Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
не что иное, как сверхъестественный голос, свидетельствующий о специальном присутствии там Бога. Почему нельзя на этом же основании думать, что те ангелы, которые явились Лоту и которые названы (Быт. 19, 12) людьми, к которым, хотя их было два. Лот обращается (ст. 18) как к одному, причем лишь к тому, который есть Бог (ибо таи сказано: Лот сказал им: нет. Владыка!),– почему нельзя думать, что эти ангелы были образами, сверхъестественно возникшими в представлении людей, подобно тому как а предыдущем примере под ангелом подразумевался воображаемый голос? Когда ангел воззвал с неба к Аврааму, требуя, чтобы он не поднимал руки на сына своего Исаака, то перед Авраамом был не зрительный образ, а лишь голос, и тем не менее он совершенно правильно назван вестником, или ангелом. Господним, ибо он сверхъестественным образом возвестил волю Божью; и это избавляет нас от необходимости предположить наличие в данном случае неких бессмертных духов. Те ангелы, которых Иаков видел на лестнице, достигающей неба (Быт. 28, 12), были видением во сне и поэтому лишь воображением и сном. Но так как это были сверхъестественные видения и знамения специального присутствия Бога, то они правильно были названы ангелами. Таким же образом это следует понимать и там (Быт. 31, 11), где Иаков говорит: Ангел Божий сказал мне во сне. Ибо явление, представляющееся человеку во сне, есть то, что все люди называют сном независимо от того, естественный ли это сон или сверхъестественный. И то, что Иаков здесь называет ангелом, был сам Бог, ибо этот же самый ангел говорит (ст. 13): Я Бог, [явившийся тебе} в Вефиле.
Точно так же и тот ангел (Исх. 14, 19), который шел перед станом сынов израилевых к Красному морю, а затем пошел позади него, был сам Бог. И он появился не в виде красивого человека, а днем в виде столпа облачного и ночью в виде столпа огненного. Этот столп представлял собой и видение, и ангела, который был обещан Моисею (Исх. 33, 2) для указания дороги стану (Исх. 33, 9). Ибо рассказывается, что этот столп облачный снизился, и стал у дверей скинии, и говорил с Моисеем.
Таким образом, вы видите, что движение и речь, которые обычно приписываются ангелам, приписываются облаку, потому что это облако служило знамением присутствия Бога и было не в меньшей степени ангелом, чем если бы оно имело вид человека или ребенка невиданной красоты или крылья, с которыми обычно изображают ангелов для ложного наставления простого народа. Ибо ангелов делает ангелами не их вид, а их миссия. А их миссия – показать присутствие Бога в сверхъестественных действиях. Так, когда Моисей (Исх. 33, 14) просил Бога идти вместе со станом (как он это всегда делал до сотворения золотого тельца), Бог не ответил: «Я пойду или я пошлю ангела вместо себя», а сказал, что его присутствие будет с ними.
Приводить все места Ветхого завета, где встречается слово ангел, пришлось бы слишком долго. Я поэтому выставляю здесь положение, относящееся ко всем этим местам, вместе взятым, а именно я утверждаю, что в той части Ветхого завета, которую английская церковь считает канонической, нет ни одного текста, из которого мы могли бы заключить, что существует или был создан какой-либо бессмертный предмет, подразумеваемый под именем ангела или духа, который не имел бы количества и не мог бы быть мысленно делим, т. е. рассматриваем как состоящий из частей, из которых одна часть может быть в одном месте, , ж следующая часть – в другом, – словом, предмет, который не был бы телесным (считая телом то, что есть нечто где-то), но во всех этих местах, где встречается слово ангел, оно может быть истолковано как «вестник». В этом смысле назван ангелом Иоанн Креститель и ангелом завете– Христос, и (по той же аналогии) могли бы быть названы ангелами голубь и огненные языки, поскольку они были свидетельствами особого присутствия Бога. Хотя мы входим в книге Даниила два имени ангелов – Гавриил, Михаил, однако ясно из самого текста (Дан. 12, 1), что под Михаилом подразумевается Христос не как ангел, а как зверь и что Гавриил (как подобные явления, снившиеся другим святым людям) не более как сверхъестественное видение, при котором Даниилу представились во сне два святых, которые вели между собой разговор и из которых ин сказал другому: «Гавриил, объясни ему это видение»,– ведь Господь не нуждается для различения коих небесных служителей в именах, которые полезны лишь для смертных ввиду их короткой памяти. Точно так же и в Новом завете нельзя найти место, из которого видно было бы, что ангелы (за исключением тех случаев, когда это имя дается таким людям, которых Бог сделал вестниками и проповедниками своих слов и дел) суть бессмертные и одновременно бестелесные существа. Что они бессмертны, может быть выведено из слов нашего Спасителя (Матф. 25, 41), что в день Страшного суда порочным людям будет сказано: Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготовленный диаволу и ангелам его. Это место явно говорит о дурных ангелах как о бессмертных существах (разве лишь предположить, что под именем дьявола и его ангелов могут подразумеваться враги церкви и их служители), но тогда это противоречит имматериальности этих существ, так как вечный огонь не есть наказание для нечувствительных субстанций, каковы все бестелесные существа. Следовательно, из этого места нельзя сделать заключения о бестелесности ангелов. Точно так же там, где апостол Павел говорит (1 Коринф. 6, З): Разве не знаете, что мы будем судить ангелов?, и (2 Пет. 2, 4): Ибо если Бог ангелов согрешивших не пощадил, а отправил их в ад, и (Иуд. 1, 6): ангелов, не сохранивших своего достоинства, но оставивших свое жилище, (Господь) и соблюдает в вечных узах, под мраком, на суд великого дня, – то, хотя эти тексты доказывают бессмертность ангельской природы, они же подтверждают и их материальность. Это же подтверждается словами (Матф. 22, 30): В воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божьи, на небесах. Однако после воскресения люди будут бессмертны, но не бестелесны, следовательно, таковы и ангелы.
Имеется еще много других мест, из которых можно вывести подобные заключения. Для людей, которые понимают значение слов субстанция и бестелесная, если под бестелесной понимать не утонченное тело, а не– тело, указанные слова взаимно исключают одно другое в такой степени, что сказать: ангел, или дух, есть (в данном смысле) бестелесная субстанция – значит в действительности сказать, что не существует
Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
