Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 212
Но возвратимся к судьбе балтийских русов. Очевидно, что не все они покинули побережье Балтики вместе с Рюриком. Часть оставшихся создала свои «опорные» поселения на полуострове Ютландия, на южном и норвежском берегах Северного моря. Из этих мест они совершали пиратские рейды в Атлантику, вплоть до юга Пиренейского полуострова. Однажды они даже захватили и разграбили шведскую столицу Сигтуну. Русы продолжали разбойничать даже в XII в., когда в Скандинавии движение викингов уже сошло на нет. Так, в 1136 г. славяно-русская эскадра под руководством князя Ратибора и воеводы Унибора разорила город Конунгхаллу. Другая судьба ждала те группы русов, которые обосновались западнее (Тюрингия, Люксембург) или южнее (Италия), они влились в складывающиеся здесь германские народы средневекового времени, а позднее разделили их судьбу.
На востоке Балтики русы укрепились на северо-западе современной Эстонии, где выстроили крепость Роталу (современная Хаапсалу), а также на близлежащих островах. Название одного из эстонских островов Даго (вспомним филистимлянского Дагона, этрусского Тага и русского Даждьбога) связано с именем местного русского правителя, известного из текста «Датской истории» Саксона Грамматика. Он же сообщает о русском конунге Олимаре, правившем на русских землях Эстонии и подчинившем себе на какой-то срок племена, обитавшие на юго-западе современной Финляндии, а также на северо-западном побережье Ботнического залива, также эстов, куршей и др. Какая-то часть этого побережья даже после шведской колонизации так и называлась — «Берег россов».
Особую известность среди прибалтийских народов приобрел остров Рюген в Балтийском море, населенный русами и славянами. Храм Свентовита, расположенный на «русском острове» (Ругене, Руяне — последнее имя в IX–XI вв. было больше в ходу), являлся крупнейшим культовым центром русских и славянских племен. Здесь уместно обратить внимание на то, что в германских источниках XI–XII вв. жители острова Руян чаще всего называются rani, ranni, ranii, а не руги, как было за тысячу лет до этого, когда писал Тацит. Раны — славянская форма названия народа, почитающего бога Рая-Яра, то есть арийцев. Германская форма названия русских («руги») вытесняется славянской. Это, с одной стороны, свидетельствует о славянизации прибалтийских русов, а с другой — говорит о реальном восстановлении памяти некоторой части русов относительно истоков своей истории и культуры.
Славяно-русы Рюгена-Руяна упорно защищали и отстаивали свою независимость и языческую религию. Только в 1168 г. датчанам удалось сломить их сопротивление и насильно упразднить культ Свентовита. На острове были организованы колонии немецких переселенцев, в течение веков они поглотили местное население. От тех далеких времен, когда остров населяли наши предки, остались многочисленные каменные могильники и курганы, а также географические названия. О них пишет В. Чивилихин в романе-эссе «Память». На острове Рюген, например, у мыса Герген (Горный) стоит огромный гранитный утес Buskahm (Божий камень), Swantegara (Святая гора), в устье реки Дивеновы деревня Swantust (Святое Устье); и сегодня на Рюгене в названиях местечек звучат славянские понятия — Позериц (Поозериц), Густов, Медов. Русским по происхождению является и название северной оконечности Рюгена — мыса Аркона (это название означает конец земли Ариев). В X–XII вв. здесь, на высокой скале, находился одноименный город, разрушенный датским королем Вальдемаром (искаженное славянское имя Владимир — еще пример скандинавского заимствования). Археологические раскопки подтвердили все известия об Арконе, содержащиеся в исторических документах, сохранились и остатки крепостных укреплений. Память об острове Руян приобрела сказочный ореол. Руян был богатым островом, Арконский храм был первенствующим святилищем Поморья, у него были обширные поместья, дававшие ему доход, в пользу его собирались пошлины с купцов, торговавших в Арконе, и с промышленников, ловивших сельдей около острова. И очень может быть, что именно его имел в виду А.С. Пушкин, когда писал в «Сказке о царе Салтане»:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит
С златоглавыми церквами,
С теремами и садами…
Все в том острове богаты,
Изоб нет, везде палаты…
Долговременное присутствие русских в Прибалтике — факт неоспоримый, другое дело, что о мирной жизни, начиная с некоторого момента, им невозможно было даже помыслить. С конца XII в. католическая церковь продвигается в Прибалтику со стороны Польши сначала с крестом. Но уже в начале XIII столетия на первый план выходит меч. Бременское и датское архиепископства с благословения Рима, с помощью орденов меченосцев и тевтонов, «охочих» людей из Германии, Дании, Готланда, Швеции бросились убивать и грабить, схватываясь между собой из-за награбленной добычи. Это одна из самых позорных страниц «миссионерской» деятельности католической церкви, один из самых мрачных периодов в истории прибалтийских народов, когда было зверски убито бессчетное число людей. Но было и сопротивление крестоносцам. Его центром стал, ныне эстонский, остров Сааремаа. На каком языке там говорили в это время и во что верили его жители — тема пока не написанных монографий. Но и век спустя их будут называть русскими. Это они возглавили восстания против Ливонского ордена в 1236-м, в начале 50-х, в 1260 г., в конце столетия. Всякий раз остров вроде бы разоряли дотла. Но и в большом восстании против Ливонского ордена (1343–1345) остров будет важнейшим оплотом восставших. Далее — иная история. «Русские» села, деревня Вендевер близ Вендена (поселение венедов!), «Русен Дорп» — это уже объекты, пожалованные новым хозяевам.
«Русский след» в истории Прибалтики проявляется так отчетливо, что его не может не заметить любой сколь-нибудь непредвзятый исследователь. Наш знаменитый историк Н.И. Костомаров даже выводил русь из Литвы, из балтийского поморья в низовьях реки Неман, которая по-литовски называется Русь. А знаете ли вы, например, что большая часть «Литовских летописей» написана вовсе не литовцами и не о литовцах? Это летописи западных русских княжеств, которые написаны русскими людьми на русском языке. Только одна из них, «Летописец князей Литовских», повествует о литовцах — о великих князьях литовских, потомках великого князя Гедиминаса. Но и она написана на русском языке, классической кириллицей. Это очень огорчает некоторых литовских националистов, которым хочется, чтобы литовцы изначально были бы настоящими европейцами, писали бы латинским алфавитом и не имели бы ничего общего с этими ужасными русскими. Но история распорядилась иначе…
Глава 20. Русские и славяне
Пойми великое предназначенье
Славянством затаенного огня:
В нем брезжит слава завтрашнего дня
И крест его всемирное служенье.
Двойным путем ведет его судьба —
Она и в имени его — двуглава:
Пусть sclavus — раб, но Славия есть СЛАВА:
Победный нимб над головой раба.
М. Волошин. Европа
Одним из первых крупных славистов, поставивших проблему происхождения славян на научную основу, был выдающийся чешский ученый Павел Шафарик. Как и все ученые первой половины XIX в., он строил свои заключения на данных письменных источников и языка (в частности, топонимики), привлекая в качестве дополнительного материала этнографические сведения. Ему приходилось спорить с немецкими учеными, которые на карте Европы просто не оставляли места славянам: их либо «приводили» с гуннами в IV–V вв. из Азии, либо «помещали» на небольшом острове в Пинских болотах. Шафарик доказывал, что «народ славенский уже в отдаленнейшую эпоху был велик и многолюден и жил с незапамятной поры в Европе оседлым, т. е. со времен той глубокой древности, в которую стали обитать в Европе родственные ему народы: фракийский, греко-латинский, кельтский, немецкий и литовский».
В конце XIX в. в науке намечается известный сдвиг: во-первых, за счет определенных успехов сравнительного языкознания, во-вторых, благодаря появлению новых (археологических и антропологических) типов источников. Крупнейшим опытом сведения разнообразных данных явилась работа чешского археолога Любора Нидерле, называвшаяся «Славянские древности» (1904 г.). В ней он писал: «В настоящее время… славяне не составляют одного народа, с одним языком и одинаковой культурой, не представляют они и политического единства. Теперь только наука или политическая идея и политические стремления говорят время от времени о едином великом славянском народе. Действительность не знает одного народа, а также насколько отодвигаются в глубь веков письменные источники, мы видим всегда перед собой только разрозненные, необъединенные племена, и такая история славян тянется до начала христианской эры. Тем не менее нет сомнения, что ряд современных и исторических славянских племен составлял некогда одно целое, распавшееся на части в течение долгих веков. Это весьма важный пункт, от которого мы должны отправляться, начиная говорить о происхождении славян. Славяне существуют не только в течение того краткого времени, о котором мы знаем из письменных источников, но, как и все великие народы, имеют за собой гораздо более длинное прошлое, и нет сомнения, что доисторический период по своей продолжительности далеко превосходит их историческую жизнь».
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 212
