ветеринарной помощи и введение общегосударственного и общедоступного страхования крупного рогатого скота». Много внимания было уделено мерам по уменьшению сельских пожаров. Самым радикальным разрешением этой проблемы было признано расселение крестьян на хутора, поощрение строительства глинобитных построек и огнеупорных крыш, поддержка развития черепичных и кирпичных заводов, нормирование цен на их продукцию в расчете на доходы среднего крестьянского хозяйства. Признавалось также крайне важным в ближайшем будущем «уменьшение или совершенное снижение таможенных пошлин с локомобилей, паровых молотилок, других сельхозорудий, а также удобрительных туков и чилийской селитры, которые в России не производятся», уменьшение железнодорожных тарифов на их перевозку. Одновременно губернский комитет ходатайствовал перед правительством о мерах по ограничению вывоза из губернии за границу отрубей и жмыхов и других кормов для скота, были намечены конкретные действия по улучшению качества поголовья. Часть решений затрагивала сельское дорожное строительство, возведение элеваторов, складских помещений и т. д. Но более всего беспокоило членов губернского комитета и его председателя П.А. Столыпина все возрастающее обезземеливание крестьян и как следствие его – отток сельского населения в города, а также нелегальный выезд на заработки за границу. В связи с этим предлагалось вместо безуспешных запретов временной трудовой эмиграции дать ей правильную организацию через учреждение справочных контор и налаживание приемлемой паспортной системы. Вместе с тем П.А. Столыпину удалось убедить членов комитета, что все их решения являют собой лишь ряд, хотя и нужных, но полумер, сердцевина же всех стоящих перед ними проблем – это переход от так называемого шнурового пользования наделами к хуторному, и что «вне этого изменения землепользования поднятие уровня культуры крестьянских хозяйств невозможно». Исходя из признания, что «дробление надельной земли стало принимать угрожающий общему крестьянскому благосостоянию характер», польза от расселения крестьян на хутора была признана комитетом «не подлежащей сомнению». Для успеха этого дела было признано «настоятельно важным издание закона, в силу которого приговоры сельских сходов о переходе к хуторному пользованию наделом могли бы получать обязательную силу». Кроме того, для предотвращения распыления земельной собственности на такие малые части, которые не в состоянии прокормить крестьянскую семью, предлагалось законодательным путем установить размер необходимого минимального участка земли, который не мог быть делим ни при каких условиях[232].
В качестве важнейшей меры по подъему сельского хозяйства губернии, ввиду значительности площадей болот, П.А. Столыпин рассматривал мелиорацию. Говоря об эффективности мелиоративных работ, он приводил в пример Пруссию, где дренаж болот дал подъем урожайности вдвое. Указывал гродненский губернатор на положительный опыт европейских стран и в других областях сельского хозяйства, в частности на «блестящую постановку молочного хозяйства в Дании и на успехи улучшения пород рабочих лошадей в Бельгии». Заметив, что многие эпизоотии вызваны слабым ветеринарным надзором на границе с Германией, в приграничных районах которой распространяется ящур, высказался за установление жесткого ветеринарного надзора. К числу насущных задач в аграрном секторе П.А. Столыпин относил развитие мелкого кредита и кооперации, внутренней и внешней торговли, дорожное строительство. При этом он был против излишней централизации, считая, что местные люди сами лучше разберутся, какие виды улучшений у них наиболее перспективны.
Успех аграрных мероприятий губернатор ставил в прямую зависимость от их системности. Мероприятия сразу должны охватить большую часть хозяйств, настаивал он, так как единичные попытки «едва ли могут поднять общий уровень сельскохозяйственной промышленности целого района или всей губернии». Вместе с тем на заседаниях комитета о нуждах сельскохозяйственной промышленности П.А. Столыпин решительно пресек попытки начать обсуждение вопросов о реформе волости и введении земства в западных губерниях, заявив, что данные темы не имеют отношения к предмету занятий комитета. Губернатор предупредил, что всякий вопрос, связанный с политическими соображениями, им, по праву председателя, будет снят с очереди. На заседаниях комитета он высказался за страхование рабочих, видя в нем средство против распространения социалистических идей.
Последнее заседание губернского комитета состоялось 28 января 1903 г. На нем князь Святополк-Четвертинский от имени присутствующих попросил председателя комитета П.А. Столыпина принять сердечную благодарность членов комитета «за умелое, беспристрастное, всецело направленное на пользу дела умиротворяющее ведение прений». П.А. Столыпин со своей стороны, выразив искреннюю признательность членам комитета за плодотворную и дружную работу по всестороннему обсуждению нужд сельскохозяйственного производства вверенной Гродненской губернии, объявил работу комитета завершенной. После чего добавил, что надеется, несмотря ни на какие трудности, на успешную реализацию всего задуманного[233].
Между тем трудности не заставили себя ждать. После того как материалы Гродненского комитета были опубликованы в составе 58 томов, полученных из 300 уездов всех губерний империи, для их изучения была создана специальная научная комиссия «с целью систематизации и выяснения общественного значения работ местных комитетов» во главе с либеральным историком П.Н. Милюковым. В составе ее работали такие видные ученые (юристы, агрономы, землеустроители, экономисты, статистики), как К.К Арсеньев, В.М. Гессен, И.В. Гессен, М.И. Ипполитов, А.А. Леонтьев, В.А. Розенберг, И.М. Страховский, Н.В. Чехов, Г.И. Шредер. Результатом этой работы стало издание большого сборника статей, озаглавленного «Нужды деревни по работам комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности» (СПб., 1904 г., 439 с.). Во введении к нему П.Н. Милюков, обобщая «итоги» работы Особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности и его местных комитетов, в частности, писал, что воспринимать их можно лишь в качестве «мнения», которое «теперь есть также и сила, способная устранить тлетворное влияние сил ему противоположных»[234].
Наибольшее количество критических замечаний в адрес Гродненского комитета и его председателя П.А. Столыпина сделал либеральный публицист, юрист, литературовед и общественный деятель К.К. Арсеньев. В основном разделе сборника «Сельскохозяйственные комитеты в не земских губерниях» он высказал недоумение по поводу преобладания в составе комитетов чиновников и отсутствия крестьян. Следует заметить, что П.А. Столыпин добивался присутствия на заседаниях комитета крестьян, но последние в силу разных причин уклонились от участия в работе последних. Другое замечание со стороны К.К. Арсеньева было вызвано тем, что на одном из заседаний «председатель Гродненского губернского комитета снял с повестки дня рассмотрение вопроса о земской реформе, ограничившись лишь приобщением к делам комитета». «В том же комитете не было допущено обсуждения записки князя Святополк-Четвертинского о неудобстве постановлений, регулирующих землевладение в Западном крае». В этом смысле, заключал автор, постановления комитетов Северо-Западного края «отличаются вообще меньшей решительностью и определенностью, чем в юго-западных губерниях… Иногда, как, например, в Гродненском губернском комитете, ограничительные постановления, касающиеся поляков и евреев, навлекали на себя председательское (то есть П.А. Столыпина) вето»[235]. Оказала ли критика К.К. Арсеньева какое-то воздействие на позицию П.А. Столыпина в те годы и какова была его реакция на нее, доподлинно неизвестно[236].
Губернатор,
