261
Ср.: «Но для общины, каковой была римская, где формально господство правового порядка целиком и полностью основывалось на тезисе о том, что община может поступать несправедливо, но никогда не делает этого, сакросанктный закон, по сути, неотменим» (Mommsen Th. Römisches Staatsrecht. Bd. III. S. 362).
Cic. De off., III, 109; В. Друман и Ф. Мильтнер предполагают — на мой взгляд, необоснованно, — что предложение о выдаче Помпея не было удовлетворено уже сенатом (Drumann W., Croebe P. Geschichte Roms… Bd. IV. S. 315; MiltnerF. Pompeius. Sp. 2057).
Т. Моммзен, который определенно одобряет расторжение Кавдинского договора в том виде, в каком это описано у Ливия, в случае с Помпеем обвиняет сенат в несправедливости: «Таким образом, вероломство Помпея получило государственную санкцию» (Моммзен Т. История Рима. Т. И. СПб., 1994. С. 15).
Подлинные причины неизвестны, ср.: Miltner F. Pompeius. Sp. 2057.
А. Шультен, исходя из этого факта, предполагает, что лагерь Попилия находился в самом городе. Правда, его пребывание там он относит к 138/137 г. (Schulten A. Numantia. Bd. I. München, 1914. S. 361. Anm. 5).
Первое известие об этом Оксиринхская эпитома Ливия (55, Z. 201—202) относит уже ко времени отклонения ходатайства убийц Вириата.
Ливии называет дезертира Гаем Матиеном (per. 55; см. также: Ер. Oxyrh. 55, Z. 207-209; Frontin., IV, 1, 20).
Воинский набор, столкновение с народными трибунами, наказание дезертиров, расследование дела об убийстве в Сильском лесу: Cic. Brut., 85-88.
Ф. Мюнцер предполагает, что упомянутая у Феста речь Сципиона «Об империи Децима Брута» (De imperio D. Bruti) (ORF2, fr. 27) являла собой рекомендацию необычного дополнительного продления его командования (Münzer F. Iunius. Sp. 1022).
Детальный рассказ см. у Фронтина III, 17, 9: «Осажденные нумантинцы не выстраивались в боевой порядок даже перед валом и так упорно отсиживались, что Попилий Ленат решился начать штурм го-рода при помощи лестниц. Затем он заподозрил засаду, ибо даже и тут не было оказано сопротивления, и отозвал своих; нумантинцы совершили вылазку и напали на врагов, когда они были обращены к ним спиной и спускались». — Пер. А. Б. Рановича; в целом о поражении см.: Liv., per. 55; Ер. Oxyrh. 55, Z. 212 (со значительными дополнениями). К этим же событиям относится, по-видимому, фрагмент Луцилия (621М): «славь победу Сципиона, осуди Попилия! (percrepa pugnam Popili, facta Corneli cane)». Таково правильное, на мой взгляд, мнение А. Шультена (Schulten A. Numantia. Bd. I. S. 361. Anm. 4) вопреки точке зрения К. Цикориуса (Cichorius К. Unter- suchungen zu Lucilius. Berlin, 1908. S. 31).
Напрашивающееся предположение о том, что Аппиан здесь путает лузитан и лузонов, а потому ведет речь о событиях, относящихся к переговорам с Вириатом в 139 г. (так у А. Шультена в работе: Schulten A. Polybius und Posidonius uber Iberien und iberischen Kriege // Hermes. Bd. 46. 1911. S. 602, иначе см.: Schulten A. Numantia. Bd. I. S. 362), нужно, по-видимому, все же отклонить (см. выше, с. 182). Не говоря уже о том, что Аппиан пишет о лузонах как о соседях нумантинцев, налицо хронологическое несовпадение: переговоры с Вириатом проходили самое позднее в 139 г., тогда как экспедиция против лузонов состоялась лишь в 138 г., как то, кажется, вытекает из рассказа Аппиана (Iber., 79, 345). К тому же сходство этих этнонимов у Аппиана не так уж велико: Λούσονες и Λυασιτανοί.
В борьбе вокруг закона о тайном голосовании (lex tabellaria) Лепид и Сципион Эмилиан занимали враждебные друг другу позиции; ср.: Cic. Brut., 97.
Обсеквент сообщает и о других предзнаменованиях, имевших место в этом году.
Auct. de vir. ill., 59, 1: «Сначала он решил поднять дисциплину в войске, принятом им от Помпея (exercitum Pompei acceptum prius corrigere decrevit)» (пер. В. С. Соколова) — ср.: Schulten A. Numantia. Bd. I. S. 361. Anm. 7. Кроме того, имя Помпея упоминается в связи с низкой дисциплиной армии в высказывании Манцина, когда он возлагал всю вину на Помпея (Арр. Iber., 83, 359). Однако то, что Манцин поначалу действительно намеревался улучшить дисциплину, судя по прочей традиции, неправдоподобно и вымышленно с целью увязать с фактами последующий анекдот (Auct. de vir. ill., 59, 1—4: Манцин с войском отправился для поднятия дисциплины «…в пустынное место. Но случайно в тот день нумантинцы, согласно своему обычаю, торжественно праздновали браки своих дочерей. И так как у одной особенно красивой девушки было два жениха, отец ее поставил условие, что она выйдет замуж за того, кто принесет правую руку, отрубленную у врага. Юноши, выступившие с этою целью, узнают об уходе римлян — столь поспешном, что он напоминал бегство. Они сообщают об этом своим. Те сейчас же с четырьмя тысячами воинов истребили двадцать тысяч римлян». — Пер. В. С. Соколова).
Гасить огонь в лагере, несмотря на присутствие в нем войск или, наоборот, оставлять его зажженным даже после ухода солдат — часто использовавшийся прием обмана противника.
Согласно Аппиану (Iber., 80, 346—347) и Плутарху (Tib. Gr., 5, 3), с учетом Клавдия Квадригария (fr. 75 HRR): «…отступая, вчера вечером он наткнулся на нумантинцев (heri recedens vesperi Numantinis incidit)». Толкование фрагмента, конечно, остается спорным.
О совершенно безвыходном положении сообщают: Liv., per. 55; Oros., V, 4, 20; Flor., I, 34, 5-6; Plut. Tib. Gr., 5, 3. Топографические комментарии см. у А. Шультена: Schulten A. Numantia. Bd. I. S. 362—363. На мой взгляд, исследователь недостаточно учитывает ясное указание Аппиана на то, что Манцин был окружен в лагере Нобилиора, т. е. на холме Гран Аталайя к востоку от Реньебласа, а не в дефиле, как то имело место при Кавдине.
Клавдий Квадригарий (fr. 73); ср.: Schulten A. Numantia. Bd. I. S. 363. Anm. 3; видимо, к этим же событиям относится фрагмент Валерия Антиата: «Поскольку они совсем недавно заключили с нами договор (quod novissime nobiscum foedus fecissent)» (fr. 58). Реплика вполне могла принадлежать нумантинцам.
20 000: Plut. Tib. Gr., 5, 6; Auct. de vir. ill., 59, 3; 30 000: Liv., per. 55; эта цифра, как считал А. Шультен (Schulten A. Numantia. Bd. III. S. 39), отражает состояние войска на 140 г. после получения им подкреплений, но до начала новых операций; 40 000 — у Флора (I, 34, 2 = II, 18, 2) и Орозия (V, 7, 3), но у них при этом речь идет не о катастрофе, постигшей Манцина, а о численности римской армии под Нуманцией вообще. Изучение вопроса о том, какие силы использовали римляне в войне против Нуманции, показывает, что цифра в 40 000 преувеличена (Schulten A. Numantia. Bd. III. S. 38—41). To, что речь идет о 4000 врагов, конечно, не случайно (Flor., II, 18, 2; Auct. de vir. ill., 59, 3; Oros., V, 7, 3). Куда ведут подобные акцентировки, показывает Орозий, у которого война длится целые 14 лет — явно ошибочно (Флор правильно пишет об 11 годах), очевидно, по аналогии с 14 годами войны с Вириатом (Oros., V, 4, 14).
«Ненависть из-за Нумантинского договора (invidia Numantini foederis)» была направлена против Манцина (Cic. De orat., I, 181) и Тиберия Гракха (Cic. De har. resp., 43; Brut., 103).
Один из главных участников диалога Цицерона «О государстве», например, I, 17.
По мнению Т. Р. С. Броутона, Атилий командовал флотом при Сципионе во время осады Карфагена, ср.: Арр. Lib., 543 (см.: Broughton Т. R. S. The Magistrates of the Roman Republic. Vol. I. P. 465).
По-видимому, 74-й фрагмент Клавдия Квадригария хорошо вписывается в этот контекст: «Они (друзья Манцина. — Г. С.) вспоминали прежде войну, в которой сами участвовали (qui prior bellum, quod cum his gestum erat, meminissent)».
Этот договор они определяли как «позорнейший» (foedus turpissimus: Oros., V, 4, 20; аналогично у Веллея Патеркула: Veil. Pat., II, 1, 4; II, 90, 3; Val. Max., I, 6, 7); «постыдный» (flagitiosum: Auct. de vir. ill., 64,1; dedecus flagitii: Flor., I, 34, 7 = II, 18, 7); «бесславный мир» (pax ignominiosa: Liv., per. 55; infamis: Eutrop., IV, 17, 1); «позорнейший мир» (αίσχισται σπονδαί: Арр., Iber., 80, 348); «позорный договор» (αισχραι συνθεκαι: 83, 360); «все содеянное было признано страшным позором для римлян» (ή όλη πράξη ώς δεινή καί καταισχύνουσα τήν 'Pώμεν: Plut. Tib. Gr., 7, 1).
Ibid. S. 51: на втором заседании сената.
По X. Ниссену (Nissen H. Die Caudinische Friede. S. 55) Тиберий Гракх позаимствовал этот тезис из речей народных трибунов 321 г.
Плутарх обходит молчанием вопрос о том, как далеко зашел в своих оправданиях Гракх и какие аргументы он использовал в свою защиту. Вопрос этот был весьма щекотливым, если иметь в виду как Манцина, так и нумантинцев.
