мы не находим ответ на вопрос о том, как это произошло. Возможно, дело здесь не только в политических оппонентах. Если с доверием отнестись к сообщениям древних авторов, активность мог проявить афинский демос. В источниках отмечается возросшее (вместе с ростом влияния) самомнение Фемистокла, что перестало нравиться народу. Хотя обвинения в адрес Фемистокла чаще всего звучали в ареопаге, членом которого он был[734], немалую роль в ослаблении позиций Фемистокла и его изгнании все же мог сыграть и демос[735]. «Так как уже и сограждане из зависти охотно верили разным наветам на Фемистокла, – замечает Плутарх, – ему приходилось поневоле докучать им в народном собрании частыми напоминаниями о своих заслугах…Он навлек на себя неудовольствие народа также и постройкой храма Артемиды, которую он назвал “Лучшей советницей”, намекая этим на то, что он подал городу и всем эллинам самый лучший совет, и к тому же построил этот храм близ своего дома в Мелите…..Фемистокла подвергли остракизму, чтобы уничтожить его авторитет и выдающееся положение; так афиняне обыкновенно поступали со всеми, могущество которых они считали тягостным для себя и не совместимым с демократическим равенством. Остракизм был не наказанием, а средством утишить и уменьшить зависть, которая радуется унижению выдающихся людей и, так сказать, дыша враждой к ним, подвергает их этому бесчестью» (
Plut. Them. 22; ср.
Dem. 23. 205) [736].
Об активности демоса в процессе изгнания Фемистокла говорит немалое количество найденных археологами острака с его именем. На сегодняшний день известно более двух тысяч острака с именем Фемистокла, а точнее – 2264[737]. По их количеству Фемистокла можно поставить на второе место после Мегакла. Правда, следует учитывать, что вопрос о его изгнании как минимум, дважды выносился на голосование. Первый раз – в конце 80-х годов – в разгар его соперничества с Аристидом[738]. Поэтому установить, какое количество острака относится к данной остракофории, очень сложно. И все же приведенная цифра (даже если ее условно поделить пополам) достаточно внушительная и может свидетельствовать об активном участии демоса в изгнании Фемистокла. А нам остается только гадать, было ли тому причиной охлаждение афинян к своему лидеру или успешная пропаганда его врагов.
Как бы то ни было, Фемистокл изгоняется из Афин[739]. Вместе с ним подверглись наказанию некоторые из его друзей. Плутарх приводит рассказ Стесимброта о том, что некий ахарнянин Эпикрат тайно вывез из Афин жену и детей Фемистокла. За это Кимон впоследствии присудил его к смерти (Plut. Them. 24)[740]. Однако этого врагам Фемистокла показалось недостаточно. Вскоре, уже будучи изгнанным из Афин, он подвергся новым, правда, на сей раз заочным обвинениям. Т.В. Кудрявцева полагает, что имело место так называемое чрезвычайное заявление (исангелия), которое, однако, рассматривалось не в ареопаге, а в народном собрании[741]. Этот вывод делается на том основании, что сведения о процессе содержит отрывок из Кратера (FGrHist 342 F11), корпус которого представляет собой Свод псефизм (постановлений) народного собрания. Однако для предположения о том, что рассмотрение исангелии было перенесено из ареопага в народное собрание (или гелиэю), нужны, на наш взгляд, более веские аргументы. Поэтому мы все же полагаем, что этот процесс происходил в ареопаге[742].
И опять же установить точную дату этих событий достаточно сложно[743]. Мотивами для возбуждения процесса становятся новые обвинения со стороны лакедемонян, а также активная антиспартанская деятельность Фемистокла в Аргосе[744]. «Изгнанный из отечества, – рассказывает Плутарх, – Фемистокл жил в Аргосе. Случай с Павсанием дал повод его врагам к выступлению против него. Обвинителем его в измене был Леобот, сын Алкмеона из Аглавры; в обвинении приняли участие также и спартанцы» (Plut. Them. 23; ср. Diod. XI. 54. 4). По-видимому, главными врагами Фемистокла в Афинах оказались Кимон и Алкмеониды, действовавшие заодно. Хотя в источниках есть некоторая путаница. В биографии Фемистокла Плутарх говорит, что обвинителем был не Леобот, а Алкмеон – отец упомянутого Леобота – и Кимон (Plut. Arist. 25).
Иначе говоря, основанием для повторных обвинений стали материалы, предоставленные лакедемонянами, расследовавшими дело Павсания[745]. Вот что пишет по этому поводу Фукидид: «Лакедемоняне, отправив послов к афинянам, обвиняли по делу Павсания вместе с ним в сочувствии к персам также и Фемистокла, доказательства чего они находили в показаниях против Павсания. Поэтому лакедемоняне потребовали подвергнуть такой же каре (т. е. смерти. – В. Г.) и Фемистокла. Афиняне поверили этому (Фемистокл, изгнанный остракизмом, проживал в то время в Аргосе, но посещал также и другие места Пелопоннеса) и вместе с лакедемонянами, выражавшими готовность преследовать Фемистокла, послали несколько своих граждан с приказанием доставить его в Афины, где бы они с ним ни встретились» (Thuc. I. 135. 2–3). В этом сообщении мы слышим о прибытии в Афины лакедемонских послов (чего не было ранее), выступивших, надо думать, в народном собрании, и о самом серьезном внимании к расследованию со стороны афинян.
О прибытии лакедемонских послов в Афины рассказывает и Диодор. «Они (послы. – В. Г.) также утверждали, что приговор за все преступления, совершенные против Эллады, нужно выносить не отдельно в Афинах, но на общем собрании эллинов, которое обычно созывалось в это время» (Diod. XI. 55. 4). Фемистокл, по словам сицилийского историка, полагал, что принятые на этом собрании решения будут угодны лакедемонянам (Diod. XI. 55. 5).
Рассказ Плутарха отличается в некоторых деталях. «После казни Павсания, – пишет он, – были найдены кое-какие письма и документы, относившиеся к этому делу, которые набросили подозрение на Фемистокла. Подняли крик против него спартанцы, а обвинять стали завидовавшие ему сограждане. Его не было в Афинах; он защищался письменно – главным образом против прежних обвинений. В ответ на клевету врагов он писал согражданам, что он, всегда стремившийся к власти и не имевший ни способности, ни желания подчиняться, никогда не продал бы варварам и врагам вместе с Элладой и самого себя. Тем не менее народ поверил обвинителям и послал людей, которым велено было арестовать его и привести для суда в собрание эллинов» (Plut. Them. 23). Здесь также говорится, что суд должен был проходить не в Афинах, а на некоем собрании эллинов, о чем не говорит упоминавшийся выше Фукидид.
Здесь есть смысл еще раз поставить вопрос о том, сколько же процессов было возбуждено против Фемистокла. Сведения, которыми мы располагаем, позволяют высказать следующие соображения. Предположим, что Фемистокл был осужден единожды – заочно, что могло быть связано с полученными лакедемонянами сведениями о предательстве Павсания. В таком случае информация о первом процессе –
