обилие лав и метаморфических сланцев: трахиты, андезиты и в особенности базальты с их туфами встречаются всюду во множестве. Осадочные породы, которые еще не успела смыть вода, остались только кое-где отдельными островками, но и те скрыты под мощным покровом растительности, что донельзя затрудняет геологические исследования на месте.
По мере того как подходишь к хребту Сихотэ-Алинь, замечаешь, что характер горной страны все более и более исчезает. Долина становится расплывчатой, горы уходят в сторону, и перед глазами наблюдателя развертывается широкая заболоченная низина, замыкаемая, как стеной, хребтом Сихотэ-Алинь. То же самое наблюдается и при спуске с водораздела. Сначала — кручи и обрывы, а затем — резкий переход к широкой слабовсхолмленной низине. Гор не видно — они чуть-чуть синеют где-то за лесом. Множество ручьев течет по всем направлениям, так что сразу и не ориентируешься — где же, собственно, главная речка и куда следует идти. Только после суточного перехода замечаешь, что горы мало-помалу начинают опять подходить к реке и страна снова становится гористой. Значит, посередине между Сихотэ-Алинем и Уссури и в Прибрежном районе характер горной страны выражен интенсивнее.
Характерной особенностью гор Уссурийского края являются их осыпи. Они располагаются не только по гребням и вершинам гор, но и по склонам их, и занимают иногда довольно значительные пространства. Чаще всего эти осыпи голые или покрыты только одними лишаями и сухими мхами. Если обломки, составляющее осыпь, крупные, то по ним можно идти как по лестнице, если же они мелкие, то очень подвижны, не выдерживают давления ноги человека и сползают. Осыпи эти есть результат разрушения горных пород деятельностью атмосферных агентов.
Восточной и южной границей Уссурийского края будет Японское море. В геологическом отношении южный берег страны представляет из себя продольные долины, заполненные водою (далматский тип по Рихтгофену[9]). Прежние горные хребты образовали полуострова и острова, которые теперь мы видим разбросанными по всему заливу Петра Великого. Но по мере того как мы будем двигаться к востоку по направлению к заливу Св. Ольги и далее на север, мы встречаем совсем другой тип берегов — именно «риасовый», превратившийся впоследствии в «продольный». Здесь углубления в суше выполнились наносами реки, море отступило, и когда-то глубокие заливы превратились в лагуны, которые впоследствии пересохли и дали весьма плодородные илистые земли, годные для заселений, — здесь произошло выравнивание берега.
Сильно развитая береговая линия в южной части Уссурийского края весьма способствовала развитию морского каботажа, подтверждение чего мы и находим в исторической японской литературе. Но чем дальше к востоку от залива Америки и далее на север к проливу Невельского, плавание становится все труднее и труднее. Хотя тут и есть такие большие заливы, как, например, Св. Владимира и Джигит, но они значительно удалены друг от друга. Все же остальные небольшие бухты открыты со стороны моря, подвержены волнениям и потому не всегда дают судам защиту от непогоды. Еще дальше на север всякие гавани уже отсутствуют. Высокий скалистый берег падает к морю отвесными обрывами. Внизу у их подножья тянется узкая намывная полоса прибоя шириною в несколько сажен, заваленная глыбами, свалившимися сверху. Местами эта полоса отсутствует совершенно, так что иногда на протяжении нескольких десятков верст даже простым парусным лодкам пристать негде. Кроме того, сильные ветры, дующие со стороны моря в летнее полугодие, создают бешеный прибой у берега. Все это делает плавание около восточных берегов Уссурийского края трудным и рискованным, и это было главной причиной, почему хунчунские маньчжуры долго сюда не заходили.
Реки
Все реки Уссурийского края принадлежат к трем бассейнам: большинство их течет в Уссури, реки Зауссурийского края несут свои воды в пролив Невельского и в Японское море, и только немногие текут в залив Петра Великого.
Реки и орография страны тесно связаны между собою, поэтому, говоря о поверхности Уссурийского края, будет уместно сказать несколько слов о реках и о долинах, по которым они протекают. Одни из рек текут по межскладчатым продольным долинам (каковы, например, Судзу-хэ, Сучан, Ула-хэ, Дауби-хэ, Май-хэ и река Уссури), другие текут в крест простирания горных складок и образуют долины прорыва, например, Иман, Бикин, Хор, Самарга и Коппи. Тектонические долины всегда открытые. Они окаймлены с обеих сторон горными хребтами; течение их рек — прямое, не извилистое, притоки — все мелкие. Денудационные же долины слагаются из ряда широких котловин, то и дело замыкаемых горами. Вода прорвала здесь горные хребты и силой проложила себе дорогу. Эти узкие ворота местные жители называют «щеками».
Все уссурийские реки имеют горно-таежный характер, именно: крутое падение тальвега[10], каменистое дно, пороги и водопады. Течение их быстрое — от 8 до 12 верст в час в малую воду, во время же половодья быстрота течения увеличивается до 16 и 18 верст. Уровень воды в реках непостоянен и всецело зависит от количества дождей, выпадающих в данной местности. От уровня воды в реке зависит большая или меньшая скорость ее течения.
Наводнения следуют непосредственно за дождями. Вода скоро сбегает с гор, отчего наводнения никогда не бывают продолжительны, зато всегда стремительны и действуют чрезвычайно разрушительно.
Двигательная сила воды не поддается никакому описанию. Самые быстрые реки — Такэма, Хор, Арму, Анюй и Гобилли. В 1895 году Арму прорвала горный хребет и проложила себе новую дорогу. Во время наводнения все реки имеют грозный вид. Мутная вода стремительно несется вниз и сокрушает все на своем пути. Огромные деревья в 10—5 саженей длины и в 1½ — 2 сажени в окружности несутся по воде со страшною быстротою и наподобие гигантских таранов бьют берег. Происходят большие обвалы, которые увлекают за собою другие деревья. Вода подхватывает этот новый материал и несет его дальше. Где-нибудь в протоке такой гигант застревает. Тотчас же около него начинает собираться плавник — все больше и больше. Так образуются завалы. Это природные мосты, по которым можно переходить с одной стороны реки на другую. Деревья в завалах сложены так плотно, что разобрать их без помощи топоров и пилы нет никакой возможности. Этот бурелом может лежать таким образом в течение нескольких лет, пока новое, более сильное наводнение не перенесет его на другое место.
После наводнения — картина печальная: поваленные деревья, трупы утонувших животных, снесенные юрты, слои ила, придавившие молодняк и кусты, и всюду новые протоки, а река проложила себе уже новое русло и занесла коряжинами и песком место прежнего своего течения.
Характерной особенностью всех рек, протекающих по поперечным долинам размыва, будет извилистое их течение.
