моря…»1923.
Основная привилегия Великих Европейских держав заключалась в их мировых колониальных империях, а также в британском фунте, который определял финансовую и торговую систему всего мира.
Но гордый Альбион сдаваться не собирался. Для того, что бы вернуть себе прежнее положение на мировом финансовом рынке ему, прежде всего, было необходимо восстановить золотой стандарт фунта стерлингов, отмененный во время войны. Эту цель новый управляющий Английским банком М. Норман провозгласил уже в своей первой официальной речи (15 июня 1920 г.): «Мы изо всех сил стараемся вернуться к… золотому стандарту. Страна-должник не может позволить себе более низкую процентную ставку, чем страна-кредитор, а наша процентная ставка сейчас ниже, чем в Америке»1924.
Золотой стандарт лежал в основе могущества британского фунта: именно с его установления началась эра промышленного и экономического процветания Англии. «Соотношение обменного курса золота к фиксированной корзине товаров и услуг оставалось стабильным с тех пор, как сэр Исаак Ньютон в 1717 г., будучи главой британского Королевского монетного двора, определил золотое содержание фунта стерлингов в 4,25 фунта за унцию золота»1925. «Вера в золотой стандарт, – отмечал американский экономист К. Поланьи, – была верой века»1926. «Консерваторы, – подтверждал Гринспен, – превозносили золото, как бастион противостоящий не только экономическому хаосу, но и краху цивилизации в целом»1927.
Для того чтобы накопить, необходимые для введения золотого стандарта, золотовалютные резервы, Норман поднял процентную ставку с 6 % до 7 % – на целый пункт выше, чем в Нью-Йорке. Высокая процентная ставка стимулировала приток капиталов в страну, но одновременно подавляла ее промышленность. «Норман, – по словам его биографа А. Боуле, – буквально душил Британию семипроцентной ставкой, «доведя численность безработных более чем до одного миллиона человек»1928. «У нас, – подтверждал в 1923 г. Ллойд Джордж, – насчитывается 1 400 000 рабочих, занесенных в списки безработных… Ежегодный расход правительства на прокормление безработного населения превосходит 100 млн. ф. ст. – цифра, равняющаяся приблизительно платежу по германской военной контрибуции…»1929. В ответ Норман заявлял, что «безработные в настоящий момент просто не могут быть обеспечены работой»1930.
В начале 1924 г. к власти в Британии пришло первое лейбористское правительство. И в июне того же года вдруг неожиданно финансовые потоки между Лондоном и Нью-Йорком изменили свое направление. Причина крылась в повышении процентных ставок Федеральным резервным банком Нью-Йорка. В результате золото, ранее накопленное Лондоном, потекло на Уолл-стрит1931. Все усилия Нормана направленные на введение золотого стандарта оказались под угрозой и в октябре 1924 г. правительство лейбористов пало, а ему на смену пришли консерваторы.
Сменила направление и процентная ставка в Нью-Йорке, которая вновь пошла вниз, воскрешая надежды на восстановление золотого стандарта. Не хватало только золота. На помощь своему английскому коллеге поспешили и американские банкиры. Основной партнер Моргана Р. Леффингвелл еще в 1923 г. заявлял, что: «продаст последнюю рубашку, чтобы помочь англичанам в беде… Можно ли представить себе картину более обнадеживающую, чем Англия и Америка, объединяющие усилия в борьбе за честные деньги?»1932. Дж. П. Морган в декабре 1924 г. предупреждал Нормана, что вековой авторитет Великобритании вылетит в трубу, если она не осуществит восстановление золотого стандарта1933.
Американские банкиры снабдили Нормана необходимыми кредитами: золотой запас Английского банка составлял тогда 153 млн. ф. ст. руководитель ФРС Б. Стронг организовал резервный кредит Федеральной резервной системы в 200 млн. долл., Морган добавил еще 100 млн. Таким образом, золотой стандарт Великобритании создавался в основном на заемные американские капиталы. При этом золотой запас был крайне ограничен. С самого начала Норман оперировал «весьма скудным золотым резервом», с «покрытием», редко превосходившим 2–3 % от общей денежной массы1934.
Против введения золотого стандарта выступил Дж. Кейнс: «Возврат к золотому стандарту, отдаст послевоенную Британию на милость чиновников Федеральной резервной системы США, – утверждал он, – Золотой запас США в 6 раз выше Британского, а это означало, что если американцы и смогут выдерживать колебания своего золотого запаса, то на Британии это отзовется в 6 раз чувствительнее. К тому же Британия была должником Соединенных Штатов – в отличие от прошлых времен, когда она являлась их главным кредитором»1935. При такой тонкой золотой прослойке, подтверждал Препарата, любое требование возмещения золотом сколько-либо значительной суммы могло потрясти систему1936.
С «течением времени, – отмечает Бернстайн, – выяснилось, что предостережения Кейнса оказались серьезнее всех прочих»1937. Предостережение оправдалось уже в 1927 г. когда у Нормана возникли проблемы с покрытием фунта. Норману не оставалось ничего другого, как просить Стронга о помощи. Тот с охотой согласился. Федеральный резерв не только понизил процентные ставки, но и предоставил Лондону заем на 60 млн. долл. Однако этого оказалось недостаточно, в результате Федеральный резерв, вплоть до октября 1929 г., активно скупал стерлинговые векселя, а в преддверии кризиса, летом 1929 г. нью-йоркский банковский консорциум поддержал Нормана, предоставив ему кредитную линию на 250 млн. долл.
Активное участие американских банкиров в спасении золотого стандарта своего британского прародителя, диктовалось не столько родственными чувствами, сколько вполне прагматичными целями. Этот вывод можно сделать из заявления Стронга 1924 гожа в поддержку Нормана, в котором он утверждал, что «проволочки с нарушением золотого стандарта в Британии могут привести к «длительным неурядицам, серьезность которых трудно даже представить… Это может побудить всех тех, кто предлагает новые чудодейственные лекарства не на основе золотого стандарта, попытаться продать свой товар»1938. Стронга беспокоило то, что ослабленные войной европейские валюты, отказавшиеся от золотого стандарта, повышали конкурентоспособность европейских товаров, по сравнению с американскими. И американцы бросились на спасение золотого стандарта своего главного торгового конкурента.
В Англии наиболее ревностным сторонником введения золотого стандарта был Черчилль. В ответ на один из его пассажей Кейнс направил Норману свою знаменитую записку – «Churchill's Exercise», в которой утверждал, что «золотой резерв и золотой стандарт являются, по сути дела, пережитками начальной и переходной стадий развития финансов и кредита». В качестве радикального средства предлагалось не возвращаться к золотому стандарту, а вместо этого отправить в Нью-Йорк 100 млн. фунтов стерлингов золотом в уплату долга, накопившегося за время войны, и вызвать тем самым инфляцию в США1939.
Но Черчилль был непреклонен: «Если английский фунт не станет вновь стандартом, известным каждому и пользующимся доверием… в бизнесе не только Британской империи, но и во всей Европе вместо фунта стерлингов будет использоваться доллар. Мне кажется, это было бы очень печально»1940.
Золотой стандарт Великобритания установила в 1925 г. по довоенному курсу фунта стерлингов1941. Между тем инфляция за время войны повысила цены в Англии втрое, и даже в 1925 г. они оставались вдвое выше, чем в 1914 г. В США
