стр. 675). Отец М. И. Воротынского был уморен в московской тюрьме как сообщник бежавшего в Литву кн. С. Ф. Бельского.
Описи царского архива, стр. 50.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 344. Воротынский был доставлен на Белоозеро к началу 1563 года. Приставы, сторожившие его, менялись ежегодно между февралем и апрелем. Деньги на «годовой обиход» высылались на Белоозеро ежегодно к 25 марта. (См. Отрывок дела о ссылке Воротынского в 1564—1566 гг.— АИ, т. I, № 174, стр. 334—335).
В июне 1563 г. опальному были присланы из Москвы шубы, кафтаны, посуда и т. д. Только в счет недодачи за 1564 г. Воротынский получил в следующем году «жалованья» три ведра рейнского вина, 200 лимонов, несколько пудов ягод (изюма), а также 30 аршин бурской тафты, 15 аршин венецианской на платье княгине и т. д. (См. АИ, т. I, № 174„ стр. 334—335).
ПСРЛ, т. XIII, стр. 344.
СГГД, т. I, № 178, стр. 487.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 344.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 366.
См. Г. А. Власьев. Потомство Рюрика, т. I, ч. I, СПб., 1906. стр. 56. В 1564 г. кн. А. И. Воротынский заместничал во Ржеве с боярином кн. И. И. Пронским. «Не вели нашего отечества отнять, — писал он царю. — ...пощади государь, не выдай нас Пронскому князю Ивану, чтоб мы, холопи твои, в вековом позоре не были! Царь, государь, смилуйся, пожалуй!» 4 августа 1564 г. Грозный отклонил его челобитье. «И ты бы, князь Александр, — писал Иван, — знал себе меру!» (См. Разряды, лл. 311 об —312).
20 июля 1561 г. на смену Курлятеву в Смоленск был послан боярин М. Я. Морозов. (См. Витебская старина, т. IV, стр. 69).
Описи царского архива, стр. 36.
Когда в Литву пытались бежать после московского пожара кн. М. В. Глинский и кн. И. И. Пронский, они оправдывались тем, что «поехали были молитися в Ковец к Пречистей и съехали в сторону, не зная дорогы», т. е. примерно так же, как позже оправдывался Курлятев. (См. ПСРЛ, т. XIII, стр. 155).
ПСРЛ, т. XIII, стр. 344.
ДДГ, стр. 480. (Курсив наш. — Р. С.)
См. ПСРЛ, т. XIII, стр. 367; Сб. РИО, т. ,71, стр. 174.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 344; П. Строев. Списки иерархов, стр. 286.
Курбский. Сочинения, стр. 280.
Крымский хан повторил прежние мирные предложения в апреле 1561 г. Грозный писал в Крым «о дружбе» спустя полгода. (См. ПСРЛ, т. XIII, стр. 332, 339).
В апреле 1562 г. Вишневецкий был послан на Днепр делать «недружбу» крымцам. (См. ПСРЛ, т. XIII, стр. 341).
ПСРЛ, т. XIII, стр. 342.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 345.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 366.
См. Г. В. Форстен. Балтийский вопрос, т. I, стр. 199—207, 234—236.
Сб. РИО, т. 129, стр. 98; ПСРЛ, т. XIII, стр. 333.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 342.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 332—333; Псковские летописи, т. II, стр. 241; Разряды, л. 279.
Сб. РИО, т. 71, стр. 236; ПСРЛ, т. XIII, стр. 339.
Псковские летописи, т. II, стр. 241.
ПСРЛ, т. XIII, стр. 340—343.
Под Невелем воевода Курбский с армией в 15 тысяч человек безуспешно атаковал четырехтысячный отряд литовцев с десятком полевых орудий. Битва имела неопределенный исход: «с обеих сторон потерноулися, — замечает летописец, — и языков наши взяли оу них». (См. Псковские летописи, т. II, стр. 243). Будучи ранен, Курбский отказался возобновить атаки на другой день битвы, за что будто бы заслужил упрек со стороны младшего воеводы кн. Ф. И. Троекурова. (См. Хроника Бельского.— Витебская старина, т. IV, стр. 158; Разряды, л. 285). В Москве были недовольны исходом невельской битвы. «Како же убо под градом нашим Невлем, — писал царь Курбскому два года спустя, — пятьюнадесять тысяч четырех тысеч не могосте победити, и не токмо убо победисте, но и сами от них язвени едва возвратишася, сим ничто же успевшу?». (Послания Ивана Грозного, стр. 56).
