нему арьергард. Ланну он приказал выдвинуться в Кристбург и Заальфельд, Мортье – следовать в том же направлении из Диршау, и обоим взять с собой как можно больше продовольствия. Легкая кавалерия воссоединялась в Эльбинге, тяжелая кавалерия – в Кристбурге, и обе направлялись на Заальфельд. Три драгунские дивизии, стоявшие лагерями в Бишофсвердере, Страсбурге и Зольдау, получили приказ воссоединиться с корпусом Даву. На выполнение этих движений требовалось двое суток, после чего вокруг Заальфельда и Остероде должно было сосредоточиться 160 тысяч человек. Кроме того, Наполеон выдвинул из Финкенштейна на Заальфельд свою гвардию и приготовился сам покинуть Финкенштейн на следующий день, 6-го числа, когда движения неприятеля станут более выраженными и его замыслы прояснятся. Наполеон отослал в Данциг свой двор и Талейрана, неприспособленного к тяготам и опасностям жизни в штаб-квартире.
Шестого июня русские колонны, которым назначалось продолжать атаку на корпус Нея, оказались более сконцентрированными, и Нею предстояло иметь дело уже с 30 тысячами пехотинцев и 15 тысячами конников. После потерь, понесенных днем ранее, он мог противопоставить неприятелю лишь 15 тысяч человек. Но Ней всё предусмотрел, заранее отправив за Деппен раненых и обозы, чтобы дорога была свободна и его армейский корпус не встретил на пути никаких препятствий. Вместо того чтобы спешно сняться с лагеря, Ней гордо дождался неприятеля, выстроив бригады двух дивизий эшелонами, выступавшими за фланги друг друга. Каждый эшелон, прежде чем отступить, открывал огонь и даже атаковал в штыки, после чего отходил, предоставляя заботу сдерживать русских следующему эшелону. Благодаря искусному выбору позиций и невероятной уверенности его солдат Ней сумел на многие часы растянуть отступление менее чем на два лье. Дойдя до небольшого озерца, неприятель совершил ошибку и разделился, обходя французов с двух сторон. Бесстрашный маршал остановился и перешел в наступление, оттеснив русских далеко назад и обеспечив войскам возможность спокойно отойти к мосту Деппена, за которым они были надежно защищены от нападения. Дойдя до моста, он выгодно поставил артиллерию перед Пассарге и, едва показывался неприятель, забрасывал его ядрами.
На левом фланге, в нижнем течении Пассарге, русские колонны оставались без движения, в ожидании исхода боя между Гуттштадтом и Деппеном. На правом фланге корпус Даву, на марше с предыдущего дня, без происшествий перешел на фланг Нея, чтобы поддержать его или передвинуться к Остероде.
Вечером 6-го Наполеон, направив на Заальфельд все свои арьергарды, прибыл туда лично и узнал, что в низовьях Пассарге днем царило величайшее спокойствие, что в верховьях Пассарге бесстрашный Ней произвел удачнейшее отступление к Деппену и что Даву уже движется на правый фланг Нея. Всё шло как нельзя лучше.
На следующий день, 7-го числа, Наполеон решил сам передвинуться на аванпосты в Деппен и оставил приказ всем корпусам, двигавшимся на Заальфельд, следовать за ним к Деппену. Утром 8 июня он в Деппен, поблагодарил Нея и его войска за доблесть и увидел, что русская армия по-прежнему остается без движения, словно ее главнокомандующий не знает, какое принять решение. Тогда, чтобы судить о подлинных намерениях противника, Наполеон приказал провести мощную отвлекающую атаку. Русские отразили ее так, словно собирались скорее отступать, нежели продолжать наступление.
В самом деле, генерал Беннигсен, видя бессмысленность усилий против корпуса Нея, незначительность успехов, достигнутых в других пунктах Пассарге, и стремительное сосредоточение французской армии, быстро признал, что более энергичное движение на Варшаву, с Наполеоном на правом фланге, приведет его лишь к разгрому. Поэтому он принял решение остановиться. Проведя в сомнениях день 7-го в Гуттштадте, он решил наконец уйти за Алле и занять давно подготовленную оборонительную позицию. Вечером 7 июня он предписал своей армии первое попятное движение на Квец. Восьмого, узнав о движении большинства французских корпусов на Деппен, он утвердился в своем решении отступить и предписал всем дивизиям направляться на Гейльсберг, спускаясь по Алле. Багратиону с его дивизией и казаками было поручено прикрывать отступление.
Вечером 8-го русская армия полностью отступила. Девятого она завершала переход через Пассарге у Гуттштадта, когда появились французы. В окрестностях Деппена собралась уже значительная часть французских войск. Ланн, гвардия и Мюрат, прибывшие в Деппен вечером 8-го, сформировали вместе с корпусом маршала Нея подразделение в 50–60 тысяч человек и живо потеснили неприятеля. Кавалерия Мюрата, перебравшись через Алле вплавь, устремилась по пятам Багратиона. Казаки проявили более хладнокровия, чем обычно, сплотились вокруг русской пехоты и доблестно выдержали огонь легкой артиллерии.
В это время Сульт, перейдя по приказу Наполеона Пассарге в Эльдиттене, встретил корпус генерала Каменского у Вольфсдорфа, опрокинул одно из его подразделений и взял множество пленных. Даву приближался к Гуттштадту. Наполеон располагал корпусами Даву, Нея, Ланна, Сульта, а также гвардией и Мюратом, которые его и не покидали, и корпусом Мортье, который следовал за ним на расстоянии одного перехода. Эти войска представляли силу в 126 тысяч человек, не считая корпуса Бернадотта. Генерал же Беннигсен, оставивший, как и Наполеон, один из своих корпусов (18 тысяч человек) на Нареве и обреченный при спуске вдоль Алле разделиться с Лестоком (еще 18 тысяч), мог противопоставить Наполеону лишь свои центральные силы, то есть примерно 100 тысяч человек, за вычетом 6–7 тысяч убитых и раненых, оставшихся на подступах к укреплениям.
План Наполеона созрел быстро, ибо естественно вытекал из всего, что было предусмотрено, задумано и подготовлено в последние четыре месяца. Теперь Наполеон решил выдвинуться вперед, обойти правый фланг русских, отрезать их от моря, отбросить на Алле и Прегель, опередить в Кенигсберге и захватить у них на глазах этот драгоценный опорный пункт, где пруссаки содержали свои последние ресурсы и куда англичане посылали обещанную коалиции помощь.
Столь глубоко и давно обдуманные планы претворились в точные диспозиции, над которыми Наполеону не пришлось размышлять ни минуты. Он отдал приказ от 9 июня: Даву без промедления присоединиться к правому флангу армии, Нею отдохнуть один день в Гуттштадте после жестоких боев, после чего также присоединиться к армии, маршалу Сульту и коннице Мюрата двигаться от Лаунау вдоль реки Алле к Гейльсбергу, Ланну сопровождать Сульта, Мортье ускорить шаг и выйти на соединение с основной частью армии. Сам Наполеон с гвардией последовал в том же направлении и предписал корпусу Бернадотта, временно переданному под командование генерала Виктора, сосредоточиться в низовьях Пассарге, дабы выдвинуться за реку, как только планы неприятеля на левом фланге французов прояснятся.
Десятого июня французские корпуса передвигались по левому берегу Алле на Гейльсберг. Нужно было пройти через ущелье у деревни Беверникен. В нем обнаружился сильный арьергард, оттеснив который французы оказались в виду позиций, занятых русской армией.
После стольких самонадеянных демонстраций неприятельский генерал должен был испытывать искушение не отступать
